"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

– Возможно, но ведь вы уже сталкивались с людьми, которые не только не помогают, но еще и всячески мешают нашему общему делу?

– К сожалению, был такой случай, – видимо, Сталин решил спросить о том случае, с Алексеем Судаевым.

– А как вы думаете, такое еще где-то может произойти? – Сталин закурил папиросу.

– Слухи расходятся очень быстро, товарищ Сталин, я думаю, что теперь любой перестраховщик десять раз подумает, прежде чем сделать какую-либо глупость. Или хотя бы посоветуется с кем надо.

– Это хорошо. Я тоже на это надеюсь, тем более что я приказал публично осудить нескольких саботажников. Главная беда людей и в нашем, и в вашем времени в большей степени зависит от того, что люди не хотят выполнять свою работу как следует. Что ими руководит, не возьмусь судить, возможно, причины банальны, возможно, люди целенаправленно идут таким путем. Мы будем стараться, избегать ошибок, допущенных, с ваших слов, в вашем времени. Конечно, каждый эпизод будет серьезно проверяться, да и вы немногое рассказали. – Ага, так я и поверил, что он примет мои слова всерьез. Он, говорили, вообще никому не верил. – Чего-то вы и не можете знать, так как родились гораздо позднее, чего-то слышали в искаженном варианте, но работа ведется.

Дальше он спрашивал о будущем, про Хрущева, Брежнева, нынешних своих «прихлебателей». Я давал ответы по мере знаний и просто думая логически. Тот же Хрущев. Ведь все его потуги с сельским хозяйством, управлением страной или другими идеями происходили от отсутствия образования. Человек банально мало знал, залезая на трон. Они тогда думали только о власти, не подозревая, что страной управлять – это не кукурузу выращивать, а работать в поле – совсем не то же, что в кабинете сидеть и протоколы подписывать. И там, и там нужно думать головой.

– Товарищ Берия, – произнес Сталин, вскинув взгляд на Палыча, – а почему у нас товарищ Новиков имеет всего две, солдатские, незначительные награды?

– Товарищ Сталин, Сергей награжден в соответствии с заслугами.

– Но за последнюю его выходку, – Сталин хитро прищурил глаза, – его не стали награждать. Инициатива, кажется, исходила из вашего ведомства?

Я блин, готов был провалиться. Не стоило мне этого слышать.

– Разрешите, товарищ Сталин, – сказал я, увидев как Берия несколько потерялся.

– Говорите, товарищ Новиков.

– Дело в том, что я не заслуживаю большей награды, чем благожелательное отношение руководства, – произнес я, глядя на Берию, – я хотел бы просто служить народу. Меня и так, наградили, повысив в звании, я и его-то не заслужил. Поэтому считаю, что получил свое, и даже больше. Тем более что нарушил приказ своего непосредственного начальника.

– Слышали мы про ваше разгильдяйство. Но вы выполнили важную работу. Вы и майор Истомин пресекли работу вражеской диверсионной группы. Неизвестно, сколько они здесь натворили дел и еще могли натворить. Это должно быть оценено. Лаврентий, подготовь приказ о награждении.

Берия молча кивнул.

– Работайте, товарищ Новиков. И не надо стесняться своих заслуженных наград. Мы просто так не награждаем.

– Служу Советскому Союзу! – выговорил я.

– А вот вы указывали в ваших донесениях, что к сорок третьему году мы серьезно пересмотрели воинский устав. Ввели погоны, командиров снова стали звать – офицер, и многое другое. А кому не угодил ответ: Служу Советскому Союзу?

– Виноват, товарищ Сталин. Я не знаю.

– Просто, когда принимали устав, армия была рабоче-крестьянская и ответ должен был быть соответствующим. Служить надо не союзу, а – народу! Мы с товарищами подумаем, после того как отгоним немца от нашей столицы, может, и пересмотрим устав, частично. Но вот с погонами, думаю, торопиться не надо.

– Спасибо за доверие, товарищ Сталин, – бодро сказал я, – разрешите идти?

– Идите, Сергей Сергеевич, оправдывайте доверие народа, – произнес Сталин и хитро улыбнулся.

Я повернулся на каблуках и посмотрел на Берию.

– Подожди меня в машине, – сказал он.

Выйдя на улицу, удивился, ночь уже. Глянул на часы – ого. Разговор со Сталиным длился четыре часа. Увидев меня, парень, водитель Палыча, вылез из машины. Достал пачку папирос и предложил мне.

– Спасибо, у меня есть.

– Чего, подождать просили? – спросил он у меня.

– Ага. Только не знаю сколько.

Ждать пришлось около часа. Водитель Берии поделился бутербродами, сказал, что у него так часто бывает. Берия появился неожиданно. Открылась дверь, и он упал на сиденье.

– Проголодался, ну ничего, дома поешь, – Берия был доволен, глаза сверкали под пенсне, несмотря на темень.

– Так, Алевтина Игоревна спит, наверное, давно. Ночь на дворе.

– У нее и ночью найдешь, чем перекусить. Молодец, что не стал на меня ссылаться, когда про награды говорили. Иосиф Виссарионович и сам все прекрасно знает, просто хотел увидеть твою реакцию.

– И как, я не ляпнул лишнего?

– Ему понравилось, раз он приказал наградить. Вместе с Истоминым получишь. Заслужили.

– Ну, спасибо! Лаврентий Павлович, а как на фронте? Где сейчас фашисты?

– Недалеко. Все идет так, как ты и рассказывал. Даже в Туле все совпало. Но и отличия есть, в том, что мы сумели перебросить больше войск за то же время, немцы идут чуть медленнее и, думаю, потери у них больше, чем в твоем варианте. Мы дали шанс проявить себя командирам, которых ты указывал в своих отчетах. Они не преминули отличиться и сейчас задействованы на всех фронтах и воюют. Но и некоторые прежние остались, конечно. И хорошо воюют.

– Это радует. Вот и дом показался.

– Давай аккуратнее, в городе уже замечены начавшиеся беспорядки. Внимательней будь!

– Вас понял. Буду, – сказал я, вылезая из машины. Анатолий Круглов, мой охранник, уже стоял возле машины. – До свидания, Лаврентий Павлович.

– Завтра жду к двенадцати.

Я вылез, спросил у Толи, как дела.

– Да тихо все. Постреливали где-то час назад, Алевтина дергалась.

– Лаврентий Павлович говорил что-то о беспорядках.

– Во-во! Уроды, пользуются случаем. Милиция везде не успевает.

– Ну ничего, кого не пристрелят, те сами разбегутся. Пойдем, есть охота.

Глава 19

С утра дождь хреначил, что твой потоп, который всемирный. Да холодный-то какой, зараза. Да, уже ноябрь все-таки. Как же на фронте-то? Звиздец! После небольшого дождика в сентябре еле пролезали, а что сейчас?! Дорог-то нет вообще, даже направлений не видно.

С мрачным настроением, я завтракал. Зазвонил телефон.

– Опять у кого-то что-то не получается, – сказал я, ковыряясь в тарелке с яичницей. К телефону подошел Андрей. Он тоже здесь ночевал.

– Сергей, тебя! – крикнул он из прихожей.

– Да ладно, правда, что ли? – попытался пошутить я.

– С Лубянки звонят, – серьезно сказал