Бездушный - Kornyal Walden

же вас от них защитил… Как обычно! С тех пор, как на вашу деревню напали в прошлый раз, вы стали только слабее! Вы и тогда не сумели дать отпор нападавшим! А теперь это было совсем уж позорище! А ваш частокол? Я разнес его в щепки в считанные мгновения! Представьте, что это был бы медведь, или, скажем, десяток вооруженных всадников! Да они бы его перескочили! Вы обленились! Привыкли к моему покровительству и ничего не желаете предпринимать больше сами для собственной безопасности!

Глава 4

— К чему ты клонишь, Даммар? — вышел вперед деревенский староста в белой домотканой с синим узором рубахе, подпоясанный красивым разноцветным поясом, что был в деревне почти у каждого зрелого мужчины.

Невесты дарили такие своим женихам. У Лайлы он тоже был, выткала еще в детстве. Правда, ни один юноша так и не удостоился ее благосклонного взгляда, не говоря уж о вручную вытканном поясе.

— К тому, что не собираюсь оставаться здесь вечно! — отрезал я. — Да и как бы я ни был силен, в этом мире есть те, кто меня сильнее! Вы должны научиться заботиться о себе сами!

Поняв мою правоту, люди опустили головы.

— Он прав! — выкрикнул белобрысый паренек, один из тех, кто хотя бы не убежал прятаться в дом, когда появились волки, а искал вокруг подходящее оружие. — Мы должны стать сильнее!

— Начнем с регулярных тренировок! — оскалился я в улыбке, чтобы их подбодрить.

— Мама, он сейчас на нас нападет? — неуверенным голосом спросил рядом какой-то малыш.

— Не знаю, сынок! — ответила добродушная женщина в белом чепце и на всякий случай прижала к себе мальчугана покрепче.

«Люди!» Я возмущенно шлепнул хвостом по земле.

— К тренировкам приступаем завтра! — пообещал я, оскалившись в ободряющей улыбке. — Будете сражаться для начала со мной! Быть может, из некоторых здесь и выйдет толк!

Судя по побледневшим лицам, над ободряющей улыбкой мне еще стоило поработать. Наверное, опять уголки рта изогнул не в ту сторону!

— Эй-эй! Куда! Не уносите хлеб! Это же для меня! — возмутился я, нагнав женщину, что уже собиралась уйти, унося с собой аппетитно пахнущую краюху.

Поняв, что им больше ничего не угрожает, люди принялись медленно расходиться. Некоторые бросали настороженные взгляды в мою сторону. Должно быть, гадали, что еще может прийти мне в голову. Слопав краюху, я дождался пока все уйдут, а затем приступил к основной трапезе. Не пропадать же волкам!

Лайла подождала, пока я насыщусь, затем подошла ближе. Положила теплую ладонь мне на спину.

— Значит, ты собираешься нас покинуть, Даммар? — тихо спросила она.

Это было первое мгновение в жизни, когда я ощутил себя виноватым. Странное чувство резануло меня изнутри, словно я ее предавал.

— Я явился в этот мир, чтобы его познать, — ответил я хрипло, от волнения пропустив пару звуков.

На самом деле я пришел, чтобы пожирать. Так много, как только смогу. Но с тех пор, как я встретил ее, благодаря Лайле мои планы несколько… изменились.

— Понимаю! — тихо ответила девушка. — На твоем месте я поступила бы так же.

Я ожидал, что она как обычно инициирует телепатический контакт. Но она почему-то лишь погладила меня по спине вместо этого и ушла

Глава 5

Думаете, легко проползти человеческий мир, если ты выглядишь, как огромный червяк, то есть монстр, на которого люди при встрече бросаются с вилами? Почему-то я не мог больше их убивать. Вернее, не мог без разбора. Должно быть, из-за Лайлы. Внутри меня будто поселился настойчивый голос, твердивший одно и то же. «Это ей не понравится, если узнает!». Откуда Лайле знать, что я натворил далеко за пределами ее деревни? Да ниоткуда! Но мне все равно было сложно обрушить свой хвост на какого-нибудь селянина и раздавить его, потому что… Ну, он был человеком, подобно Лайле. Может быть, даже «хорошим».

В понятие хороший, ясное дело, я вкладывал нечто иное, чем люди. «Хороший», означало, что при благополучном стечении обстоятельств, например, будь я покровителем его деревни, он бы меня накормил чем-то вкусным. Принес хлеба, свежих пирогов или засаленного мяса к примеру. В общем, если бы увидел во мне не только монстра.

Эта мысль была внове. Прежде я не задумывался о том, что люди могут видеть меня по-разному. Одни и те же люди были готовы меня убить в деревне Лайлы, а потом привыкли и даже радовались моему появлению. Хоть я их пугал, но то, что я приползал, означало, что деревня все еще находится под моей защитой.

Теперь же, глядя, как убегает прочь в ужасе очередной крестьянин, что я случайно повстречал в лесу рядом с главным Королевским Трактом, я вдруг понял, что то, как мы смотрим на меня различается. Я сам-то не считал себя таким уж чудовищем. Ну, то есть… я был шорготом. Изнутри, можно сказать, я считал себя куда… гхм, гораздо симпатичнее, чем меня видели люди. Пожалуй, я был добрее, нежели им представлялось! Я же позволял им удрать теперь! Из-за Лайлы!

— Так дело не пойдет! — пробурчал я себе под нос, наблюдая за тем, как убегает прочь человек.

Мне нужна еда! И не зайцы всякие наравне с оленями, которых лес был полон, а настоящая! Вкусная! С приправами! Хорошей еды в лесу не было. Ягоды и грибы давно кончились, а дикие звери… надоели мне. Ни один шоргот на Угрюмых Болотах такого не мог даже представить! Как это — полно еды, большая часть которой к тому же, не пытается сожрать тебя самого, и… есть ее не хочется! Ночами, устроившись в каком-нибудь теплом мшистом углублении, я мечтал о жареной курице! Или содержимом большого ведра, что иногда выносил староста со всякими вкусностями! Лайла, правда, каждый раз на это морщилась, а однажды шепотом заявила мне, что из этого ведра кормят и поросят. Но я не понял, честно говоря, в чем проблема.

«Хорошая еда должна быть в трактире!» — сообразил я, наконец. Рядом с нашей деревней был придорожный трактир. Чудесное место! Как-то раз я заполз туда вместе с Лайлой, когда она показывала мне, как устроена человеческая деревня. Хозяин трактира угостил меня жарким из горшочка. А потом еще одним и еще пока я, наконец, не насытился чудесным вкусом! Лайла переворачивала эти горшочки прямо над моей пастью,