Системный Рыбак 13 - Сергей Шиленко

что она вырастает? В крепость? В стену? В громадный булыжник, который однажды перевесит всё остальное и утопит мой драгоценный резервуар? Хотелось бы знать заранее, а не выяснять постфактум, как это обычно бывает.

В этот момент официант поставил передо мной поднос, прервав мои размышления. Медальоны рыбы под перламутровым отваром, пара мисок, всё как я люблю.

Я потянулся за флаконом из тёмного стекла, чтобы капнуть в тарелку своего личного «Рогача» и превратить обычный обед в маленький сеанс демонической приправы.

Однако, закончить это дело я не успел, потому что — БАМ! — дверь ресторана хлопнула так, что подпрыгнули стаканы на стойке.

А?

Я приподнял бровь.

Внутрь ввалилось четыре человека, лязгая снаряжением, — городская стража. Следом же, задрав козлиную бородку и раздувшись от собственной важности, вплыл Трусарус. За ним тенью держался мужчина с надписью «Гойл» на нагрудной табличке, а третьим ковылял кто-то в глухом капюшоне, надвинутом так низко, что лица не разглядеть.

Гости замерли с ложками у ртов, зал притих, и только Трусарус оглядывал моё заведение с видом человека, который наконец-то дошёл до финиша.

Элиза среагировала первой, отложив блокнот, и шагнула навстречу с той вежливой улыбкой, которая уже не раз выручала нас в трудных разговорах.

— Господа, добро пожаловать. Чем обязаны визиту?

Трусарус, даже не удостоив её взглядом, вышел на середину зала и развернул над головой свиток с городской печатью, чтобы видел весь ресторан.

— Заведение «У реки» обвиняется в незаконном изготовлении и продаже алхимических препаратов под видом еды, — объявил он на весь зал. — Владелец не имеет ни лицензии, ни алхимического ранга, а значит, всё, что здесь варится и подаётся, идёт вразрез с законами Города Звезды Полуночного Раскола.

Элиза побледнела и сжала блокнот так, что костяшки побелели. Ох, сейчас она либо расплачется, либо кинется спорить с вооружённым патрулём. Оба варианта мне не нравились.

— Спокойно, — я отложил флакон, так и не капнув приправы, и протянул руку. — Дайте-ка ознакомиться с бумагой.

Командир патруля, крепкий квадратный мужик с лицом человека, которого сдёрнули с обеда ради чужих разборок, передал мне свиток. Я пробежал по тексту глазами. Предписание на обыск здания, с кучей витиеватых обоснований от Гильдии Алхимиков, и печать вроде настоящая.

— Ладно, хотите обыск, будет вам обыск. Кухня вон там, — я кивнул в сторону белой зоны. — Кладовые за ней, бочки в углу. Проверяйте что угодно, я не против.

Я распорядился, чтобы пара наших ребят сопроводила стражу и показала, где что стоит, а сам вернулся за стол, взял ложку и принялся за медальоны. Раз уж обед всё равно остыл, глупо давать ему остыть окончательно.

Стражники разбрелись по залу, забряцали снаряжением, загремели крышками «бряк-бряк», полезли в кладовые. Трусарус со свитой встал в сторонке и поглаживал бородку, наблюдая за обыском с явным нетерпением.

Элиза придвинулась ко мне и зашептала, наклонившись:

— Господин Ив, как вы можете вот так спокойно есть? Они же переворачивают всё вверх дном. Вы совсем не переживаете?

— А чего мне переживать, — я подцепил кусочек рыбы. — В моём ресторане всё чисто. Пусть ищут хоть до вечера, найдут только рыбу с солью.

Из-за соседнего столика ко мне подался грузный практик в дорогом кафтане, из завсегдатаев.

— Слышь, хозяин, а ведь я знаю, откуда ветер дует. Болтают, будто из-за твоей кухни у алхимиков торговля просела, вот они и засуетились. Конкуренции испугались, вот и хотят прикрыть хорошее место.

— Не переживайте, уважаемый, — я поднял на него взгляд. — Никто мой ресторан не закроет. Он работал и будет работать, так что любимые блюда никуда от вас не денутся. За это ручаюсь.

Стража тем временем закончила первый круг. Командир вернулся, отряхивая руки, и доложил алхимикам:

— Рыба, бульоны, специи, соль. Мука, масло, коренья, приправы. Никаких реагентов, никаких запрещённых веществ. Продукты как продукты.

Свита алхимиков переглянулась, и на лицах проступило кислое недоумение, какое бывает у человека, обнаружившего, что подстава не сработала. Все, кроме Трусаруса. Этот и бровью не повёл, только хмыкнул и махнул рукой в сторону типа в капюшоне.

— Разумеется, реагентов вы не нашли. Потому что этот пройдоха прячет свою алхимию не в бочках. У меня есть свидетель. Точнее пострадавший, человек, который отведал здешней стряпни и провалился в демонические владения.

Он шагнул к своему спутнику и сдёрнул с него капюшон.

Зал выдохнул, а потом кто-то прыснул со смеху. Под капюшоном обнаружилась голова, увенчанная копной ядовито-фиолетовых волос неровными прядями, будто человек проиграл спор парикмахеру.

Обладатель шевелюры сжался и скорчил испуганную мину, изображая жертву неведомого кошмара.

— Это еще что за чудо в перьях, — пробормотал кто-то из гостей.

Хм… А фрукт-то знакомый. Это же тот самый щуплый воришка, который стянул с моего подноса еду с «Рогачом» и уехал прямиком к демонам, а потом с воплями сбежал от стражи.

— Занятно, — протянул я, не вставая из-за стола. — Этот господин действительно был у меня. Только вёл он себя неадекватно, лез куда не просят и был замечен за воровством еды с чужих столов. Так что если стража хочет с кем-то разобраться, вот вам готовый преступник. Прямо с доставкой на место преступления.

Стражники покосились на фиолетовую голову, потом на Трусаруса. Незнакомец, съёжился ещё сильнее, попятился за спину Гойла.

Трусарус понял, что свидетель разваливается на глазах, и сменил направление атаки.

— Воровство мы обсудим позже, — отмахнулся он. — А сейчас скажу так. Если и искать в этом заведении ярчайшее проявление алхимии, то искать надо не в бочках. А в тарелке самого хозяина.

Командир нахмурился и повернулся ко мне.

— Господин Ив, придётся проверить и вашу тарелку.

— Да пожалуйста, — я развёл руками и отодвинул поднос на середину стола. — Угощайтесь. Только осторожно, горячо.

Хе-хе, городская стража ворвалась в ресторан как раз тогда, когда я хотел добавить «Рогача» в своей блюдо и прервала меня. Получается хорошо, что они меня прервали, иначе бы сейчас все узнали о его демоническом эффекте.

Трусарус огладил бородку.

Двое стражников взялись за ложки, зачерпнули из моих мисок, попробовали. И тут с суровыми служаками случилось нечто странное.

Лица дегустирующих стражников меж тем разгладились. Глаза посоловели, и один даже причмокнул, забыв, зачем вообще держит ложку. Второй зачерпнул ещё раз, уже для себя, и завис, блаженно жуя. Гастрономический экстаз, чистой воды. Через минуту оба стояли, чесали затылки и смотрели друг на друга, явно не