"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

затем поочередно всех остальных друзей. Пока Воробьев вкратце рассказывал итоги их поездки в Геленджик, Лев Николаевич обсуждал с инженером Калмыковом возможность установить радиосвязь между убежищем и поселком Дальним. Договорились на том, что займутся этим вопросом, как только у Евгения появятся антитела к зомби-вирусу после прививки от бешенства. Малышкину президент почти игнорировал.

– А с другими убежищами у вас связь есть? – поинтересовался Иван, не выпуская жену из объятий.

– Да, но почти никто на нее не выходит, – усмехнулся Калмыков, – я думаю, больше половины всех правительственных «тайников»сейчас пустые. Одни, может быть, осознано затаились, а у других ЧП случилось. Например, в самом начале эпидемии в Казанском бункере дала сбой система очистки вентиляции. Вирус проник в убежище, они попытались изолировать зараженных, но, судя по всему, слишком поздно. Казань уже давно не отвечает на наши сигналы.

Макс представил себе жуткую картинку, как в опустевшем подземном бункере лежит последний человек и понимает, что вот-вот станет зомби. Пустит ли он себе пулю в лоб или будет слоняться по бетонным коридорам, пока не издохнет от голода? Сова выбрал бы пулю. Подросток постарался отогнать эти мысли и посмотрел на инженера:

– А Москва? Питер? Урал? Сибирь? Владивосток?

– Восточнее Иркутска никто не отвечает. В Москве всё более-менее нормально. Там самая многочисленная колония выживших, из тех, что мы знаем. В Питере недавно сменилась власть, но по более мягкому сценарию, чем у нас с Черновым. Там никого не расстреливали. В любом случае, уже каждый сам по себе, все бункеры- как мини-города-государства. Мы им сообщили про вакцину от бешенства, кто услышал, тот услышал.

Таймер на стене показал время ужина, и все отправились в столовую. По пути Андрей и Маша рассказали президенту, как продвигается разработка вакцины, и признались, что пока хвастаться особо нечем.

– Мы останемся тут, пока ребята работают, если остальные не против, – сказал Воробьев, подсаливая свою миску риса.

– Конечно, никто насильно вас разлучать не намерен, – кивнул Лев Николаевич, – но мне завтра надо вернуться в поселок.

– Хм, одному рискованно, – Макс слегка поперхнулся и получил пару «лечебных» шлепков по спине от Андрея.

– Вечером поеду, по темноте, когда зомби уже спать свалятся.

Сова переглянулся с сестрой и предложил другую идею:

– Мы тут с Ленкой посоветовались, можем вам компанию составить. В поселке от нас пользы будет больше, чем здесь. Там каждый человек на счету. Мы же все равно через неделю сюда вернемся, правильно?

– Да, я только рад…, – Корнилов слегка удивился такому решению подростка.

– Вот хитрюга, Макс. Не хочешь, значит, в этих катакомбах тухнуть, – Катя наиграно поморщилась, прищурив зеленые глаза.

– Я не только о себе думаю, но и о коллективе. Если всех в поселке без нашей помощи съедят, куда нам возвращаться?

– Сплюнь ты, ворона. Но вообще логика есть, опять придется разделиться на время, – нехотя согласился Воробьев.

– Я не ворона, а Сова, – поправил друга Макс.

Перед сном все обсудили и согласовали планы на завтра, но следующий день внес свои неожиданные коррективы. Ближе к обеду инженер Калмыков вихрем пронесся по коридору в поисках президента:

– Лев Николаевич, Лев Николаевич! Бункер в Междугорском вышел на связь. От них срочное сообщение!

– В Междугорском? Это на Урале? – уточнил Корнилов.

– Тот самый. В общем, они поймали сигнал из Сибири и ретранслировали его нам. Пойдемте, сами послушаете. Андрея с Машей тоже обязательно надо позвать. Там такое…

Через пару минут вся компания собралась в комнатке, которая служила центром связи убежища с внешним миром. Люди с каменными от напряжения лицами слушали, как из динамика звучал голос Хаимовича. Его послание прокрутили несколько раз, но все равно не верилось, что это правда.

– Это же он?! Реально он?! – Маша с округленными глазами в очередной раз спрашивала Андрея.

– Сама слышишь, я его голос ни с чьим не спутаю, это сто процентов Борисыч.

– Вот ублюдок, как таракан живучий, – с горечью отметил Иван.

– А я чувствовала, что он жив. Что-то внутри такое подсказывало, – вздохнула Маша, не зная радоваться или бояться «воскрешения» профессора.

