Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

Глава 8

Подготовка

Правильно ли я поступил, передав вызов? У меня выхода другого не было. Правда, такая подстава от любимой сестрички Вике ещё аукнется. Я не злопамятный, я всё записываю. Использовать мой долг таким образом вообще «но эс пропио» (не подобает. исп.). И да, это вполне в стиле Вики — сперва ляпнуть, а потом упереться рогом, невзирая на доводы рассудка и здравого смысла. И все эти рассуждения не отменяют того, что долг есть, и я обязан его закрыть. Но вот способ, которым я собираюсь это сделать, сестрёнке сто процентов не понравится. В общем, мне остаётся только ждать, когда Евгений ответит на вызов, а пока этого не произошло, заняться другими делами.

* * *

— Так я могу казнить этих людей, ваше высокородие? — спросил я юриста, специализирующегося на удельном праве.

Его мне посоветовала Истомина, причём не Мария, а графиня Истомина. Жил он в Муроме и консультировал многих удельных дворян. Солидный специалист с обширной практикой. Николай Львович Дювернуа. Ординарный профессор, декан факультета публичного права, статский советник и прочая, и прочая.

— Давайте, Алексей Григорьевич, по имени-отчеству. У нас в академических кругах не принято обращение по чиновной табели. Отвечая на ваш вопрос, как удельный владетель, на жизнь членов семьи которого покушались слуги семьи, и именно в их отношении, вы можете применить такую санкцию.

Говоря это профессор скорчил такую физиономию, что стало понятно, что в академических кругах осуждают не только чинопочитание, но и казни. И всяких выскочек из поместных дворян, наверняка, тоже. Мне, впрочем, на его мнение, не касающееся формальных знаний, было начхать. Смертную казнь судебные инстанции империи не применяли уже более пятидесяти лет. На неё был наложен негласный мораторий, который протащили в качестве эксперимента. Как это часто у нас бывает, временная мера стала постоянной. Но удельных властителей и боярских родов этот негласный мораторий не касался.

— При этом вы должны соблюсти ряд условий, например зарегистрировать удельного палача, который должен быть лицензирован Министерством юстиции, либо же передать приговор в руки Имперского Министерства исполнения наказаний. Но я бы не советовал вам доводить дело до казни. Все же мы живем не в средневековье…

— Благодарю, Николай Львович, но, если совет не касается области юридической, я его не приму. Решение принято, мой вопрос был в том, как сделать его законным.

— Но ведь ваша репутация…

— У меня будет репутация человека, беспощадного к врагам семьи. Меня она совершенно устраивает. Я понимаю, что вы человек чрезвычайно занятый, и прошу вас посоветовать мне юриста, способного заняться оформлением документов. Пересмотреть Устав удела и прочие правоустанавливающие документы. Полагаю, с ними никто не работал уже полвека.

Он снова гадливо поморщился, только глаза не закатил. Однако мой титул и моё «неадекватное» поведение заставляли его соблюдать хотя бы минимальный политес.

— У меня есть на примете один… коллега. Кому другому я бы его не посоветовал, но вы, Алексей Григорьевич, думается, найдёте с ним общий язык. В его профессионализме сомнений нет никаких, иначе я бы его вам, конечно, не рекомендовал. Однако его моральные качества… Впрочем, думаю, вас он устроит.

— Благодарю, это будет весьма любезно с вашей стороны, — вместо: «пошёл ты в гору, мерзкий старикашка», — проговорил я.

Я тоже умею в политесы, да.

— Единственное, я не смогу сам ему вас представить. Мою рекомендацию он воспримет исключительно в негативном ключе. Так что я дам вам, Алексей Григорьевич, его контактные данные, а там уже сами договаривайтесь. Уверен, если вы предложите ему достаточную сумму денег, он вам расскажет, как родную мать в крепость обратить.

Профессор выдал мне контакт искомого юриста, и мы расстались, я уверен, считающие друг друга моральными уродами. Но мне лишь бы от будущей тёщи потом не прилетело сиятельное «фи». С роднёй супруги лучше поддерживать хорошие отношения.

До второго юриста я дозвонился без проблем, но после того, как он принял видеозвонок, сразу пожалел об этом. Выглядел этот средних лет мужчина довольно неопрятно и вовсе не напоминал профессионала по удельному праву. Напоминал он скорее бомжа на пенсии. Впрочем, первое впечатление оказалось обманчивым. Несколькими точными вопросами он выяснил, что мне нужно, почесал неухоженную бороду и согласился пойти на должность моего удельного правоведа за довольно скромную сумму месячного содержания. По поводу приговоров он был куда менее категоричен, чем его коллега, и не пытался читать мне мораль, а сказал следующее:

— Мне нужно будет ознакомиться с материалами следствия, перед тем как я дам вам ответ по поводу правомерности ваших действий как владетеля удела. Суха теория, молодой человек, а древо жизни даёт иногда весьма неожиданные плоды. Приговоры тщательно проверяются Минюстом, чтобы не допускать правового беспредела. Имперские власти тщательно следят, чтобы удельные властители не превышали свои полномочия. Если доказательная база будет плохо подготовлена, приговор может быть пересмотрен, и на титулованного дворянина наложен немалый штраф. Плюс его право суда могут ограничить. Вы правильно сделали, что обратились к специалисту. Редкостное здравомыслие в вашем возрасте.

— Там целый букет помимо покушения. Торговля людьми, контрабанда и много чего ещё, как я понял. Мне надо чётко отделить тех, кого я сдам в руки имперских следователей, от тех, кого могу судить сам. Надеюсь, вы прибудете в удел, а не будете предлагать мне онлайн-консультации?

— Если вы оплатите мне дорогу, господин барон, то я безусловно приеду. Более того, никаких онлайн-консультаций я не даю. Это всё чистое шарлатанство. Хм. Я вынужден попросить вас об авансе, так как я немного поиздержался. Если вас не затруднит, конечно…

— С этим не будет никаких проблем, — ответил я. — Как только подпишем договор, я выдам вам сразу двойную сумму оклада, на который мы договорились, в качестве подъёмных. Жить будете в усадьбе. Собственно, жду от вас договор, сделаю перевод и предупрежу о вашем приезде мою гвардию. Вот контакт руководителя моей службы безопасности, — я скинул ему «баронский» номер Истоминой. — За баронство отвечает моя невеста Ксения Ильина, с ней вы будете в непосредственном контакте.

— Я всё подготовлю, — заверил он меня.

Мы обсудили еще некоторые моменты, он уточнил отдельные детали договора, после чего распрощались. Первое неблагоприятное впечатление рассеялось. Юрист оказался очень конкретным человеком, что мне всегда импонировало. Посмотрим, как у него с обязательностью. По срокам он меня просветил, я не мог бесконечно удерживать людей под стражей, но вроде пока спешки особой не было.

* * *

Дальше я совершил совершенно идиотский поступок, далеко не первый в своей жизни. Забив приличных размеров банник на предупреждения