Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

– Эй, ты чего – опять помирать собрался?!

– Не здесь. Не сейчас, – будто со стороны слышу я свой голос. – За́мок. Фантомы.

– Какой за́мок? Что ты несешь?!

Если б я знал! Лезу в карман джинсов и достаю, мягко говоря, не первой свежести носовой платок. Вытираю кровь, но она продолжает бежать. Вату бы, но чего нет, того нет. Рита роется в сумке и протягивает мне ватный диск.

– Спасибо. – Я с трудом поднимаюсь на ноги, рву диск пополам, скручиваю половинки и засовываю в нос. Надо будет запастись на будущее, если такое вот обучение будет продолжаться.

– Что это было?

– Видение.

– Что ты видел?

– По дороге расскажу.

– Куда идем? В за́мок?

– Нет, пока в полицию.

Она в сердцах машет рукой:

– Ты безнадежен!

– Ты со мной?

В ее голосе звучит почти тоска:

– А куда я денусь?

* * *

В маленьких городках все рядом. Если у тебя все в порядке с ногами и ты не шибко торопишься, везде можно дойти пешком. А еще там все знают, как куда пройти. Это в Москве можно безуспешно спрашивать дорогу у десятка человек подряд. Если он из этой страны, то из другого города, если из этого города, то из другого района, а если даже из этого района, то на работу ходит совсем по другой улице, а сюда забрел в первый раз и ни черта тут не знает. В Иркутске, кстати, дела обстоят немногим лучше – разве что на иностранца нарваться сложнее. А в Лесногорске первый же, кого мы повстречали – интеллигентного вида пенсионер, – довольно обстоятельно рассказал нам, как найти единственное на весь город отделение полиции.

Три квартала для нас с Ритой было не расстояние. Тем более по дороге я рассказал ей о своем видении, чем поверг в нешуточное смятение. Идей по поводу толкования всего этого у нее не было, зато мрачные предчувствия появились в изобилии, что, в общем, и немудрено в нашей-то ситуации.

Ну, вот и оно. Пустота и тишина. Так это воспринимается снаружи. Странно? В нынешних обстоятельствах – да. Отделение должно бы просто на ушах стоять – город лихорадит. Что-то мы и сами успели узнать, что-то рассказал нам Виталий Палыч. Эпидемия, бродячие собаки, Измененные-псионики или даже какие-то новые, с которыми я до сих пор не сталкивался. Всего этого должно быть более чем достаточно, чтобы выдернуть полицию из полусонного состояния… А может, они здесь все уже эпидемией поражены? Надеюсь, нет. Хотя на что я, собственно, рассчитываю в полиции? Вовсе не факт, что они смогут отыскать микроавтобус похитителя. И тем более не факт, что вообще станут этим заниматься. Жаль, что Рита не псионик – так было бы намного проще. А я… мои способности – вообще пока тайна, покрытая мраком. Что я могу? Чему смогу научиться через видения? И как все это может нам помочь?

Подходим ближе. Я шарю взглядом по окнам в поисках признаков жизни и вдруг ощущаю, что Рита буквально вцепляется в мой локоть.

– Что?

Она молча кивает на асфальт передо мной, и я сжимаю зубы до скрипа. Навстречу нам из дверей отделения на выход идут кровавые человеческие следы. Ботинки тяжелые с рифленой подошвой. Летом такие носят разве что байкеры, для которых стиль дороже комфорта. И ботинки эти не просто чуть-чуть испачканы кровью – в них ходили там, где эта самая кровь была в изобилии. Лужами.

– Однако!

Достаю пистолет. Конечно, если следы оставил тот, кто и пролил такое количество крови, его внутри уже нет, но лучше подстраховаться. Один короткий взгляд на Риту сообщает мне, что она тоже готова ко всему. В том числе и к куче трупов внутри, и к схватке с убийцей не на жизнь, а на смерть.

Осторожно приближаемся к главному входу. Почему-то я уверен, что стрелять в нас уже некому. Даже если убийца внутри, он, наверное, Измененный, а им оружие без надобности. Кто же еще станет устраивать бойню в полиции? Мысль о том, что здесь, в тихом, захолустном Лесногорске, может орудовать просто банда отморозков, мне в голову приходит, но отвергается как заведомо бредовая. Впрочем, если б так, нас бы сняли еще на подходе, из окон, не дожидаясь, когда мы сунемся внутрь.

Тишина чуть ли не звенит. Даже шума машин в окрестностях не слышно, словно Лесногорск уже стал городом-призраком. Вижу темнеющие глаза моей спутницы. Рита явно окатывает сейчас своей Силой ближайшие к дверям помещения, чтобы обезвредить возможную засаду. Это хорошо, это правильно. Мы тут и так по лезвию ножа ходим – лишние случайности нам ни к чему.

Первый труп обнаруживаем практически сразу. Дежурный лежит в своей каморке за окошком лицом вниз в луже крови. Размер головы от затылка до лица кажется неестественно малым. Сглатываю. Похоже, его со страшной силой ударили об стол, и лицевые кости вмялись внутрь. Сверхбыстрых Измененных я видел, но сверхсильных пока не приходилось. Впрочем, Зона неистощима на сюрпризы.

Поднимаемся по лестнице на второй этаж. На ступеньках не только следы, но и потеки крови. Видимо, там, на втором этаже, нас ждет настоящая жесть. Крепче сжимаю в руке пистолет. Дверь с лестницы прикрыта. В щель видно, что пол в крови… И не только в крови. Что там еще, коричнево-зеленоватое, понятия не имею и думать об этом не хочу. Какие бы ни были Измененные, кровь у них красная. Что же здесь такое?

Пока я собираюсь с духом и мысленно считаю до трех, изнутри раздается стон. Вполне человеческий. Это помогает решиться. Распахиваю дверь ударом ноги и врываюсь внутрь, держа пистолет на уровне лица. Рита шагает за мной, и я слышу, как она пытается подавить рвотный рефлекс. И не справляется с ним.

Есть отчего. Крови много. Очень много. Три трупа. Один с вырванным горлом, другой – изрешеченный пулями и с переломанными конечностями, у третьего – тоже ранение в горло и разорвана грудь. Впечатление, что убийца действовал в припадке необузданной ярости. У всех вырваны куски плоти, словно торопливо и жадно насыщался здоровенный дикий зверь. Или сразу несколько зверей. И все та же зеленовато-коричневая жидкость, похожая на слизь или гной, как если бы тут люди с чужим дрались. Возможно, часть крови принадлежит ему – что-то ее многовато для троих мертвецов.

На фоне всего этого не сразу замечаю того, кто стонал. Человек. Весь в крови, хотя открытых ран не видно. Перемазался, наверное. Руки и ноги переломаны, деформирована грудная клетка. Лицо белое, как больничный потолок, глаза красные и багровые круги под ними. И ногти на руках