Во славу Империи - Сергей Васильевич Лысак

можно. Если только на самый верх не лезть. За родовитого аристократа он себя выдать не сможет, там все аристократические роды друг друга знают. А вот за богатого купчину из глухой провинции вполне можно сойти. С местными деньгами у него теперь проблем нет. Покопавшись в предоставленной информации, Виктор понял, что здесь уже хорошо налажены контакты с аборигенами. Именно они занимаются сбором сырья и доставкой в заданные точки. Платили им местной валютой в золотых и серебряных монетах. Никаких проблем с этим не возникало, поскольку запасы золота и серебра на базе измерялись десятками тонн, а синтезатор позволял воспроизводить любые монеты из драгметалла нужной пробы, неотличимые о настоящих. Но теперь, поскольку все начальство погибло, контакты с местными контрагентами оказались утеряны. Искин это тоже понимал, поэтому и не настаивал на продолжении «техпроцесса». Порекомендовал лишь переработать последнюю партию сырья и перевести оборудование в режим консервации до лучших времен. Чем Виктор Каминский и занялся, загнав в ангар коптер и отправив сырье на переработку.

От «уборки территории» его избавили, хоть для порядка и запросили согласие. Все трупы были собраны роботами и отправлены в утилизатор. Излишними сантиментами искин не страдал. Для него это был просто мусор. Несмотря на нештатную ситуацию, автономное функционирование базы не было нарушено и утечка информации предотвращена. Временный координатор Виктор Каминский приступил к выполнению своих обязанностей.

После консервации промышленного оборудования первым делом решил выяснить окружающую обстановку, поскольку информация в режиме реального времени на базу не поступала. Только то, что было загружено в память искина ранее. Скорее всего, убиенное начальство слишком рьяно соблюдало режим секретности и загружало в локальную сеть только то, что считало нужным. А что хранилось в персональном компе координатора в его каюте, осталось неизвестным. Он серьезно пострадал во время бунта, и восстановить утраченную информацию не было никакой возможности.

Поскольку выяснить это можно было только лично, Каминский подошел к делу весьма основательно. Обладая хорошим образованием и уровнем интеллекта значительно выше, чем подавляющее большинство представителей службы охраны, да и, что греха таить, самой администрации, он без труда «втерся в доверие» к искину. Путем введения определенной информации и логических ловушек убедил «железяку» расширить свои полномочия временного координатора до практически неограниченных размеров, оставив незыблемыми всего два пункта – не использовать гиперсвязь для вызова кого-либо и не наносить вред самой базе. Во всех остальных действиях ушлый временный координатор не был ограничен. И заручившись поддержкой искина, Виктор Каминский начал действовать.

Первым делом составил точную карту прилегающего района, выпустив ночью разведывательные дроны. Поскольку то, что имелось в памяти искина, было пригодно лишь для общего ознакомления с планетой, но не для пилотируемых полетов в конкретные точки. После этого начал сам совершать регулярные полеты за пределами уже знакомой зоны. Сначала на привычном грузовом коптере, но вскоре его пришлось сменить на глайдер, обеспечивающий лучшую скрытность. Гражданская модель, пригодная разве что для развлекательных полетов как в ближнем космосе, так и в атмосфере. Но доведенная до ума «народными умельцами» для выполнения несвойственных этой модели задач. К высокой скорости добавился поисковый комплекс, боевые лазеры и генератор силового поля, способный отразить удар кинетического оружия большой мощности, а также создать иллюзию камня при стоянке на поверхности планеты, надежно скрывающую глайдер в оптическом диапазоне. За все это великолепие пришлось пожертвовать значительной частью грузоподъемности. Конечно, обмануть поисковые системы военного корабля во время полета эта самоделка не сможет. Но визуального обнаружения аборигенами можно было не опасаться, а большего пока и не требовалось.

Первые же разведывательные полеты дали массу информации. Сначала наблюдение велось с помощью малых разведывательных дронов, которые ночью могли снижаться на небольшую высоту. Таким образом удалось выяснить наиболее ходовые языки и диалекты в этой местности. Но внутренние районы Юго-Восточной Азии Каминского не интересовали, поэтому вскоре он начал наведываться в Сайгон и Гонконг, где было достаточно много европейцев. Выяснив, что английский и французский язык здесь особо не отличаются, он рискнул появиться в Гонконге, выбрав удобную посадочную площадку неподалеку от города, замаскировав глайдер в «камень». Даже если бы аборигены и обратили внимание на странную каменюку, то ничего бы не смогли ей сделать. А генератор низких частот, воздействующий на психику человека и вызывающий чувство страха, отпугнул бы самых упертых. Самое сложное было проникнуть в город, не привлекая внимания. Но «робинзону поневоле» это удалось.

В Гонконге Каминский провел более месяца. Выдавая себя за английского коммерсанта, неплохо владеющего китайским языком, он собрал массу информации об этом мире. С деньгами у него проблем не было, как и с любыми бумагами, поэтому очень быстро Виктор наладил хорошие отношения с деловыми кругами и с китайскими чиновниками. После Гонконга последовали Сайгон, Шанхай и Макао. Лишь после этого настал черед Российской империи. И вот тут Виктору Каминскому крупно повезло. Удалось не только легализоваться, но и получить дворянский титул.

Помещик Петр Бутов из дворян Нижегородской губернии любил жить на широкую ногу. А еще он очень любил играть в карты. И эта пагубная страсть в конечном счете поставила его на грань разорения. Фамильная усадьба со всем имуществом, включая крепостных, должна была уйти за долги, поскольку наличных средств уже не имелось. Вот тут-то и появился странный молодой человек, прекрасно владеющий несколькими европейскими языками, предложивший разорившемуся помещику сделку. Господин Бутов официально признает его своим сыном и наследником под именем Петра Бутова, нагулянным в свое время на стороне. Наследников мужского пола у помещика не было, дочери давно вышли замуж, а жена почила в бозе три года назад. Вот и решил российский дворянин Бутов не дать угаснуть своему роду. За это новоиспеченный Петр Петрович Бутов не только погашает все долги своего блудливого «папеньки», наконец-то вспомнившего о своем бастарде, но и обеспечивает ему привычный образ жизни, снабжая финансами в пределах разумного. На попытку проявить гонор молодой человек ответил, что у него есть еще три потенциальных «папеньки» на примете, назвав фамилии. Такие же прожигатели жизни, промотавшие свое состояние. Поэтому, если господин Бутов отказывается, то он настаивать не будет. В результате обе высокие договаривающиеся стороны все же пришли к соглашению. Так и появился на просторах Российской империи молодой дворянин Петр Петрович Бутов, о чем были сделаны все нужные записи и составлены положенные документы. Чем было хорошо российское чиновничество, оно могло решить практически любые вопросы за соответствующее вознаграждение.

На первых порах молодой барин Петр Бутов откровенно радовался жизни. Чтобы не мозолить глаза новообретенным родственникам, уехал из Нижегородской губернии