Фантастика 2025-96 - Ким Савин

— Вань, каков вопрос, таков и ответ. Ты прежде чем спрашивать, прежде подумай о том, какой хочешь получить ответ, и исходя из этого учитывай форму вопроса и сопутствующую интонацию. Это не всегда просто, но всегда упрощает коммуникацию. Что у вас здесь за срач? — обернулся я, оглядывая гостиную, где порядка было немного. В прежние времена — пару недель назад, всю группу за подобное бы взгрели качественно, устали бы круги нарезать и землю от себя толкать.

— Тебе какое дело? — не скрывая обиды и злости спросил Ваня.

Я прикрыл глаза, глубоко вздохнув и думая, как бы ответить помягче. В тот момент, когда опустил веки, почувствовал рядом движение легким дуновением воздуха, а через мгновенье раздался звонкий шлепок оплеухи.

Открыл глаза и увидел как ошарашенный Ваня-кун осел на диван.

— Иван, — ровным голосом произнес только что втащивший ему Ушан. — Максим лидер нашей группы, и он только что задал вам вопрос. Ответ: «Тебе какое дело?» — неверный. Будь добр, дай верный ответ.

— Й-йа… а какой ответ верный? — потирая красную щеку, спросил Ваня.

— Откуда ж я знаю? — развел руками Ушан. — Не я же этот срач навел.

— Ты теперь подпевала? — спросил Гера. Еще до того как он договорил, я прикрыл глаза. И в тот момент, когда опустил веки, ожидаемо почувствовал рядом движение легким дуновением воздуха, а через мгновенье вновь раздался звонкий шлепок оплеухи.

Открыл глаза, а Гера тоже уже сидит на диване, ошарашенно держится за челюсть. Судя по звуку чапалах ему Ушан накинул гораздо серьезнее — Гера все же покрепче, Ваня от такого удара мог бы и сознание потерять. Сам Ушан уже сделал шаг вперед, подходя к Гере и демонстрируя готовность применить физическое насилие снова. И вежливости, как в общении с Ваней, уже как ни бывало.

— Гера, ты давно в последний раз в штаны срался, когда тебя вежливости учили? Или тебе еще один сеанс устроить? Или ты необучаемый? Что рот открыл, я вопрос задал!

Гера от напора у недавнего удара Ушана явно потерял дар речи (и повезло, что не потерял пару зубов, там чапалах реально хороший был). Да и я сам если честно немного удивился — вот что убийство фурии делает, прямо меняет человека. Хотя, насколько помню Виталик всегда таким — в смысле неглупым и все понимающим, просто дар убеждения редко включал, как сейчас.

— Короче, покемоны. Сейчас убираетесь здесь, после расходитесь по своим комнатам и пишете рапорт на имя командира группы, с ответом на вопрос: «Что у вас здесь за срач?», с подробным описанием причин убористым почерком не меньше чем на две страницы. Завтра подъем в шесть утра, в шесть тридцать тренировка. Вопросы есть? Вопросов нет, убираться двинули.

— Виталий, вы такой грозный, — прошептала Василиса, отчего Ушан неожиданно покраснел как помидор.

Оставив весьма ошарашенных Геру с Ваней в гостиной, мы втроем отправились в мою комнату. Здесь я коротко, но старательно и подробно рассказал Василисе обо всем, что случилось с нами после того как она увела свой отряд по небу. Василиса нам рассказала, как долетели до Горно-Алтайска, где — за границей аномального циклона, лететь смогла только она одна, и то с трудом. После обсудили случившееся ещё немного, пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.

С большим трудом я удержался от того, чтобы не рухнуть на кровать сразу — очень уж устал. Пошел в душ и стоял под горячими струями воды с закрытыми глазами, вспоминая что было и раздумывая над тем, все ли я правильно сделал.

Вышел из душа, машинально обмотав бедра полотенцем — наученный уже. Ну да, не зря — Василиса, в длинной, растянутой до состояния короткого платья футболке сидела в кресле. Закинув ногу на ногу, мыском белоснежного кроссовка выводила в воздухе замысловатый узор. Очень похоже, что на ней привычные короткие джинсовые шортики — настолько короткие, что создается впечатление, как будто под футболкой ничего нет.

Не обращая на неожиданную гостью внимания, я открыл шкаф, отошел за ширму и быстро надел футболку со спортивными штанами, после сел напротив Василисы.

— Ты с ней спал, — утвердительно сказала она, не поднимая глаз и рассматривая мысок своего выписывающего восьмерки кроссовка.

— С кем?

— Ты знаешь с кем.

— Слушай, ну я много с кем спал.

— Не сомневалась, — фыркнула Василиса, так и не поднимая взгляда. — Не включай дурачка.

— Нет, с ней не спал.

— Врешь и не краснеешь.

— Да не спал я с твоей сестрой!

— С сестрой? Не-не-не, я про Александру Л. Джейн, — по-прежнему не поднимая взгляда, сохраняя равнодушное спокойствие медленно проговорила Василиса.

— И?

— Что «и»? Не отрицаешь?

— Не отрицаю.

— Как будешь оправдываться?

— Я не буду оправдываться.

Нарезающий восьмерки мысок кроссовка даже остановился — Василиса заметно озадачилась, хотя глаза не подняла.

— Как это не будешь?

— Зачем мне оправдываться?

Похоже, на такое развитие разговора Василиса не рассчитывала, даже перестав контролировать себя нахмурилась.

— Вась, в случае с Анной Николаевной была причина, я тебе о ней говорил и подробно рассказывал. В случае с Сэнди вообще не вижу никакой проблемы, это тебя просто не касается.

Глаза Василисы отчетливо полыхнули зеленым, после чего она резко встала и вышла из комнаты. Настолько резко повернулась, что футболка сзади слегка задралась и успел увидеть, что под ней действительно максимально короткие джинсовые шорты, создающие впечатление голых ног.

Вздохнув, я все же завалился на кровать. Полежал немного, глядя в потолок.

Ладно, это не Василиса такая, это особенности её прирученной стихии — сказал я сам себе, соскакивая с кровати и выходя в коридор. Сейчас потратить несколько минут лучше, чем получить бешеную на неопределенное время соратницу — или, что еще хуже, противницу. Кто знает, что у нее там в голове творится, куда ее внутренние демоны поведут по развилкам эмоций и ассоциаций.

Дверь в комнату Василисы оказалась не заперта, а сама девушка стояла у окна, всматриваясь в легкие сумерки белой ночи.

— Ну и? — спросила она, едва я дверь за собой прикрыл.

— Что «ну и»?

— Зачем пришел, это же не мое дело? — в голосе яда больше, чем во всем аномальном токсичном циклоне.

Не отвечая, я подошел и мягко взяв Василису за руку, проводил к кровати. Присел на край,