Пришествие ночи 1-6 - Питер Гамильтон

— Дайте ему что-нибудь выпить, — скомандовал Квинн. Билли-Джо и Джулиан порылись в шкафах, вынули банки с содовой, открыли их и подали благодарному одержимому.

— Тебе надо набраться сил, уж слишком много крови ты потерял, — сказал Квинн. — Полежи, отдохни немного. Полюбуйся шоу.

— Да, Квинн, — слабо пробормотал одержимый.

Ему удалось повернуться на спину, при этом от слабости он чуть не потерял сознание.

Со звоном раскрылись железные наручники. Кортни посмотрела на них, а потом вопросительно взглянула на Квинна. Роба его уже почти растворилась.

— Ты знаешь, как ими пользоваться, — сказал он.

Кортни выскочила из платья и, склонившись над кроватью, продела кисти в наручники. Они тут же защелкнулись.

Глубоко удовлетворенный (и весьма голодный) «Илекс» появился над Айвоном. Узнав от Аустера о результатах полета, эденисты Трафальгара ощутили эмоциональный подъем. Лалвани тут же рассекретила успешную миссию, и пресса флота начала передавать информацию новостным компаниям системы. Все произошло так быстро, что не успел штат Первого адмирала официально известить Джиту Анвар, как помощники президента уже увидели сообщения о событии в коммуникационной сети.

С ускорением 2 g космоястребы летели к родной базе. Настроены они были благодушно, не то что в прошлый раз. Родственная связь раскалилась от шуток и поздравлений, адресованных ликующей команде.

Через два часа по прибытии «Илекса» принятый недавно в штат лейтенант Китон провел капитана Аустера в офис Первого адмирала. Самуэль Александрович тепло приветствовал эденистского капитана и жестом пригласил его в рекреационную зону. Рядом на кожаные диваны уселись Лалвани и Колхаммер. Лейтенант принес им чай и кофе. В это время загорелась цилиндрическая аудиовизуальная система и на экране предстали президент Хаакер и Джита Анвар.

— Адмиралы и капитан, передайте мои поздравления флоту, — сказал Хаакар. — В настоящее время уничтожение производящей антивещество станции особенно важно.

— Станция эта принадлежала Капоне, господин президент, — значительно проговорил Колхаммер. — Это тем более приятно.

— Теперь он не сможет устраивать свои проклятые инфильтрационные полеты на планеты Конфедерации, и тем более полномасштабное наступление, вроде Арнштадта, — подтвердил Самуэль. — Получилось что-то вроде кастрации. А кампанию нашу мы не только продолжим, но значительно ее усилим. Необходимо вымотать черноястребов и выкачать до конца запасы антивещества, которые он будет применять для обороны. К тому же, как нам стало известно, у них там нестабильная социальная ситуация. Мы полагаем, что несколько недель, два месяца от силы, и Организация распадется.

— Если только он не вынет очередного кролика из-под своей широкополой шляпы, — съязвил Хаакер. — Я, разумеется, не преуменьшаю ваш успех, Самуэль, но, во имя Аллаха, слишком долго уж все продолжается. Согласно последнему донесению, у Киры уже одержана почти треть населения, и сейчас только вопрос времени, когда одержат всех до одного. Кроме того, мы знаем, что Капоне с успехом провел инфильтрацию в одиннадцати мирах. А это значит, что мы их тоже потеряем. Вы это знаете не хуже меня. Да вот хоть бы сейчас, мне докладывают, что прежде чем вы уничтожили станцию, в инфильтрационный поход вышли очередные корабли. Прошу прощения, но мне кажется, ваш успех не бесспорен.

— Что вы предлагаете нам сейчас делать?

— Вы и сами прекрасно знаете. Как идут дела у доктора Гилмора?

— Медленно. Мэй Ортлиб, должно быть, вам докладывала.

— Да, да, — Хаакер нетерпеливо махнул рукой. — Ладно, держите меня в курсе дальнейших разработок. Желательно, чтобы я узнавал обо всем раньше журналистов.

