Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

серебристый целиком дюралюминиевый корпус самолета. Точно, трехмоторный, пассажирский или грузовой. Если личный состав перевозит, то людей на борту должно быть не более десятка человек. Ну еще двое пилотов. Скорость у этого птеродактеля не должна быть больше двухсот километров. Это даже не вчерашний, позавчерашний день авиации. После пролета, громко поинтересовался.

— И чего он прилетел?

— Скорее всего корректирует действия поисковых групп, — откликнулся недалеко лежавший от Кутепова Павловский.

— У него что, связь работает?

— А чего ж? Глушилки далеко. Их под Мещерами установили. Здесь связь будет нормальной. Сейчас сбросит информацию на переносные станции и жди гостей!

— Фантастика!

Самолет между тем, снова набрав высоту, сделал круг, а снизившись пошел чуть правее, по краю раскинувшихся, разбросанных в степной поросли людей. Послышались звуки выстрелов вразнобой и от немногочисленных иллюминаторов потянулись к земле цепочки трассирующих пуль. Бойцы в группе пришли в движение, просто лежать и гадать, попадут — не попадут, не было никаких сил. Как куропатки порскнули в разные стороны.

Пролетев, самолет развернулся и на обратном курсе замедлился, оставляя место расположения беглецов по кромке. Из открывшихся иллюминаторов в две струи ударили пулеметы, поливая свинцовыми трассерами степь. Люди бросились в стороны от такого своеобразного приветствия, в надежде выжить. Кутепов в силу своего воспитания и профессии снайпера, заниматься перед врагом прыжками и ужимками не стал. Вскинув ствол, поймал в панораму один из иллюминаторов, из которого вели стрельбу, сделал упреждение и плавно спустил крючок. Выстрел! Перезарядка. Боковым зрением засек вставшего на ноги Ермакова. Казак сделав упор на правую ногу, в свою очередь отрывался по полной, посылая в дюралевую бочину летательного аппарата струю огня из ручного пулемета. Совсем не экономя патроны, можно сказать, стрелял на расплав ствола. Пулеметчик в самолете перенес огонь на него, и то ли повезло ему, то ли действительно классным стрелком был, но Ермакова снесло с ног. Кутепов успел выстрелить еще раз. Попал — не попал, неизвестно, а вот народ в группе окрысился, выдал на гора все что смог из имеющегося оружия. Самолет улетел.

Самолет улетел, только осадочек остался. И этот осадочек перерос для группы кучей проблем, как потом оказалось, по сравнению с которыми, смерть Ермакова ни в какие ворота не шла.

Глава шестая Маленькая война на юге провинции

Он мазнул глазами по широкому стеклу наружной витрины. Всего лишь миг потребовался, чтобы определиться, все чисто и никакой слежки нет. Не смотря ни на что, демонстративно потянул из кармана пачку папирос и открыв ее, в голос высказал свое неудовольствие тем, что пачка была пуста. А ведь напротив, через дорогу, как нельзя кстати табачная лавка. Заведение маленькое, но на бойком месте. Можно сказать к углу дома прилепилась стеклянная дверь с вывеской. Пересек проезжую часть, а выйдя на тротуар, поднялся на ступеньку и открыл дверь. Колокольчик над головой весело тренькнул, оповещая лавочника о посещении гостем его магазина.

За прилавком, являвшим собой узкую столешницу покрытую от времени патиной морщин под слоем лака, никого не было. Само помещение размерами похвастаться не может. Мало. Но он не единственный посетитель. Молодая дама в строгом костюме, с уложенной в прическу копной волос коньячного цвета, в сопровождении франта лет на пятнадцать старше нее, стояли и болтали о какой-то знакомой им женщине. Горожане-обыватели. Прислушиваться не стал, с интересом рассматривал ассортимент табачной продукции выставленной на витрине.

Ну, во-первых на самой верхней полке выставлены кальяны. По виду и не скажешь, что изготовлены местными мастерами. Хозяин выдает их за турецкие. Вон табличка пристроена с ценой и пояснением. Рядом «соседи» меньших размеров. Экий хитрец, торгаш! К каждому мини-кальяну прилагается сумочка или маленький чемоданчик для транспортировки. … Эти курительные аксессуары идут родом с прославленного по части кальянов Египта. В Египте такой кальян называется «шиша», и его суть заключается скорее не в курении дыма, а в его «питье». Да-да, дым проходящий через египетскую «шишу», в разы нежнее, нежели привычный многим «кальянный» аналог.

Чуть облокотившись о прилавок, невзначай бросил взгляд за окно, лениво переведя его снова на полки. Курительные смеси в красивых упаковках. Папиросы «Bostanjoglo». Сигареты «Bursa», тоже турецкие. Арабские «Sumer», эти бы он точно не стал покупать. Нужно было очень исхитриться, чтобы их раскурить. «Са Ба» с непонятной хреновиной, отштампованной на этикетке — не то корабль, не то паровоз. Если даже рисунок не понятен, то какой в таких папиросах может быть табак? А это, что? Индийские «Мадрас»? Не-ет! Точно не их. Вкус и запах у этих сигарет был таким, будто вместо табака в бумагу завертывали старый матрас, на котором умер не один индус. Сам никогда не покупал, хватило постоять рядом с тем кто их курил. Желтая пачка с головой девушки и прикрытым наполовину лицом. «Фатима». Ну это для дам. Белая пачка египетской «Клеопатры». Эти ничего, но купит другие, привычные. Не бог весть какие, но курить можно. Папиросы «Мюрид».

Между тем из маленькой боковушки наконец-то выпорхнул продавец. Выпорхнул, это несколько торопливое суждение о появлении хозяина лавки. Лучше будет сказать, вломился носорог, но при этом ничего не разрушив. Хозяина он знал не первый год. Совершенно лысый дядя, габаритами со взрослую особь медведя будет, только с добрым лицом. Жилет надет на просторную рубаху. Такому впору грузчиком в порту работать, а он торговлей промышляет. Вот только глаза не соответствуют улыбке на лице, холодные и пронзительные. Точно как у голодного шатуна.

— Прошу простить, мадмуазель, но ваш заказ прибудет вечером. Мне только что об этом сказали. Сами понимаете, время военное.

Дама укоризненно посмотрела на спутника, возмутилась:

— Я же говорила, Анатоль, заказ нужно было делать в большом магазине, а не в такой лавке!

— Ничего, дорогая. Вечером, это не через неделю. Зато сколько ты сэкономишь.

Кивнул продавцу, видно тоже знал его давно.

— Тогда мы уходим, Степан Силантич. Значит до вечера.

— Буду вас ждать.

На смену вышедшей паре, в дверь вошел мужчина преклонных лет, по внешнему виду мелкий турецкий чиновник и сходу погрузился в изучение ассортимента, а торговец уже обращался к нему.

— Хош гельдын, господин офицер! Чего изволите выбрать?

— Здравствуйте, — чуть исковеркав слово приветствия на русском языке, он поздоровался со своим связником. — Любезный, хочу купить у вас зажигалку и пачку «Мюрида».

— Достойный выбор. Сейчас! — Потянулся за товаром. Положил и то и другое на прилавок.

Пока он неторопливо изучал зажигалку, Силантич отоварил чиновника и проводил на выход.

— Срочно передашь по эстафете. — Протянул связнику свою старую зажигалку. — Время не терпит.

— Сделаю.