"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 - Николай Алексеевич Некрасов

В восемнадцать лет уже проклёвываются признаки того, каким ты станешь человеком. А на нас ещё свалился груз ответственности перед всем миром, что просто обязывало повзрослеть и собраться. С другой стороны — внезапная слава могла стать тем ещё испытанием для воли и характера. И я уже видел, как потихоньку начинают раскрываться ребята (да и я сам) в непривычных условиях, вдали от дома.

Мне всю жизнь говорили, что университетские годы — лучшие. И они никогда не повторятся. Но мне повезло, и хотелось использовать этот шанс, чтобы в будущем не жалеть, что чего-то не успел.

— Ты извини, что не хочу ввязываться, — виновато произнёс Терр. — Просто это не моё. Но в остальном — можешь на меня положиться. Будь ты всё ещё в нашем секторе, я б голосовал за тебя. А так — лучше буду за Руби, чем влезу в это сам. Тем более, у меня и с учёбой дела так себе. Мне лишнее время тратить нельзя, иначе провалюсь в рейтинге. А скатываться и уступать этому, — он ткнул Шена в бок, — не к лицу.

— Эй! — возмутился Шен. — Сам тебя ещё обгоню, вот увидишь.

Терр шутя ощетинился, а я произнёс:

— Да нормально, Терр, всё понимаю. Не парься. Руби у нас умница, она справится. И с учёбой, и с должностью. Она последний тест написала лучше всех по всем секторам. Она башковитая, нам и не снилось.

— Очень! — сально улыбнулся Шен, рисуя перед собой две окружности. — Настолько, будто у неё три головы, а не одна. Поняли, да?

И прихрюкнув расхохотался. Терр, недолго думая, отвесил ему подзатыльник и произнёс:

— Кстати, о тестах… Надо бы подготовиться. А то ни фига в этой математике не понимаю.

— А я даже не понимаю на фига она нам нужна, — потирая ушибленное место, поддакнул Шен.

— Идите пока в библиотеку, я догоню. Что сам понимаю — расскажу. А пока мне надо анкету заполнить. Должность старосты сама собой не нарисуется.

Когда ребята ушли, мне захотелось постоять и понаблюдать за теми, кто решится подать заявку сегодня. Самые инициативные проявят себя сразу, у остальных будет ещё пара дней.

Конечно, Джонни уже был в первых рядах, как и предполагалось. И среди чёрных проявил себя тот, кого я тоже ожидал увидеть. Грейсон Доу. Задира, оспаривавший моё лидерство на экзамене. Если кто и заставит Руби попотеть — так это он. Лидерские качества при нём, авторитет и харизма — тоже.

А значит, если его не удастся победить, придётся сманить на свою сторону.

Взяв на заметку всех, кто взял анкеты, проследовал к стойкам, чтобы заявить о себе. Через пару дней начнётся борьба, и нужно быть готовым к любым испытаниям.

Глава 7

«Устав Героя». «Устав Сектора». «Устав Знаний».

— Что это, мать вашу, такое? — выругался я вслух, когда обнаружил на письменном столе три папки с такими названиями. Ещё раз осмотрел свою просторную уютную комнату, пытаясь понять, что без моего присутствия ещё могло измениться. Всё лежало на местах, ничего не тронуто.

Нет, я, конечно, понимал, что это последствия введения более жёстких мер, введённых ради нашей безопасности… Но сразу три папки?

Возмущению не было предела. Даже открывать не хотелось, потому что чувствовал, что мне вряд ли понравится. Не то чтобы я был принципиальным бунтарём, но тут хотелось возмущаться.

Тренировка и дисциплина в прошлой жизни охладили мой пыл, заставляя понять, что иногда правила и некий контроль действительно нужны, и порой — они на самом деле во благо. Но сразу три папки? Вот так с ходу? Да и ради чего? Чтобы прижать к ногтю студентов, которым сейчас уже не грозит опасность? Да и если вспомнить, то опасность исходила не от других студентов, а от персонала и потусторонней хреновины, которая ещё и действовала не столько по своей воле, сколько под воздействием того же неблагонадёжного персонала.

Ай да ректора, ай да сукин сын!

Я стянул галстук, расстегнул верхние пуговицы воротника формы. Одно из самых неприятных чувств, которые можно испытывать — это потеря контроля. И сейчас я чувствовал именно это. Рубашка сразу стала жать и мешать дышать. Это был не приступ паники, это была накатывающая из глубин сознания злость.

Раскрыл «Устав Сектора», уселся за стол и тут же задумался: у всех ли секторов он одинаковый или имеются отличия? Но это мы выясним позже, сейчас хотелось просто ознакомиться по диагонали, какой пирог с говном подсунул нам ректор. Или скорее — с каким именно говном и какого размера этот самый пирог. Не то чтобы я разбирался в сортах, но оценить степень ущерба, нанесённого таким подарком, вполне мог.

Помимо комендантского часа, который обещал ввести ректор, оказалось, что нам прописали распорядок дня, при котором почти всё время учитывалось и распределялось под определённые цели. Тут учитывались и лекции, и время после занятий, которое необходимо было тратить на посещение библиотеки, тренировок или выполнения домашних заданий. Помимо этого, выделили время на «трудовые практики». Что это значило — пока оставалось загадкой. Завтрак, обед и ужин — тоже регламентировали. Если раньше позавтракать можно было в трёхчасовой интервал, если позволяло расписание лекций (посещение которых, напомню, было не обязательным, а желательным), то теперь этот интервал сократили до полутора часов. И кто не успел — тот опоздал.

С одной стороны, принимать пищу в одно и то же время неплохая привычка, с другой — всё это попахивало диктатурой и самодурством. Целый месяц мы прекрасно работали и добивались успехов по части учёбы, развития навыков и установки коммуникаций друг с другом без удавки на шее. И если б такой устав ввели сразу, то это не предотвратило бы то, что произошло с Агатой или другим. Уолтер-Джек Тейлор всё равно бы нападал, а докторша — планировала диверсии. Но у нас при этом были бы связаны руки. И тогда не факт, что заговор так удачно раскрыли, а монстра изгнали.

Посещение других студентов теперь позволялось тоже в определённые часы и не позднее девяти вечера. С девяти нужно было оставаться в комнате, принимать душ, читать, заниматься личными хобби или укладываться спать. Всё что угодно, лишь бы не покидать комнату. Впервые подумалось, что навык Шена — ползать по вентиляции — может прийтись как нельзя кстати.

За дисциплиной будут следить «наставники», как их обозначили в уставе. Они исполнят роль