Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

«Ага, забыла, — проворчала я про себя. — Да, я даже не в курсе была, что в этом мире такие увлекательные аттракционы существуют».

Неопределенно пожав плечами, я все-таки решила отвернуться и не смущать Дракмора, хотя судя по нему, он даже и близко не смущался.

— Мари, — позвал меня Аластор.

Я повернулась и застыла, потому что моему взору предстала изумительная картина того, как посреди лазурного озера во всей красе плескался обсидиановый огромный дракон с глазами цвета водной глади.

Не любоваться им было сложно, что собственно говоря, я и делала.

— Ты так смотришь, будто первый раз увидела, — прорычал дракон. — Запрыгивай давай. Я не уверен, что мне хватит сил оборота, чтобы добраться до дома. Поэтому не стоит терять время зря. Потом полюбуешься.

— Несносный ящер, — проворчала я, неуклюже забираясь на крыло, которое мне любезно подставили.

— Я все слышу, — предупредил он и дождавшись, пока я усядусь, стал медленно подниматься вверх. — Держись крепче. Можешь меня даже обнять. Я, конечно, не тот милый песик, но тоже ничего.

— Ага, — только и смогла буркнуть я в ответ, хватаясь за широкую и прохладную драконью шею.

«Господи, пожалуйста, пусть мы долетим и я не свалюсь отсюда кубарем!» — молилась я про себя, когда мы взмыли в небо.

— Не бойся, — раздался рычащий голос дракона. — Даже если ты свалишься, я успею тебя поймать.

— Спасибо, — тихо выдохнула я, разрешая себе немного расслабиться и насладиться красотой природы с высоты драконьего полета.

Я только сейчас, прокрутив в голове все прошедшие события, смогла погрузиться в эти эмоции и дать им волю. Я полусидела на драконьей спине и из моих глаз катились крупные слезы. Это был первый раз, с тех пор как я попала в этот мир, когда я позволила себе немного расклеиться. И именно сейчас в душе возник отклик поблагодарить Аластора.

— И за то, что спас — спасибо. И что не умер.

Дракон подо мной завибрировал, давая понять, что он принимает благдарность и оставшуюся дорогу мы провели молча.

Когда в зоне видимости показалась крыша дома, я немного обрадовалась, но одновременно с этим почувствовала какое-то напряжение со стороны дракона.

— Что случилось? — спросила я, ощущая, что Аластор ускорился в процессе снижения.

— Все хорошо, — прорычал дракон, целясь на площадку перед поместьем.

Посадка оказалась не самой мягкой, но вероятно, что приземляться на драконе — не то же самое, что на самолете.

— Не хочу тебя торопить, — прорычал дракон. — Но могла бы ты побыстрее слазить.

Я постаралась ускориться и чуть не запуталась в плаще, который всю дорогу укрывал меня от ветра. А в следующую секунду произошло сразу несколько событий одновременно.

Раздался хлопок, двери поместья распахнулись и на крыльцо выбежала взволнованная Урсула, взору которой предстала я в разорванном платье, стягивающая с себя плащ, и Дракмор в чем мать родила.

Глава 23

Марианна

Немая сцена затягивалась, а я была не любителем театральных пауз.

— На, — кинула я плащ в Аластора, который в целом даже и не думал смущаться. — Прикрой срамоту, а то тут дети!

Сказала я это довольно громко, поэтому когда я гордо уходила в закат, меня провожал разъяренный взгляд Урсулы и задумчивый — Дракмора.

Вероятно, он ожидал, что я должна была лишиться сознания от его столь откровенного и, надо признать, восхитительного телосложения, а я не то, что в обморок не легла, я даже не покраснела ни капельки. Какая досада.

Мешать счастью не совсем молодоженов, я не собиралась, поэтому отправилась в поместье Питцжеральд в экипаже, который попросила подать мне управляющего, что выбежал к нам вместе с Урсулой.

Забравшись в экипаж, я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Только сейчас я ощутила всю усталость от произошедшего. Казалось, что с моего триумфального появления на королевском балу в сопровождении семи прекрасных мужчин прошло уже больше месяца, хотя на самом деле, прошли сутки.

Но столько всего произошло за эти двадцать четыре часа, что можно было целую книгу написать.

Как скучно я, оказывается, раньше жила. За семьдесят пять лет жизни меня ни разу никто не пытался убить. То ли дело за неделю в этом мире.

Может это карма такая у меня? За то, что я почти всю свою жизнь жила удобной хорошей девочкой, а тут вдруг решила, что раз второй шанс дан, нужно использовать его по полной?

За всеми этими мыслями, я не заметила, как уснула. А когда открыла глаза передо мной встревоженно маячила рыжая голова Эммы. И так я, оказывается, по ней соскучилась и была рада видеть эту шабутную девчонку, что чуть не задушила ее в объятиях, чем вызвала еще бОльшую тревогу и настороженность во взгляде у управляющей.

— Миледи, что ж такого с вами приключилось? — спросила Эмма, оглядывая мой эпатажный образ.

— Ой, чего только не было со мной, — уклончиво ответила я. — Прикажи, пожалуйста, приготовить ванну. Безумно хочется снять с себя остатки былой роскоши и смыть все произошедшее.

— Ванна ждет вас со вчерашнего вечера, — ответила управляющая. — Когда я в пятый раз приказала подогреть там воду, слуги стали недобро на меня коситься, но я верила, что вы очень скоро вернетесь домой, госпожа.

— Ты ж моя предусмотрительная, — тепло улыбнулась я Эмме. — Ну, пойдем.

— Кстати, — помогая мне выбраться из экипажа, вспомнила управляющая. — Ваши новые друзья, миледи, обили нам все пороги со вчерашнего вечера. Я с горем пополам выпроводила их.

Я в ответ лишь хихикнула, представив себе эту картину и мы двинусь к крыльцу.

Видимо, боги этого мира посчитали, что на сегодня с меня хватит приключений и остаток дня я провела в заботе о себе и залечивании ран, полученных в процессе босоногого путешествия по жуткому лесу.

Эмма, посмотрев на мои ступни чуть не отправилась к праотцам и высказала мне глубокое уважение моей смелостью и стойкостью, ибо любая другая знатная барышня на моем месте уже орала бы дурниной от боли и просила бы зелье забвения.

А я нет, держусь, еще умудряюсь шутки шутить и радоваться тому, что меня не съели. В моей картине мира по-другому и быть не могло. Только так, с юмором, где-то даже с сарказмом и, главное, никогда не сдаваться, чтобы ни