Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Понятно, — вздохнул я: — А обязательно именно привокзальный "пузырь" уничтожать или какой-нибудь другой сгодится?

— Уничтожение других свертков такого эффекта не даст, — покачала головой Зимина. — Повторные расчеты подтвердили, что именно тот "пузырь" удерживает на месте все остальные. С вероятностью девяносто девять процентов его уничтожение вызовет полное разрушение барьера…

— Хорошо бы. — Я поднялся на ноги и, вдохнув легкий аромат духов, наклонился поцеловать девушку. — Спасибо за чай.

— Подожди! — Алена вышла из-за стола и обняла меня. — Возвращайся. Обязательно возвращайся. Слышишь?

— А куда я денусь? — только и рассмеялся я. — Обязательно вернусь! — Сказал и прикрыл за собой дверь.

И вот уже в коридоре беззаботная улыбка сама собой сползла с лица, сменившись недовольной гримасой. Не везет так не везет. Придется лезть в волчье логово.

Дошел до приемной — там давешний следователь.

— Мне к вам или туда? — указал я на дверь кабинета.

— Подождите, вас вызовут, — не отрываясь от монитора, объявил молодой человек.

Я тяжело вздохнул и плюхнулся на ставший уже родным диванчик. Но только-только начал подремывать, как меня растормошил Шептало:

— Ты как себя чувствуешь?

— Нормально себя чувствую. — Как ни странно, самочувствие и в самом деле нисколько не беспокоило. Нельзя сказать, что полон сил, но, вопреки опасениям, вареным овощем себя вовсе не ощущал. — За этим разбудили?

— Идем, новости появились.

Вслед за куратором я проследовал в кабинет и, ни на что особо не надеясь, уточнил:

— Новости хорошие или так себе?

— Это с какой стороны посмотреть, — усмехнулся развалившийся в кресле Максим Альбертович.

— Полагаю, смотреть нужно с нашей стороны. Нет?

— Господин Прокофьев…

— Нашли его?

— Нет. Так вот, бывший милицейский полковник Прокофьев…

— Вы Романа допросили? — вновь перебил я крепыша.

— Ты издеваешься? — ожидаемо возмутился тот.

— Разве?

— Успокойся! — потребовал Владимир Николаевич. — Да, мы допросили Романа…

— А бласт-бомбу привезли?

— Лед!

— Все, молчу, молчу, — пообещал я и уселся на стоявший у окна стул. — Так что там с господином Прокофьевым?

— Завязывай со своими хохмачками, — хлопнул по столу Максим Альбертович. — А то нарвешься. У всех нервы на пределе. — Он грозно глянул на меня и уже совершенно спокойно продолжил: — Поскольку ваш юный талант Роман Дьячков поддерживал отношения с сотрудницей НИИ, господин Прокофьев его из поля зрения после увольнения не выпускал и, когда тот связался с оккультным кружком, решил на этом подзаработать. Так сказать, срубить деньжат на пенсию. Привлек старого приятеля, пару не прошедших аттестацию сослуживцев помоложе и начал обносить банки и грабить инкассаторов. А Рома Дьячков и его рыжий приятель уводили шайку через свертки.

— Вот как? — задумался я. — А ко мне они чего тогда прицепились?

— Неужели непонятно? — с неприкрытым сарказмом поинтересовался Владимир Николаевич. — Рыжий наверняка сразу доложил о похищении Романа, а Прокофьев за описание твоей толстовки не зацепиться просто не мог. Потом проверил, кто за последнее время открывал личное дело Дьячкова, ну и запаниковал, наверное.

— Скорее всего, так и было, — согласился с этой версией Максим Альбертович. — Только не учел, что ты такой резкий…

Я глянул на Шептало и с упреком произнес:

— А вот что мешало сразу Романа по полной программе выпотрошить?

— И я о том же, — кивнул крепыш и гаденько заулыбался. — Непрофессионально, Владимир Николаевич, крайне непрофессионально. Колдуны под носом, устойчивая преступная группа с заместителем директора по режиму во главе…

— Проверкой Прокофьева при назначении на должность занимался не я!

