"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

и остальным. – Но на этот раз мне удалось их задержать. Так что пусть теперь отвечают за свои прегрешения – и за попытку покушения на Джойлин Грей, и за взорванный лазарет, и за разрушения в храме.

Но это было лишь начало.

Нас принялись засыпать вопросами, на которые я охотно давала ответы, из-за чего журналисты возликовали в очередной раз – потому что никто не гнал их прочь, как в лагере целителей.

В отличие от меня отец Ансельм ускользнул и отправился за жандармами. Эмбер молчала, иногда сопя, предоставив мне разбираться с пишущей братией самой.

Да, говорила я им, это правда, что мой жених тоже заболел Пепельной Хворью. Дела его плохи, лекарств до сих пор нет, поэтому я решила обратиться к вере.

Вот, с позволения отца Ансельма, сейчас я зачерпну из приалтарной чаши воды, после чего мы с Эмбер отнесем ее сперва в лазарет, где дадим напиться ее сыну и жениху, а остальное я заберу с собой в лагерь. После чего мы снова помолимся за выздоровление всех драконов Приеста.

Нет, у меня пока нет ни времени, ни желания беседовать с мэром, но если он будет настаивать, то я постараюсь…

– Вы слышали, что наш мэр связан родственными узами с одним из Изначальных Драконьих Родов? – поинтересовалась у меня худенькая и немного нервная девица. – «Садовый альманах Приеста», – представилась она. – Я веду собственное расследование. Пишу обо всем, что на самом деле происходит на нашем острове.

– Нет, до вашего вопроса я ничего не слышала о связях мэра Приеста с Изначальными Родами, – заявила ей. – Где я, а где они!

Хотя с одним из таких я постоянно пересекалась в Скайморе, а потом в Неринге, и он успел многократно мне надоесть. Действовал на нервы, словно больная мозоль, потому что Арден Дарион как раз принадлежал к одному из таких родов.

– Вы могли бы прокомментировать вот что: я недавно выяснила, что Пепельная Хворь на Приесте имеет два подвида, – продолжала девушка. – Потому что именно здесь, на нашем острове, испытывали некое лекарство, которое не только не помогло, но еще и вызвало появление новой, более смертоносной разновидности болезни.

– Думаю, нам одной классической Пепельной Хвори вполне достаточно, – нервно улыбнувшись, заявила я. После чего добавила, что такой садовый альманах я бы почитала и что мне нравится ее полет фантазии.

Хотя о втором подвиде Пепельной Хвори я уже слышала – кажется, именно эти образцы Неро выкрал из лагеря…

Но вспомнить так и не успела, потому что явились жандармы, которым я быстро пересказала все, что произошло в храме. Затем добавила, что связанная мною троица очень похожа на революционеров, которые напали на меня в кофейне.

Понимала, что звучит это не слишком достоверно, но собиралась потянуть время. Выиграть хотя бы пару дней, за которые меня не будут убивать.

Уже скоро я сбежала как от жандармов, так и от журналистов, прихватив с собой Эмбер и воду из чаши. Заодно пообещала служителям правопорядка, что позднее я загляну к ним в управление и отвечу на все вопросы.

– Пусть Драконьи Предки пребудут с вами, – произнес на прощание отец Ансельм и взмахнул отмытым от крови кадилом.

А я поймала себя на мысли, что в такой храм и к такому священнослужителю я бы ходила даже на проповеди.

Но сейчас у меня не было на такое времени – счет шел буквально на часы. Я понимала, что многие жизни на Приесте висели на волоске.

– Вот, – стоило впереди показаться лазарету, как я незаметно сунула Эмбер в руку две пробирки с ярко-синей жидкостью. – Это нужно дать твоему сыну и жениху. Но сделай это так, чтобы никто не увидел.

– Что там? – сжав ладонь, спросила Эмбер.

– То, чем я вылечила своего дракона. Но мне не нужны вопросы, Эмбер, – я посмотрела ей в глаза. – Те, которые непременно начнут задавать мне целители ТалМирена, если они обо всем прознают. Потому что отвечать я на них не собираюсь. Все, что они должны знать, – ты дала своей семье воду из драконьего храма, перед этим хорошенько помолившись.

– А лекарство подействует? – спросила Эмбер с надеждой.

– Не знаю, – честно сказала ей. – Будем надеяться на лучшее.

Она кивнула, после чего уже возле двери в лазарет я сказала ей, что встретимся в том же храме, но уже во время вечерней службы. К этому времени будет ясно, начало работать лекарство или нет.

Эмбер снова кивнула, после чего поспешила внутрь, держа в руках стеклянную чашу с водой из приалтарной чаши и две мензурки, которые я попросила позже уничтожить.

Назвала свое имя охраннику, и тот ее пропустил.

Я еще немного постояла возле входа, размышляя, что мне делать дальше, но тут меня из окна завидели знакомые целительницы. Принялись махать руками, приглашая войти, и уже скоро я сидела в небольшой комнатушке – сестринской, так ее назвали, – где мне налили чай и угостили яблочным пирогом.

Отведав угощения, я спросила, можно ли мне поговорить с Арчи Кеем. Да, с тем самым, кто прислал вчера букет.

Цветы шикарные – хотя если честно, были так себе, – поэтому я хотела бы поблагодарить его лично.

Молодые целительницы многозначительно переглянулись, затем покивали, заявив, что им все понятно и они сейчас же позовут Арчи.

– А что им понятно-то? – спросила я у пожилой целительницы, с которой мы остались в сестринской одни, допивая свой чай.

– То, что он – человек, как и ты, Джойлин Грей! – отозвалась та. – Так что бросай уже своего дракона – из этого все равно ничего не выйдет. Лучше обрати внимание на парня себе под стать.

Я сдавленно усмехнулась.

– Можно мне решать самой, – сказала ей, – с кем у меня выйдет, а с кем нет. Все-таки я давно уже взрослая.

Но таким целительницу было не пронять.

– К тому же я слышала, что твой жених заболел, – произнесла она, поставив чашку на блюдце. – Ты должна знать, что молодые драконы с Пепельной Хворью – не жильцы.

Затем понялась на ноги и, попрощавшись, отправилась на обход, а я осталась. Закрыла глаза, размышляя над ее словами, а еще прикидывая, сколько драконов может находиться в лазарете и сколько доз лекарства нам нужно приготовить.

Но оброненная ненароком фраза плотно засела у меня в голове. Зудела, тревожила, и я принялась думать над тем, все ли я…

Вернее, все ли мы с Роэном делаем правильно? Может, мне стоит сдаться на опыты?

Но ведь Сорген – это чудовище во плоти. Тот, кто идет по головам в угоду своему честолюбию