Фантастика 2025-197 - Семён Нестеров

Дрон зажужжал все громче и громче, он остановился над самыми нашими головами. Оставалось надеяться, что деревья и покрывало все-таки сработает, скроют нас от чужих взглядов. Только вот будет ли у нас шанс свалить? Каким бы надежным это одеяло не было бы, оно только от камер прикрывает, человек при непосредственном контакте сразу же все увидит.

А еще следы. Сука, видно ведь следы, которые ведут сюда, на листве их прекрасно разглядеть можно. А следов, которые ведут отсюда, уже нет.

Дрон судя по тональности звуков, завис над нашими головами. Намертво. Казалось — смотрит в упор, пусть и не замечает. А с базы, скорее всего, уже бегут люди. И они нас увидят.

Глава 6

Дрон повисел над нами ещё секунду, потом вдруг загудел чуть сильнее, а через несколько секунд наоборот, шум его лопастей стал тише. Он ушел. Не заметили. Я выдохнул, а потом вновь задержал дыхание, будто оно могло меня выдать.

Прошло еще несколько секунд, и я услышал спереди торопливые шаги. Чуть отодвинул в сторону верхнюю часть покрывала, и заметил, что в нашу сторону бегут люди в военной форме, освещая все вокруг подствольными фонарями. Много, десятка три. На нас, пожалуй, слишком много.

В этот момент где-то сбоку заухал филин. Звук был настолько неожиданным, что я аж дернулся. Бойцы резко остановились, повернулись. Они подумали, что кто-то из диверсантов сигнал подает что ли?

А потом снова пошли в нашу сторону. Один из них вдруг прибавил скорости показал вперед:

— Смотрите!

Ага, ноутбук увидел. Никто из наших не догадался спрятать его под серебрянкой, засунуть под себя. И это значит, что они подойдут ближе, начнут разглядывать тут все. И так или иначе либо наткнутся на нас, либо увидят. Остается только действовать на опережение.

Автомат лежал подо мной, патрон в патроннике, только предохранитель сбросить. Другое дело, что это достаточно громко — у Калашникова он вообще так четко щелкает. А еще подо мной рюкзак, который мешается. Так что прямо сейчас огонь открыть я не могу.

Ладно… Надо действовать, иначе нас в упор расстреляют. Сейчас между нами деревье и расстояние метров в сорок. Шансов выбраться из перестрелки не очень много, но они есть. А еще у них подствольные фонари светят, то есть их четко видно. А они наоборот за пределами освещенного пятна плохо видят. Да и вспышек от выстрелов на бегут — на «двенадцатом» все-таки глушитель стоит.

Да у нас всех тут глушители, что у наших, что у импортных.

Работаем.

Я резко сбросил с себя одеяло, перекатился в сторону, снова улегся на живот, скинул предохранитель и нажал на спусковой крючок, выпуская короткую очередь как раз в того, что шел впереди. Прохлопали выстрелы, и я увидел, как воздух прорезали четко видимые в темноте трассеры. Бронебойно-трассирующий патрон, так что бронежилет его не выдержит.

Парень опрокинулся на землю, рухнул, как подкошенный, даже крикнуть не успел. Но остальные отреагировали правильно — бросились врассыпную.

— Контакт! — заорал один из них.

И с небольшой задержкой огонь открыли и остальные. Захлопали глушеные выстрелы Калашниковых, чуть с другой тональностью зазвучали хлопки НАТОвских патронов. Сразу несколько из вышедших на поиски бойцов попадали, только вот было их никак не меньше трех десятков. И они отреагировали правильно: бросились в разные стороны и открыли огонь.

Пули засвистели над моей головой, трассеры оставили несколько всполохов, на меня посыпалась труха. Автоматный патрон легко пробивал чахлую сосну, за которой я оказался.

Руки сработали раньше, чем мозг. Я еще только думал об этом, а они уже сами выхватили из подсумка гранату. Пальцы одной разогнули усики, указательный палец второй выдернул предохранительное кольцо. Выждав секунду, я размахнулся и отправил снаряд в полет, надеясь, что он не отрикошетит от какого-нибудь из деревьев, и не прилетит обратно.

— Подарок! — заорал я на русском, предупреждая своих.

Американцы не поймут. Но остается надеяться, что они догадаются, что именно обозначило мое движение.

Громко хлопнул запал, и граната ушла в сторону врагов. Я зарылся в землю, закрыв голову руками, чтобы не дай Бог очередной раз не прилетело в эту мою многострадальную часть тела.

— Бойся, бля! — послышался с той стороны крик, а спустя пару секунд рвануло.

Осколки разлетелись во все стороны, дробно пробарабанили по стволам деревьев. Я снова высунулся, увидел еще одного врага что лежал на земле, нажал на спусковой крючок. Глушитель захлопал, и подняться тот не успел — пули опрокинули его на бок, и он так и остался лежать.

— Отступаем, парни! — послышался оттуда крик. — Все назад!

Так. Это логично, конечно, при встрече с засадой. Особенно если учесть, что они нас не видят, и даже по вспышкам определить наше местоположение не могут. Вот только в то, что они в итоге решили свалить, мне не верится.

Огонь в нашу сторону открыли со всех стволов, я снова вжался в землю, спрятавшись за сосной. Пули со свистом пролетали мимо, били в сосны, заставляя меня дергаться. Через несколько секунд стрельба прекратилась. Я высунулся, и увидел, что врага больше нет, скрылись за деревьями.

Вскочил на ноги, схватился за рюкзак, отметив, что он пробит двумя пулевыми попаданиями. Ладно, черт с ним, даже если там какую-нибудь банку расколотило, то плевать. Валить надо отсюда, причем срочно.

Остальные тоже поднимались, хватали вещи. Я заметил, как Пинцет взялся за ноутбук, захлопнул его и засунул в свою сумку. Нужно было его словесно отъебать, конечно, за то, что он его сразу не спрятал, но ладно хоть сейчас догадался.

А наверху снова зажужжал дрон. И опыт отчетливо подсказывал мне, что они по одной не летают. И если где-то в небе вьется одна птичка, то следом за ней часто прилетают другие. И если учесть, что современная война процентов на шестьдесят ведется именно дронами.

— Валим, парни! — заорал я и продублировал свою команду на английском. — Let’s fucking move!

Мы рванули в стороны гор, петляя между деревьями, с каждой секундой набирая скорость. Я поскользнулся на прелой лесной подстилке, рухнул на землю, почувствовав, как хрустнуло колено, но тут же вскочил и побежал дальше. Почувствовал резкую боль, но нужно было держаться — всем стало очевидно, что сейчас будет.

Этот сукин сын уже нас заметил, и оторваться у нас не получалось. Гул только нарастал. Я повернулся, увидел, что-то же самое сделали и остальные, и