"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

– У меня были некоторые… предположения. Время от времени я видел, как тень Пандеи двигалась сама, иногда замечал сумрачное марево вокруг неё. Решил, что проблема со зрением или что-то не так с глазом Грай. Хотел обсудить с тобой, но тебя не было, и я спросил Аякса. Он дал мне книгу про деяния Фантаса.

Гипнос усмехнулся:

– Вот же смышлёный старик. Что он сказал тебе про глаз Грай?

– Что если я им что-то вижу, то это не галлюцинации.

Иво промолчал про сны с Энио и Пемфредо, всё ещё склоняясь к тому, что это не более чем ночной бред.

– Верно, – согласился Гипнос, мельком улыбнувшись Кассии. – И про Фантаса ты тоже угадал. Хотя не он один постарался, а все трое моих сыновей. После того как разлитый ихор Калиго превратился в бестелесных сумеречных ониров, мы решили, что с ними надо что-то делать. Они достаточно опасны, чтобы кому-нибудь навредить, а поймать их непросто. Поэтому мы с Морфеем создали подходящий для них сумрачный, чем-то напоминающий Переправу мир. Вроде хм… заповедника в зеркале.

– В зеркале? – переспросила Кассия.

– Ага. Само зеркало, своего рода дверь в заповедник, сотворил Фантас при помощи наручей. Фобетор благодаря своему влиянию согнал туда всех ониров, а Морфей это зеркало охранял. Так сумеречные ониры там и жили. Время от времени к нам приходили последователи Мены и проверяли, есть ли с кем-то из ониров связь. Однако взрыв на Переправе разбил зеркало на бесчисленное количество осколков, их разнесло по землям Фобетора. Связь между хозяином и ониром строится через кровь. Будучи на Переправе, ты поранилась?

– Я… – Пандея умолкла, чем привлекла всеобщее внимание. – Однажды на меня напали ониры, один ранил когтями или чем-то вроде этого, когда я побывала в чёрной пустыне с красным небом. Там была огромная чёрная дыра.

– Земли Фобетора, – подтвердил Кай.

Пандея ничего не ответила, её растерянный взгляд сам собой метался от Гипноса к Каю и обратно.

– Раз уж мы ничего не можем понять, то давай для начала оценим твоего онира. Позови его, – попросил Руфус.

Пандея мотнула головой:

– Я не могу, не знаю как.

– Судя по всему, он берёт над ней верх, когда она при смерти и в серьёзной опасности. Вчера она выстрелила себе в сердце, – подсказал Кай.

– Тогда, сын, ты помоги. Скажи ему вылезать.

Кай никак не отреагировал.

– Мы в Санкт-Данаме, в мире людей кошмары меня плохо слушаются.

– А ты напрягись.

Любого другого ответный взгляд Кая заставил бы съёжиться, но Гипнос разве что вызывающе сложил руки на груди, а затем ещё и кивнул на Пандею, безмолвно приказывая поторапливаться.

– Всё будет хорошо, обещаю, что тебе нечего бояться, – приободрил Иво, прежде чем отойти в сторону.

Дея ответила ему слабой, но благодарной улыбкой.

– Вылезай, – сухо бросил Кай, глядя то на Пандею, то на тень под её ногами.

Ничего не произошло, и девушка заметно расслабилась, оглядевшись. По лицу Кая прошла тень недовольства, комната наполнилась вибрирующим гулом, воздух потяжелел и застыл, заставив находящихся замереть.

– Я сказал, вылезай! – От резкого приказа Кая стало нечем дышать, словно на пару мгновений весь воздух высосало из помещения.

Пандея вздрогнула, жадно вдохнула, когда онемение пропало. Она отступила на шаг, запоздало заметив, что её тень приподнялась, приняв форму, лишь отдалённо напоминающую тело. По сравнению со вчерашним чудовищем она выглядела жалкой маленькой копией.

Никто не успел проронить и слова, как Кассия наставила сотканную из иллюзий пушку на сумрачную тварь. Пандея моментально прикрыла её собой, чем вызвала всеобщее недоумение. На её собственном лице отразилась растерянность.

– Я н-не знаю почему, но, пожалуйста, не стреляй, – попросила она, пока странный сумрак принял более бесформенный образ и приткнулся к её ногам, как брошенная собака.

– Прости, у меня с онирами не самые тёплые отношения, – поделилась Кас. Пистолет она опустила, но оружие из рук не исчезло.

– Судя по вашим лицам, это не совсем то, что вы ждали, – усмехнулся Гипнос, глядя на сумеречного онира. Пандея смотрела себе под ноги, но боялась шелохнуться.

– Он был… больше, – признал Иво. – Гораздо больше.

– Его что-то сдерживает. Понятно, что он прорывался наружу, когда ты была при смерти. Это вопрос выживания. Онир пойдёт на всё, чтобы защитить хозяина, а заживить быстро тяжёлые раны он может, только взяв верх. Но когда тебе не угрожает опасность, его что-то держит, – решил Гипнос. – Сними, пожалуйста, пальто.

Пандея подчинилась, оставшись в свитере и джинсах. Игнорируя ползающий у её ног мрак, Гипнос принялся ощупывать лицо девушки, голову, шею. Его руки спустились по её плечам. Он прикасался, соблюдая все приличия, обошёл по кругу, ощупал спину и попросил задрать рукава.

– А вот это уже интересно, – сказал Гипнос, проверяя запястье Пандеи с ахакором. – Помнишь, откуда у тебя этот шрам?

Иво, Кай и Кассия подошли ближе.

– Его не видно из-за татуировки, которая идёт прямо по нему, – пояснил Гипнос, и Кассия единственная провела пальцами по руке девушки, чтобы проверить.

– Он от онира. Порез вышел глубоким, и целители не смогли полностью убрать шрам, а при переезде в СанктДанам мне предложили его перекрыть, раз есть возможность. Но эта отметина от обычного онира, а многие даже не верят, что от него. Когда я рассказывала про кошмары, меня заверили, что, вероятнее всего, я просто поранилась где-то, потому что от чудовищ Переправы не спасаются.

– Вот это тоже любопытно, – уцепился Гипнос, и Пандея торопливо продолжила раньше, чем он задал вопрос:

– Меня спас мужчина. Он убил ониров и отнёс меня на маковые поля. Он же сказал идти к дому, где я встретила девушку.

– Веста, – кивнул Гипнос Каю. – Но кем был мужчина? Это точно не я. Наверное, девочке повезло и её заметил Морос? Обсужу вопрос с ним, но сперва разберёмся со шрамом. У