— Слушаюсь, господин президент.

Президент и его помощник исчезли с экрана.

— Неблагодарный старый козел, — сквозь зубы сказал Колхаммер.

— Верно, — согласилась Лалвани. — Ассамблея в последнее время напоминает зоопарк. Послы осознали, что их великолепные речи не помогают разрешению кризиса. Они требуют действий, хотя сами, разумеется, ничего предложить не могут.

— Уничтожение антивещества должно облегчить нагрузку на флот, — сказал Колхаммер. — Надо надавить на некоторые правительства: пусть наложат карантин на гражданские полеты.

— Многие действуют исподтишка, — заметила Лалвани. — На маленьких, удаленных астероидах трудная экономическая ситуация. Конфликт вроде бы далеко от них. Поэтому они потихоньку и совершают полеты.

— Идиоты! Не понимают: то, что далеко, может стать совсем близко. Дождутся, что одержимые явятся прямо к ним, — распалился Колхаммер.

— Нам теперь удается выявлять главных преступников, — сказала Лалвани. — У меня связи с другими разведками. Как только мы установим все источники опасности, проблема станет чисто дипломатической.

— Да, и дело в шляпе, — проскрежетал Колхаммер. — Чертовы законники.

Самуэль поставил чашку на стол розового дерева и повернулся к Аустеру.

— Вы, кажется, были в эскадре Мередита на Юпитере?

— Да, адмирал, — сказал Аустер.

— Хорошо. Пока «Илекс» причаливал, я читал ваш доклад о миссии на станцию. Так вот, скажите мне честно, зачем Согласие посылает два корабля по другую сторону Туманности Ориона. И особенно меня интересует, почему один из них — «Леди Макбет». Я предполагал, что капитан Калверт и пресловутая Мзу останутся на Транквиллити и общаться друг с другом ни в коем случае не будут.

Капитан космоястреба слегка поклонился. Лицо его приняло серьезное выражение. Несмотря на поддержку, которую по родственной связи предлагали ему другие эденисты, и «Илекс», стоять перед разгневанным Первым адмиралом было не так-то легко.

— Уверяю вас, Согласие рассматривает проблему Алхимика чрезвычайно серьезно. Однако мы получили информацию, из-за которой пришлось нарушить ваше предписание.

Самуэль Александрович откинулся на кожаную спинку, понимая, что ему не следует разыгрывать неумолимого тирана. Иногда трудно сопротивляться.

— Продолжайте.

— Повелительница Руин узнала, что, возможно, религия тиратка имеет материальное основание.

— Я и не знал, что у них есть религия, — сказал Колхаммер и, обратившись поспешно к собственной нейросети, быстро пролистал энциклопедические файлы.

— Это было что-то вроде озарения, — сказал Аустер. — Но религия у них есть, и их бог, возможно, представляет собой что-то вроде могущественного артефакта. Они верят, что он способен спасти их от одержимых людей.

— Итак, Согласие послало два корабля на разведку, — сказал Самуэль.

— Да. Такое расстояние адамистский корабль может покрыть, лишь используя антивещество.

— К тому же полет освобождает Калверта и Мзу от контакта с одержимыми. Как удобно.

— Это решило Согласие, адмирал.

Самуэль хохотнул.

— «Лагранж» Калверт встретится с живым богом. Ну и зрелище. Хорошо бы отсюда увидеть столкновение этих эго.

Лалвани и Аустер невольно улыбнулись.

— Что ж, бывает, хватаются и за более тонкие соломинки, — сказал Самуэль. — Благодарю вас, капитан. Передайте мои поздравления «Илексу» по случаю успешного завершения миссии.

Эденист встал и отвесил официальный поклон.

— Адмирал.

Лейтенант Китон проводил его до дверей.

Хотя Самуэль считал это немного смешным, если не грубым, но он дождался, пока Аустер выйдет из комнаты, и только тогда обратился к двум адмиралам. Секретность была его девизом,