Фантастика 2026-80 - Мария Фир

- не понять. Черные штаны не имели особых отличий, как и сапоги. У ван Ретт создалось ощущение, что возлюбленный просто надел камзол поверх своей обычной одежды.

Узор на камзоле Гара Катти запомнила намертво. Она была уверена - проснется и сможет его зарисовать. А вот с тремя другими участниками сна ей не так повезло. Ни колец, ни узоров на одежде. Будто знали, что молодая пророчица попытается их опознать.

И тогда Катарина решилась на эксперимент. Она изо всех сил пожелала, чтобы сон продолжился. Глядя, как одурманенного возлюбленного поднимают на ноги, она вообразила, что у нее вместо невидимых рук такие же невидимые лапы. И, зажмурившись, ударила по одному из тех, кто держал Альтгара.

В этот же момент ее выбросило в реальность. Правую руку прострелило такой болью, что у Катти перехватило дыхание.

В дверях стояла Мадди.

- А я думала, будить тебя или нет. На обед идешь?

- Время.

- Что время? Сколько? Так через полчаса обед.

Катарина прикрыла глаза: неужели она уложилась в десять минут?

- Да, сейчас встану... - Ван Ретт неудачно оперлась на травмированную руку и со стоном упала лицом в подушку. - Дорф!

- Что с рукой?

- Эксперимент.

Мадди помогла подруге сесть и потребовала показать руку. Но все оказалось в порядке. За тем лишь исключением, что ногти приобрели холодный, голубой оттенок.

- Я так понимаю, - осторожно протянула ванен Скомпф, - что это не краска?

- Не краска.

- Ой, они еше и холодненькие, - охнула Мадди. - На балу тебе потребуются перчатки.

- Зачем? Я этой рукой трость держу. Никто не увидит.

На обеде Катарина с трудом удерживалась от гримас - рука болела. Не так сильно, как сразу после пробуждения, но все равно неприятно. Мадди сочувственно вздыхала и подкладывала подруге на тарелку аппетитные кусочки.

- Ты чудо, - бледно улыбнулась Катти.

- Оно хоть того стоило?

Мэдчен ван Ретт отложила вилку в сторону и тихо шепнула:

- Пока не знаю. В ванной комнате расскажу.

Мадди серьезно кивнула и начала громко расхваливать суп с «морской гадостью». Ильтиона и Боудира на два голоса принялись поучать «необразованную купчиху». Тут разозлилась Катарина и в тремя простыми предложениями показала, что за этим столом образованных в принципе нет.

- Умение не морщась поедать изыски высокой кухни не равно благородству души и образованности сознания, - жестко добавила Катарина и резко встала. - Благодарю за приятную компанию, мэдчен.

Следом за Катти вышла не только Мадди, но и Боудира.

- Не стоит никого судить, - спокойно произнесла ванен Крют. - Для этого есть специально обученные люди.

И только после того как Боудира скрылась в своей комнате, Катарина поняла, что рука ее больше не беспокоит. Совпадение или ванен Крют ее вылечила?

- Давай закончим с нашим подарком.

- Да, он замечательно колосится в ванной комнате, - хмыкнула Мадди. - Спасибо. Чувствую, что мне предстоит тотально образовываться.

- Зато ты уже знаешь слово «тотально», - фыркнула Катти и, приобняв подругу, шепнула: - В наше время высокой кухней считается то, что предпочитает вкушать королева. Так что все в твоих руках!

- А то, что вкушает принцесса, - недовысокая кухня? - хмыкнула ванен Скомпф. - Спасибо, ты меня утешила.

До самого ужина девушки трудились над медальоном.

- Мы же его не утащим, - охнула Мадди.

- Слуги внесут его следом за нами, - отмахнулась Катарина.

А медальон и правда получился большой. Даже чуть больше обычного настенного украшения. Но зато в ярко-изумрудной траве пролегли основные реки-артерии Келестина.

- А как мы изобразим провинцию Тиммин? У них мануфактуры ведь.

Мэдчен ван Ретт сердито посмотрела на почти готовый медальон и тяжело вздохнула. В основном в Келестине провинции занимались выращиванием фруктов, овощей и ловлей рыбы. Со всем этим проблем не возникло - она вырастила крохотные яблочки и вишенки для одной провинции, Мадди налепила рыбок из волшебной глины. А вот Тиммин и Льдовин отличились - мануфактура и кораблестроение.

- Я не смогу слепить кораблик, - вздохнула Мадди.

- А связать?

- А нитки?

- Платье можно распустить, - пожала плечами Катарина. - У меня есть лишнее. Нянюшка положила.

- Разве бывают лишние платья? - удивилась Мадди.

Весело рассмеявшись, мэдчен ван Ретт поднялась и вытащила «цветастый ужас».

- Эйта Талем подарила мне его, - Катти вздохнула, - потратила на него почти все свои сбережения. Я его носила только ради того, чтобы она не расстроилась. А ты же знаешь, солосскому шелку сносу нет.

- Как ты шелк на нитки пустишь?

- Там есть кружево, - отмахнулась Катти.

Но все слова Катарины прошли мимо Мадди - та с искренним удовольствием любовалась платьем.

- Распустить его на нитки - преступление, - промурлыкала ванен Скомпф. - Оно идеально.

- Прости, но передарить подарок я не могу, - тихо сказала Катти.

- А одолжить? Я бы надела его завтра.

Катти только плечами пожала, и Мадди, забрав платье, умчалась искать свою служанку - чтобы озадачить ее художественной глажкой. Вернулась она без платья, но зато с крошечным корабликом. Сказала - трофей.

- Осталось только мануфактуру сделать.

- Они производят ткани, - отозвалась Катти. - Смотри, что я придумала, - бантик из шелковой ленты.

- Отлично. Сколько медальон проживет?

- Без воды - месяц. Если время от времени его будут опрыскивать водой, - ван Ретт задумчиво пожала плечами, - не знаю. У меня дома цветочные медальоны уже несколько лет держатся.

За ужином невесты-избранницы старательно демонстрировали обиду. Но Катти, хоть и сожалела о своей резкости, извиняться не стала. Она была права по сути, просто выбрала слишком жесткую форму.

- Как ты только не задымилась под их взглядами, - хихикнула Мадди.

- А что мне дымиться, - Катти пожала плечами. - Я была резка, но не солгала ни словом.

Навстречу вышедшим из обеденной залы девушкам бежала Марийка, служанка Мадди.

- Мэдчен ванен Скомпф, портниху я не нашла. Но моя старшая сестра может помочь.

- Помочь? - удивилась Катти.

- Мы с тобой немного различаемся, - Мадди выразительно погладила себя по животу. - Нет, платье и так хорошо сидит, видимо, тебе оно великовато. Но нужно немного доработать его.

- Да нет, я же тебе говорила, что мне пришлось забыть о пирожках, - улыбнулась Катти. - После травмы я поправилась. Хорошо кушала и плохо ходила.

Посмеявшись, девушки разошлись. Мадди