Его своенравный трофей - Александра Питкевич

– Никто не говорит. Но суета в поместье изрядная. Госпожа моя, – служанка замолчала, глядя на меня темными глазами. Я видела, как женщина кусает губу, не в состоянии подобрать слова или решиться произнести то, что вертится у нее на языке.  И все же женщина прикрыла глаза на мгновение, ее лицо изменилось. Вместо сомнений на нем проступила решимость, уверенность. – Сейчас самое лучшее время для того, чтобы покинуть это место. Ворота открыты, слуги снуют туда-обратно,  так  что почти никто не следит за происходящим.

– Думаешь, есть шанс?

– Другого варианта может не быть.

– Но ты же понимаешь, что я не смогу вывести тебя, – сердце сжималось от боли. Тетушка Мэ была моим самым веерным соратником. Вместо того, чтобы остаться во дворце, она покинула столицу вместе со мной, рискуя будущим и жизнью. И вот теперь я была должна ее оставить.

– Я все понимаю. И я принимаю это решение. Мне ничего не угрожает. Князь Вэй не опустится до мести слугам. Я делаю только то, что должна. Это даже такой человек, как он, поймет. Только как вы доберетесь до цели?

– Если духи степей будут ко мне добры, то все получится…

 Я поднялась со своего места, медленно, будто в моем теле разом закончились силы. Но это впечатление было ошибочным, неверным. Наоборот, впервые с момента приезда в поместье я чувствовала, как по телу скользит энергия, словно потоки чистого, прозрачного горного ручья.

– Помоги мне собраться, – тихо велела я, развязывая пояс верхнего платья. Нужно было переодеться. Весь план был одним сплошным риском, но я должна была доставить бирку Первому Принцу. И выторговать за это свою свободу. У меня не было уверенности, что я смогу выдержать еще одну попытку князя Вей призвать меня на ночь. Прислуживать такому человеку… это было выше моих сил.

 Тетушка Мэ кивнула, и, раскрыв один из сундуков, с самого дна вытянула невзрачное, серое платье. Такое простое и дешевое, что даже самая последняя служанка этого поместья не согласилась бы такое надеть. Но это был единственный вариант пройти незамеченной мимо стражи. Даже в той суете, что сейчас царила на воротах.

Из волос были убраны все шпильки, темные пряди сплелись в одну косу, перевитую лентой, словно у степняков. Вместо обуви на высокой подошве – сапоги для верховой езды. Немного вычурные, но достаточно мягкие, чтобы не натереть ноги при долгой дороге. Мягкие штаны и короткий кафтан. И уже поверх этого – серое, невзрачное платье, что больше всего походило на обрывки тумана в конце осени.

Под платье, к поясу был привязан кошелек с серебром, под одеждой на шее – длинное ожерелье из жемчуга. Даже за пару бусин можно получить вполне приличный ночлег. Если только удастся выбраться из земель генерала. Я не обманывала себя: как только станет известно, что я сбежала, по всей вотчине демона Копья отправятся разъезды.

Кроме того под одеждой я укрыла несколько дорогих, нефритовых шпилек. А последней мне подали небольшую серебряную бирку. Она на самом деле была выполнена в виде тигра, с высеченными на ней полосками черненого серебра и несколькими иероглифами. И именем прежнего императора. Подтверждение его последней воли. И исполнение ее зависело только от меня.

– Спрячьте получше, – осеняя меня защитным жестом, надеясь, что это убережет меня от бед, вытерла набежавшую слезу тетушка Мэ. – И будьте осторожны. Помните, что туману вас не укрыть надолго.

– Я все помню, – решившись нарушить все правила, я протянула ладони своей верной служанке. Шершавые пальцы сжали мои руки.

– Со мной все будет хорошо, – пытаясь взять себя в руки, заверила меня женщина.

– Прости меня. Если где-то была к тебе не справедлива или не права, – чувствуя, как к горлу подступает ком, попросила я прощения.

– Вы были самой лучшей из хозяек, моя госпожа, – тетушка Мэ выпустила мои руки и отступив, склонилась в глубоком поклоне.

Выпрямившись, женщина решительно тряхнула головой,  словно сбрасывая с себя все переживания и эмоции.

– Пора. Иначе мы можем не успеть.

Подхватив корзину с бельем, словно шит, который должен был отвлечь на себя все внимание, тетушка Мэ шагнула прочь из покоев. Только дверь в этот раз закрывалась мучительно, невероятно медленно. И по полу, словно живой, стелился туман, путаясь в подоле тетушкиного платья.**

 Мне было тяжело дышать, словно грудь стянуло слишком узким нарядом. Но нужно было терпеть. Это колдовство, такое старое и едва мне доступное, могло оборваться в любой момент, стоит только отвлечься. Чтобы научиться подобному, потребовалось почти шесть лет тренировок, и то получалось не каждый раз. А сейчас, когда от моего умения зависела собственная жизнь и судьба всей империи… тревожный грохот сердца в ушах затмевал все.

– Ой, а что же случилось, что столько людей в нашем поместье? – тетушка Мэ, отвлекая на себя внимание, остановилась в десяти шагах от ворот.

Ей не нужно было разговаривать с самими стражами, хорошо обученная охрана не станет отвечать. А вот громкий разговор рядом перетянет на себя внимание кого угодно.

– Вы что же, не слыхали? – немолодой мужчина в шапочке лекаря, видно один из младших помощников, с возмущением посмотрел на мою служанку. – Что за прислуга у нашего генерала теперь.

– Так я тут совсем недавно, – тетушка Мэ улыбнулась как можно непринужденнее и подняла корзину, демонстрируя грязное белье. – И прислуживаю вдали от главных покоев. Думаю, дай спрошу у такого важного мужчины, что стряслось… Уж он-то не откажет в паре слов глупой и напуганной женщине.

Тетушка Мэ, будучи еще волне привлекательной, улыбнулась совсем иначе, приветливо, мягко. Словно всецело вверяла себя на волю собеседника. И лоб мужчины, словно по благословению, разгладился.

– Вы уж на себя наговариваете. Не так вы глупы, раз подошли именно ко мне…

Я не стала слушать дальше. Если бы мужчины так не верили в собственное превосходство, мне бы никогда не освоить этой тайной техники. И никогда бы не выскользнуть со двора генеральского поместья.

Туман стелился по самой земле тонкой пеленой, почти незаметной в свете факелов и фонарей. Это внутри, в доме, над деревянным темным полом его было легко рассмотреть. Здесь же никто не обратил внимания. И это было хорошо.

Я двигалась вперед, шаг за шагом, надеясь, что плитка под ногами скроет мои следы. Быть незримой  не так и сложно. Куда труднее не оставлять следов. И никого не задеть.

Я почти прошла между пары стражей, кожей ощущая на себе чужие взгляды, но зная, что меня не видят, когда мимо пронесся мальчишка. Голова