Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

— Что ж… Два вывода можно сделать уже сейчас, — глухо сказал он. — Первый — ты настолько деструктивен в своём даре, что даже защита архимага не сдерживает подобное. Второй — книга и стол теперь только на выброс…

— А плюсы есть? — не удержался я от вопроса.

— Есть, даже если их и не видим. Будем искать, но одно ясно — мне нужно менять весь подход к раскрытию и упорядочению твоих способностей. Смотри, — неожиданно перед моим носом засветилась красная линия. — С одной стороны «минус» — твои неконтролируемые вещи, а с другой, тот самый пресловутый «плюс», в котором ты можешь управлять даром. Где-то посередине есть точка — начало и того и другого и, одновременно, переход из одного в другое. Понял?

— Да. Нулевой отсчёт — я сам, совмещающий в себе обе ипостаси.

— Правильно! Именно эту точку найти и предстоит, чтобы понять, как двигаться дальше. Поиск лёгким не намечается, так как оба не знаем что нужно, поэтому работать будем не в режиме «ученик-учитель», а напарниками. Выкладывай все мысли смело, насколько бы бредовыми они ни казались, эмоции, чувства… Любая «зацепка» может привести к прорыву.

— А если не получится? Что тогда?

Линия перед глазами исчезла.

— Будет так, — пояснил архимаг, — с каждой прожитой секундой ты смешиваешь в себе всё больше противоположных энергий двух миров и, в конце концов, не выдержишь их напряжения. Даже убивать тебя не надо — сам сгоришь. Хотя… Ликвидировать, всё же придётся, чтобы не допустить гипотетически возможной катастрофы, со множеством жертв и неизвестно ещё какими последствиями. Всё слишком серьёзно.

Даже обижаться на него не стал, понимая, насколько Кортинар прав — «ядрёну бомбу» замедленного действия лучше разобрать до взрыва, не дожидаясь ущерба в несколько сотен килотонн.

— Хозяин, — появился Черныш, — Веблия идёт…

Ящер неожиданно замер, втянул носом воздух и воскликнул:

— Ой! А что вы тут делали?!

— Поясни вопрос.

— Магией пахнет, Хозяин… Также пахло в моём яйце, до того как из него вылез на свет. Я помню…

Очень интересно! Мы с со стариком попытались… А ничего не попытались — дверь в кабинет стала открываться, и Харм перенёс меня в шутовские покои, подальше от Первой Советницы.

Опустившись на кровать, задумался. Всё хреново. Искать иголку в стоге сена легче, чем разобраться с этой грёбаной магией, даром мне не нужной. Но нет! Получи и распишись!

— Тяжёлый день, Илий? — раздался голосок Фанни с дивана.

— Мерзкий, — честно признался ей.

— Из-за меня?

— Из-за тебя был бы грустный…

И тут меня «понесло». Эмоции, сжимавшие в тисках сердце, требовали выхода наружу и я выложил ей всё, что произошло в комнате архимага.

— Вот так вот… — закончил свой рассказ, вздохнув. — Недолго тебе замужней ходить…

Девушка, встала, шлёпая босыми пятками по холодному полу, подошла ко мне, села рядом и робко обняла.

— Непутёвые мы с тобой, — тихо сказала она. — У меня беда, у тебя — не меньше. Потерпи! С обеими вместе справимся.

— Ложись со мной сегодня? — попросил я, уткнувшись в её белоснежные волосы.

— Рано… Как ты там сказал господину магу? «Нулевой отсчёт»… Я нашла свой, теперь чётко понимая, что люблю тебя не за то, что ты сделал для убогой карлицы, а за то, что есть. Не хочу и не могу потерять. Дай мне освоиться немного в этой точке…

Неловко чмокнув, Колокольчик опять переместилась на диван и, завернувшись в одеяло, неожиданно добавила:

— Только не храпи ночью!

— Я не храплю!

— Это ты так думаешь!

— Раньше претензий не было!

— Раньше ты мне своим храпом страдать не мешал! Тихо спи!

Эта пикировка пришлась как нельзя кстати, вернув боевой настрой и улыбку.

Всё-таки жена у меня умница — вертит мужем, как хочет, и так ловко, что ему это нравится!

37. Демон меня загрызи

Осень пришла тихо, однажды окрасив деревья в жёлтый цвет. Всё чаще хмурилось небо, плача косыми дождями, холодный ветер не давал возможности просто выйти утром на балкон насладиться началом нового дня, и лёгкая грусть по теплу поселилась в душе.

Команда шутов всё прочнее завоёвывала своё место во дворце, постоянно устраивая шумные представления по поводу и без, на которых обкатывались задумки для Праздника Зимы и предстоящего императорства Ипрохана Весёлого. Каждый из нас становился настоящим «зубром» своего дела, набираясь опыта как в совместной работе, так и по отдельности. Спокойная рутина, одним словом, если это применимо к шутам неадекватного короля. Были, конечно, и мелкие неурядицы, и напряжённые моменты, но мы научились их обходить или не замечать, не тратя драгоценные нервы на всякую ерунду. Никто нас особо не тревожил, и жизнь текла своим чередом.

Фаннория потихонечку привыкала ко мне, частенько засыпая, уставшая после очередного увеселительного мероприятия, на моей кровати, но всё равно, до нормального состояния ей было далеко, и под утро я всегда обнаруживал её на диване, свернувшуюся калачиком.

По первости злило, если честно, но потом привык к этим диванно-кроватным отношениям и перестал мечтать о чём-то большем, чтобы лишний раз не «обламываться» в своих ожиданиях, что вот-вот и произойдёт прорыв. В общем, пустил всё на самотёк полностью, тем более, что было, чем занять голову ночами. Архимаг оказался прав — во мне происходило слияние двух миров. В состоянии Шурсы, стали видны не только энергетические потоки мира Маллия, но и появляться неизвестные ранее разноцветные линии, всё чаще и чаще обретая плотность и выдавая картинки, которые могли быть только в одном месте — на Земле. Чем всё это закончится понятно: моей смертью либо от естественных причин в результате катастрофы, либо от насильственных действий «неравнодушных граждан». Как мы ни бились с Кортинаром, но найти ту самую точку отсчёта не могли, хотя я и довольно далеко, по мнению старика, продвинулся во взаимодействии с крупицами сущего и линиями Творцов, уже без посторонней помощи проводника подключаясь к ним. Оставалась самая «малость» — научиться управлять ими, отсекая земное, чтобы не сотворить большой звиздец на всю округу. Вспыхнувшие в начале надежды, что, почуявший знакомую магию, Харм поможет разобраться не оправдались — ящер знал лишь то, что подобное было внутри его яйца, и на этом месте умолкал, виновато хлопая глазами.

Наконец, даже бездушный маг потерял терпение, понимая, что развязка близка. Этой ночью, как только я появился у него в кабинете, он не стал мне подсовывать очередную книгу из своей библиотеки или устраивать лекцию, а сразу выдал странную речь.

— Все обычные методы исчерпаны, — начал он, — остались лишь