Кузнецов почесал подбородок и вдруг ощутил холодок по спине, как во время своих кошмаров:

– Этот ублюдок – наш большой шанс на скорейшее создание вакцины.

– К тому же там девочка при смерти…, но как нам до него добраться?! – Воробьева с надеждой посмотрела на президента.

– Ради спасения одной незнакомой девочки Малышкина точно взбунтуется и мою идею не одобрит. Но если речь идет о вакцине и том, кто ее создал…

– Ну! – нетерпеливо потребовал развития мысли Иван, когда Корнилов вдруг замолчал.

– Сейчас-сейчас, сначала надо все проверить и рассчитать. Женя, какое расстояние от нас до этого Хаимовича?

– Один момент, – сообразительный Калмыков уже вбивал в компьютер координаты, которые сообщил профессор.

Лев Николаевич оценил километраж и разочаровано выдохнул:

– Далековато, не дотянем.

– Можно попробовать через Междугорский, до них – чуть больше тысячи семисот километров по воздуху, – предложил инженер.

– Запроси у них возможность дозаправки.

– Сделаем.

Пока Евгений связывался с бункером в Предуралье, президент рассказал свой план:

– У нас есть два вертолета, мы на них из Москвы сюда эвакуировались. Дальности полета хватит, чтобы добраться до Междугорского. Если они нас заправят, то мы сможем забрать этого профессора с девочкой и дотянуть обратно до Урала. Там потребуется вторая дозаправка, чтобы вернуться сюда.

– Надо вылетать как можно скорее. Боюсь, если мы не успеем и девочка умрет, то Альберт Борисович даже под пытками секрет антивируса не раскроет, – предупредила Маша.

– А с чего вообще Хаимович стал такой добренький, что ради какой-то девчонки решил выдать себя? Он же понимает, что его ждет, – задумался Кузнецов, с подозрением глядя на динамик радиопередатчика.

– Да, странно. Детей у него не было. По крайней мере, нам он не рассказывал, – согласилась Маша.

– Ни детей, ни жены. Борисыч – фанатик, которого кроме работы вообще ничего в жизни не интересовало, – Андрей скрестил руки и облокотился на стену.

– Думаешь, это ловушка? – Лисицина от волнения прикусила нижнюю губу. Сообщение профессора перевернуло всё с ног на голову.

– Какая-то странная ловушка, – усомнился Иван, – судя по голосу, ваш Хаимович вообще не особо надеется, что кто-то прилетит. Даже несмотря на его обещания создать антивирус. Может, у него крыша поехала, и он так развлекается? Да и кто, кроме нас, ему реально поверит?!

– Альберт Борисович рассчитывает на помощь спецслужб, военных, тех, у кого есть ресурсы для создания вакцины, – предположила Маша.

– Ага, и они такие по первому зову направят к нему в Сибирь спасательную экспедицию…

Космонавт хотел сказать что-то еще, но в разговор супругов вмешался Калмыков:

– Судя по координатам, там вообще глухая тайга. Чтобы передать оттуда сообщение до Урала требуется довольно серьезное оборудование.

– Бред какой-то! И что делать?! – Андрей жутко нервничал, всё больше запутываясь в своих мыслях.

– У нас есть шанс получить антивирус, но это огромный риск. Вертолет надежный, но всё равно в дороге может случиться всякое, – Корнилов посмотрел на свои раскрытые ладони, словно взвешивая все за и против.

Ивану не нравилась затея в очередной раз связываться с Хаимовичем:

– А без этого психа вы вакцину не сделаете?

– Честно? Стопроцентную гарантию дать не могу. Даже пятидесятипроцентную, – вполголоса признался Кузнецов.

Маша подтвердила слова коллеги молчаливым кивком. В этот момент раздалось шипение и хриплый мужской голос из Междугорского бункера пообещал заправить вертолет. Но тут же потребовал личной гарантии президента, что его людям будет предоставлена вакцина. Лев Николаевич посмотрел на присутствующих:

– Я готов рискнуть.

Глава 23. Полёт

Вертолет выкатили из ангара. По протоколу срочной эвакуации он был полностью подготовлен и мог вылететь в любой момент. Но людям потребовалось около часа, чтобы собрать все необходимое, а главное – решить, кто полетит на борту.

Еще до своей политической карьеры, Лев Николаевич прошел курсы пилотирования вертолета. Авиация стала одним из его любимых хобби. В дальнейшем президент старался выделять в своем рабочем графике возможность время от времени полетать на винтокрылых машинах. Корнилова всегда сопровождал более