— И что это меняет? — удивился Максим Альбертович, и его морщинистые щеки на миг разгладились. — Пусть на момент утверждения в должности Борис Федорович и не был чист как стеклышко, но в требуемые рамки вполне вписывался.

— Прокофьев точно с горожанами не связан? — рискнул я привлечь к себе внимание руководства.

— Точно, — подтвердил куратор.

— Да, кстати, патрульные неподалеку от Стылого моря на колдунов наткнулись, — произнес вдруг развалившийся в кресле Баринов.

— На живых?

— Какой там! Мертвее не бывает. Один, правда, говорят, перенос пережил и уже от холода загнулся.

— А больше ничего там не вывалилось? — уточнил я. — Обгорелые останки, например, или…

— Закрыли тему, — нахмурился Владимир Николаевич. — Неважно, какие у тебя были резоны так поступить, ответить все равно придется.

— Ответить за что именно?

— За порчу особо ценного имущества как минимум, — пояснил Максим Альбертович. — Ты хоть представляешь, сколько бласт-бомба стоит?

— К слову о бласт-бомбах, — поспешил я перевести разговор на другую тему. — Так доставили уже, нет?

— Доставили.

— Так чего мы тогда сидим?

— Что, не хочешь узнать, какой тебе счет выставят? — поднялся из кресла Баринов.

— Нет, не особо, — поморщился я.

— Сюрприз будет, — усмехнулся Шептало и сунул в сумку рабочий ноутбук. — Ладно, давайте собираться.

— Ты сколько людей с собой провести можешь? — уже в приемной уточнил Максим Альбертович. — Четверых?

— Троих максимум.

— А если два раза сходить?

— Можно. — Лишние люди точно не помешают. Не в одиночку же геройствовать.

— Вот и замечательно.

Мы через двор перешли в спецблок, куратор распахнул дверь оружейной комнаты и указал на заваленный снаряжением стол.

— Проверь, все ли на месте.

— Проверю, — пробурчал я и, начав переодеваться, спросил: — Кто еще пойдет?

— Первой ходкой проведешь в сверток Виталия и пару человек Максима Альбертовича, — огорошил меня Шептало.

— На фига? — горестно вздохнул я, затягивая ремни бронежилета. — Виталий-то нам на кой сдался?

— Это не обсуждается, — твердо заявил Владимир Николаевич.

— В самом деле? — мягко поинтересовался Максим Альбертович.

— Виталий ориентируется на местности и обладает соответствующей квалификацией.

— Как скажете, — лишь ухмыльнулся крепыш.

— Хрен с вами, пусть идет, — капитулировал я. — Остальные-то хоть бывалые?

— Если после твоего обучения они пережили командировку в Приграничье, это о чем-то да говорит, — язвительно заметил Максим Альбертович.

Я только хмыкнул и спросил:

— А остальное где? Бласт-бомба, оружие, патроны?

— На месте выдадим.

— Понятно. Тогда вопрос: с кем по техническому устройству бласт-бомбы пообщаться можно?

— Что конкретно тебя интересует? — спросил Шептало.

— Грачев как-то обмолвился, что энергию бласт-бомбы можно использовать для заправки амулетов. Насколько сложно это сделать в полевых условиях? Нам бы отводящие пули обереги совсем не помешали.

— Надо уточнить. — Максим Альбертович достал мобильный телефон и указал им на дверь: — Вы идите пока. Сейчас догоню.

Забрав со стола шлем, я вслед за Шептало вышел из оружейной комнаты и остановился на крыльце.

— Дробовик взяли? — спросил уже там.

— Взяли, — подтвердил куратор.

— Патроны с серебром?

— И патроны. Все взяли, — невесело улыбнулся Владимир Николаевич. — Сам только все не запори. — Он помолчал и добавил: — Как обычно.

— Чего это — как обычно?

— Просто не запори, и все.

— Уж постараюсь.

Вновь в полный рост навалилась неуверенность, острыми коготками пробежался по спине страх, противно заныло в груди.

Не запори!

Легко сказать —