"Фантастика 2025-34". Компиляция. Книги 1-26 - Алиса Бодлер

— Я приду к вам с вопросом, чем я могу вам отплатить, — обреченно вздохнул Магади.

Ну да, чем не повод выжать из них все? Эх, тяжко с ним будет, чую. Такие рефлексы, какие привил ему клан Лагари, не ломаются мгновенно.

Но раз он понимает, что это неправильно, значит, справится рано или поздно.

— Лично я от вашей «платы» откажусь, — улыбнулся я, — но в дела клана после такого вы включитесь с удовольствием. Я прав?

— Правы, господин Раджат, — улыбнулся в ответ Магади. — И я, кажется, начинаю понимать Шанкару. Девочка не зря рвется в ваш клан, какую бы цену ни пришлось за это заплатить.

Опять?

— Нет, не вам заплатить, — спохватился Магади, увидев мою скептическую ухмылку. — Я про то, чем нам отольется разрыв с кланом Лагари.

Это да. В любом клановом договоре прописаны условия выхода из клана.

И, как правило, санкции там драконовские. Логично, в общем-то, совместных дел и тайн у любого клана полно. Это не родовые тайны, конечно, а что-то попроще, но и их разглашение может больно ударить по клану.

Спрашивать, что именно прописано у Лагари, я не стал. И так понятно, что Магади не ответит, это как раз те самые клановые тайны.

— Я могу вам чем-то помочь? — спросил я.

Магади слабо улыбнулся.

— Знаете, что спросил бы на вашем месте глава моего клана? — риторически спросил он. — И это при том, что вам я пока никто, а в клане Лагари мы состоим уже шесть веков?..

— Не останетесь ли вы без штанов после выхода из клана? — ткнул пальцем в небо я.

— Да, что-то в этом духе, — неопределенно покачал головой Магади. — Прошу прощения, господин Раджат. Мне не стоило поднимать эту тему.

Я молча кивнул. Собственно, я и не собирался расспрашивать его, это элементарно неэтично. Пока род Магади — часть клана Лагари, и обсуждать такие вещи с посторонними не принято.

Хорошо, что Магади сам спохватился. Иначе потом нам обоим было бы неловко вспоминать этот разговор.

— На самом деле, мне не помешал бы ваш совет, — переключился на другую тему Магади. — Если мы договоримся, конечно.

— Я готов принять вас в клан, — ответил на невысказанный вопрос я. — При условии, что вы четко понимаете: клан Раджат — это семья. Если вы действительно хотите стать ее частью, я буду вам рад. Если же мы не сработаемся, то у вас будет право выхода из клана в течение пяти лет без каких-либо отступных.

— И вы всерьез верите, что при таком раскладе кто-то уйдет? — впервые на моих глазах широко улыбнулся глава рода Магади. — Да я до сих пор не верю в то, что такие сказочные условия вообще бывают. А уж когда в деле все это увижу, вы меня при всем желании из клана не выгоните! Я в лепешку разобьюсь, но стану одним из вас.

Я улыбнулся в ответ. Ну, собственно, этого я и добивался.

Изначально, еще когда только создавал клан, я понимал, что прочными бывают только взаимовыгодные отношения. Еще лучше, если роды клана будут ценить друг друга превыше всего. Внутренней иерархии это не отменяет, но я достаточно долго был руководителем проекта в прошлой жизни и хорошо понимаю, чем искреннее желание работать отличается от вынужденного исполнения приказа.

И уж тем более это работает, когда речь идет о столетиях.

Это сейчас я смогу удержать в кулаке весь клан, как бы они ни брыкались. А дальше что? Все мои потомки будут такими же умными и жесткими лидерами? Сомневаюсь.

Да и за потомков братских родов я не ручаюсь. Одно дело — подставить надоевшего партнера, и другое — сломать тесные теплые отношения, которые складывались веками.

Там, где не вывезут люди, спасет общая атмосфера в клане.

И моя главная задача — эту атмосферу сформировать. Раз и навсегда.

— Тогда добро пожаловать в клан Раджат, — сказал я.

— Благодарю, — склонил голову глава рода Магади. — И позвольте мне все-таки спросить вашего совета.

Я молча кивнул, ожидая продолжения.

— Роду Магади нет смысла оставаться там, где мы сейчас, — неторопливо начал он. — У нас есть родовые земли около порта Сурат. Но в порту нам никто не позволит остаться, весь городской бизнес точно уйдет клану Лагари в качестве отступных. Да и отношение к нам там будет… сами понимаете. И значит, держать там даже резервную резиденцию рода смысла нет.

Пока все логично.

— Однако на наших родовых землях около Сурата есть родовое хранилище, — продолжил Магади. — Так что и продать их мы не сможем. Хотя именно сейчас это был бы самый разумный вариант. На эти деньги мы точно выиграем войну и тем самым отстоим свои новые земли с другим родовым объектом. Шанкара много рассказывала о ваших возможностях, но я так и не понял, есть ли способ ликвидировать действующую кровную привязку?

— Я не знаю, — честно признался я.

Нехилая задачка, между прочим. Но что-то мне подсказывает, что этот вопрос решаем. Насильно отобрать чужое хранилище — это вряд ли, но отказаться от своего добровольно — почему бы и нет?

Магия, блокирующая кровь, в этом мире существует. Причем работает она именно с согласия и по воле хозяина крови. Взять хоть ритуал блокировки шакти для невест из вечных родов, это довольно распространенная штука. В очень узких кругах, естественно, но тем не менее.

— Пока я такого способа не знаю, — более развернуто пояснил я. — Однако буквально пару месяцев назад я не знал и способа сделать новую кровную привязку. Так что я не говорю вам «нет», просто прошу дать мне время. Я займусь этим вопросом при первой возможности.

Не могли создатели древних объектов не предусмотреть отмены привязки.

Если уж они даже резервные ключи к бесхозным объектам оставили в виде цвето-функциональных шаров, то добровольную передачу из рук в руки просто не могли не сделать. Это элементарно один из лучших способов выжить для последнего представителя умирающего рода: заплатить сильному покровителю за свою безопасность. Сомневаюсь, что древние ставили свои объекты выше жизни рода.

Но это — всего лишь моя логика. А что там по факту, надо разбираться отдельно.

— Благодарю, господин Раджат, — склонил голову Магади.

Он сунул руку во внутренний карман пиджака и достал оттуда небольшую плоскую шкатулку.

— Не сочтите это платой, — слегка улыбнулся Магади, — я действительно хочу преподнести вам этот дар без какой-либо задней мысли. Вы вернули мне надежду на то, что мой род выживет, и это для меня бесценно.

Он поставил шкатулку на стол и подтолкнул ко мне.

Вот теперь я уверен, что не сделал ошибки, предложив Магади вступить в мой