Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша - Анна Юрьевна Денисова

— Успокоительный сбор, — ответил маг. — Для тебя. Будешь заваривать и пить, когда совсем тошно станет. Травы тут особые, они душу успокаивают и разум проясняют. Тебе пригодится, учитывая, сколько всего на тебя скоро свалится.

— Спасибо... — я спрятала мешочек в карман. — За заботу.

— Не за что. — Рондир махнул рукой. — А теперь идите. Мне ещё свитки разбирать, а вы мне мешаете.

Он буквально выставил нас за дверь, и мы с Муртиксом снова оказались на тропинке перед его домом.

— Ну что, бух-гал-тер, — кот поднял на меня глаза, в которых читалась глубокая безнадёжность, — пойдём домой. Учить тебя магии.

— Пойдём, — вздохнула я.

Мы двинулись обратно по той же тропинке через лес. Солнце уже клонилось к закату, тени стали длинными, лес наполнился таинственными звуками. Где-то ухнула сова, в кустах зашуршало, то ли мышь, то ли ещё кто. Я старалась держаться поближе к Муртиксу, хоть и понимала, что от кота в случае нападения диких зверей помощи будет немного. Хотя, судя по его размерам, он и сам мог постоять за себя.

— Слушай, — нарушила я молчание. — А что это за запах такой странный в лесу? Вроде грибами пахнет, но не совсем.

— Это магические грибы, — нехотя ответил Муртикс. — Светятся по ночам. Их собирают для зелий.

— Кто собирает?

— Люди собирают. Травники, знахарки, маги... Кто умеет. Ты, кстати, тоже должна будешь научиться разбираться в таких вещах, если хочешь Лирой прикидываться.

— Научусь, — пообещала я, хотя внутри всё сжималось от страха перед неизвестностью.

Мы вышли из леса, когда уже начало смеркаться. Вдали виднелись огоньки деревни, пахло дымом и свежим хлебом. Где-то залаяла собака, замычала корова, закричал ребёнок. Обычные звуки обычной деревенской жизни.

— Муртикс, — спросила я, когда мы подходили к дому, — а что я должна буду делать завтра?

— Завтра, — кот зевнул, показав внушительные клыки, — завтра у нас будет первый урок. А пока спать. Ты, наверное, устала за сегодня.

— Устала, — призналась я. — Это был самый длинный день в моей жизни.

— Это только начало, — философски заметил кот. — Привыкай.

Мы вошли в дом. Внутри было тепло и темно, только угли в печи слабо светились, отбрасывая на стены танцующие тени. Я зажгла свечу (обычным огнивом, которое нашла на полке) и огляделась.

Комната выглядела уже не такой чужой, как утром. Травы на стенах, горшки на полках, тяжёлый стол, тюфяк в углу... Мой новый дом.

Я разулась, забралась на тюфяк и укрылась шерстяным одеялом, которое пахло травами и немного кошкой. Муртикс запрыгнул на лавку, свернулся клубком и закрыл глаза.

— Муртикс, — тихо позвала я.

— М-м-м? — отозвался он сквозь дрёму.

— А какая она была? Лира?

Кот молчал так долго, что я уже решила, не ответит. Но потом он всё же произнёс:

— Хорошая. Добрая. Иногда рассеянная, иногда забывчивая, но... хорошая. Лечила всех, кто приходил, даже если платить было нечем. Разговаривала со мной, как с человеком. Чесала за ухом... — он вздохнул. — Спи, бухгалтер. Завтра тяжёлый день.

Я закрыла глаза и провалилась в сон, глубокий и без сновидений, как будто кто-то накрыл меня тёплым одеялом и сказал: «Всё будет хорошо. Ты справишься».

И, странное дело, я почти поверила.

Глава 3. Инвентаризация.

Глава 3. Инвентаризация.

Проснулась я от того, что в лицо светило солнце. Не просто светило, оно нагло тыкалось своими лучами прямо в закрытые веки, будто говоря: «Вставай, соня, день уже начался, а ты тут прохлаждаешься!»

Я перевернулась на другой бок, натянула одеяло на голову и попыталась вспомнить, какой сегодня день. Суббота? Воскресенье? Может, у меня выходной и можно поспать до обеда?

А потом реальность обрушилась на меня, как тонна кирпичей.

Я не дома. Я в другом мире. В теле какой-то целительницы Лиры. И у меня есть говорящий кот.

Я резко села, чуть не слетев с тюфяка, который предательски зашуршал подо мной. Сердце колотилось где-то в горле.

— О, очнулась, — раздался ехидный голос откуда-то сверху. — А я уж думал, ты решила проспать до следующего обмена миров.

Муртикс восседал на печи, как царь на троне, и смотрел на меня с высоты своего кошачьего величия. В его янтарных глазах читалось примерно следующее: «Ну и зрелище ты представляешь по утрам, подруга».

— Сколько времени? — спросила я хрипло, пытаясь пригладить волосы, которые, судя по ощущениям, торчали во все стороны, как у взбесившегося одуванчика.

— Понятия не имею, — фыркнул кот. — Солнце встало уже давно. Пациенты под дверью собираются. А ты дрыхнешь, как сурок.

— Пациенты? — я похолодела. — Какие пациенты?

— Обычные. Больные. Которые лечиться пришли. Лира, — он сделал ударение на имени, — каждый день принимала по утрам. Сначала лёгких, потом тяжёлых. Такой у неё был... график.

Я сползла обратно на тюфяк и закрыла глаза. Может, если не открывать, всё само рассосётся?

— А ну вставай! — рявкнул Муртикс так, что я подскочила. — Нечего тут притворяться мёртвой! Давай, поднимайся! Надо что-то делать с этими людьми!

— Что делать? — простонала я. — Я даже свечу зажечь не могу нормально! Как я буду людей лечить? У меня диплом бухгалтера, а не медицинский!

Муртикс спрыгнул с печи с грацией, которой мог бы позавидовать любой цирковой акробат, и подошёл ко мне. Его морда оказалась в опасной близости от моего носа.

— Слушай сюда, бухгалтер, — сказал он тихо, но внушительно. — Там, за дверью, стоят люди. Они болеют. У кого-то зуб ноет, у кого-то спина, у кого-то ребёнок температурит. Они пришли за помощью. И если ты сейчас не выйдешь и не сделаешь хоть что-нибудь, пойдут слухи. А слухи, знаешь ли, доходят до Гильдии магов быстро.

Я сглотнула. Подвал с цепями всплыл перед глазами в ярких красках.

— И что мне делать? — спросила я обречённо.

— Для начала встать, умыться, одеться, — деловито перечислил кот. — Потом выйти к людям и сказать, что сегодня приёма не будет. Что ты... ну, не знаю... проводишь ритуал очищения или медитируешь на повышение магического уровня. Что-нибудь правдоподобное.

— А они поверят?

— Лире поверят. Она иногда чудила. То в лес уйдёт на