Охота на мастера. Том 2 - Александра Лисина

Она, признаться, не рассчитывала, что муж так легко отступится. Однако тан Расхэ и впрямь угомонился, после чего снова начал чаще бывать дома, заниматься своими прямыми обязанностями, отношения с женой наладил, да и на постельном фронте все снова стало, как прежде.

И Алоиза успокоилась. К этому времени ее подрывная деятельность в семействе Расхэ постепенно подходила к концу. Все, что хотела, она уже сделала: род наследников лишила, от Таланта их благополучно избавила, компрометирующие Расхэ материалы добыла и благополучно передала. Поэтому надеялась, что дольше нескольких месяцев ее задание уже не продлится, и была готова сделать все необходимое, чтобы все закончилось как можно раньше.

Оставалось лишь еще немного подождать, после чего у Расхэ начнутся крупные неприятности. Он потеряет доверие тэрнэ Ларинэ. Его работы законсервируют. Лаборатории закроют. А если тан Эранд сделает все, как обещал, и предоставит полученные сведения по «Гибриду» в нужном свете, то больше и делать ничего не придется — тэрнэ не простит предательства. И при удачном стечении обстоятельств уничтожит мятежный род сам, благо нужные доказательства ему предоставят, ну а на мелкие нестыковки можно будет закрыть глаза.

Оправдаться после такого Расхэ вряд ли сумеет. Но даже если и сумеет, то у Алоизы все равно появится совершенно законный повод подать на развод и покинуть опальный род, не вызвав подозрений.

Она не учла только одного — того, что тан Альнбар, не найдя иного выхода, все-таки отправится к набирэ и догадается предоставить ей для сличения отпечатки ауры настоящей и поддельной Элизабет Норасхэ.

Шансы на то, что набирэ обнаружит отличия в линии вероятностей, были ничтожны малы. Однако бабка, к которой явился Альнбар, оказалась опытной и на редкость сильной провидицей. Она быстро распознала подмену. Поэтому в один прекрасный вечер в домашнюю спальню, где Алоиза считала месяцы до долгожданной свободы, ворвался разъяренный муж. А потом…

Потом все пошло наперекосяк, и ей пришлось использовать быстродействующий, но не смертельный яд, которым снабдил ее в свое время человек тана Босхо.

Яд, правда, был не только быстродействующим, но и быстроразлагаемым, поэтому Алоизе крупно повезло, что тана Расхэ именно в тот вечер вызвали на аудиенцию к тэрнэ Ларинэ. Однако, придя в себя через некоторое время, она сразу сообразила, что задерживаться в родовом поместье для нее смерти подобно, поэтому по-быстрому собрала манатки, похватала деньги, драгоценности и в спешке покинула обреченный дом, еще не зная, что очень скоро сюда нагрянут тэрнийские штурмовики, которые сравняют поместье с землей и не оставят после себя ничего живого.

О том, как именно она выбиралась из родового имения Расхэ (полагаю, при наличии ожерелья, генерирующего иллюзии, это было несложно), мне уже было не так интересно слушать, поэтому часть информации я благополучно пролистал, решив сосредоточиться на самом важном. Зато доподлинно выяснил, что она делала дальше, сколько денег и в какой валюте она получила за уничтожение рода Расхэ. Сколько раз она за эти годы прошла процедуру полного омоложения в клиниках Туран. Где и на что жила, какую еще работу успела выполнить для Эранда Босхо. С кем именно контактировала и через кого поддерживала связь с нанимателем…

Одним словом, теперь я знал о ней абсолютно все.

И, кстати, причину, по которой она вчера так поспешила и угодила в ловушку, пока готовила ловушку для меня, я тоже сумел выяснить.

Как я и предполагал, узнав, что ей придется стать женой тана Альнбара Расхэ, Алоиза как профессиональная аферистка тщательно к этому подготовилась и заранее изучила всю информацию по будущему мужу, начиная с самого раннего детства. Каким он рос, как выглядел, чем увлекался, какими вредными привычками страдал… Тан Носко сам передал ей эти сведения точно так же, как когда-то тан Расхэ передал мне такой же набор условного компромата на всех известных ему танов из всех родов.

Алоиза досконально изучили эти данные, чтобы лучше понять будущего супруга. Узнала его слабые места, триггерные точки. То, на что можно надавить. И в том числе то, на чем настаивать ни в коем случае не следовало. Именно поэтому она так легко встроилась в жизнь Альнбара Расхэ. Поэтому же он так ей доверял и даже мысли не держал, что предать его могла именно она.

Когда же Алоиза встретила меня, то не просто растерялась — она чуть ли не впервые в жизни в себе усомнилась. Моя внешность сказала лэнне намного больше, чем имя, ведь она несла в себе семейные черты танов Расхэ. В то время как лэнна Норасхэ до поры до времени была свято уверена, что полностью контролировала мужа. Искренне считала, что он ни за что не смог бы ее предать и завести интрижку на стороне.

А тут она случайно… действительно случайно, без дураков… увидела меня в торговом центре и поняла, что могла ошибаться.

Услышала имя Гурто и сообразила, почему в свое время тан так много со мной возился.

Это означало, что она недооценила его. Не увидела. Не поняла. Не уничтожила кровь Расхэ до конца. То есть сделала свою работу не на «отлично», как ей казалась, а грубо схалтурила, раз уж я умудрился выжить.

А раз она упустила что-то одно, то, может, тан и в остальном был с ней не так честен, как ей казалось? Может, он утаил от нее еще какие-то секреты? Или, может, у него остались другие дети на стороне, о которых она, вся такая умница-разумница, понятия не имела?

Вот почему Алоиза… а она, помимо прочего, была еще и перфекционисткой… просто не смогла пройти мимо. Ей до зарезу понадобилось выяснить правду прямо здесь и сейчас. Убедиться, что это не ошибка, что ей, может, просто померещилось. Поэтому она и поспешила, понадеявшись на свою личину. Поэтому же и надумала меня забрать с собой для более приватного разговора, несмотря на то, что я мог быть против.

Не зная, что я не просто сын тана, но еще и обладатель родового Таланта, она попросту не смогла предусмотреть всех последствий своего решения. И во второй раз за много лет крупно погорела, решив, что от слабого подростка, в отличие от его отца, серьезной угрозы быть не может.

Когда же она выяснила, что я — мастер кханто, то запоздало засомневалась, однако переигрывать было уже поздно. Я уже сидел в машине. Выгонять меня на улицу стало нерационально. Извиняться и делать хорошую мину при плохой игре — глупо.

При этом Алоиза все-таки почувствовала, что что-то не так. Достаточно быстро сообразила, что все непонятное