Право сильного - Игорь Витальевич Шелег

— Накричать я всегда успею! — хищно сказал Архимаг, задумавшись. — Так Веревкин!

— Я! — поднял подбородок безопасник.

— Входишь в контакт с ИСБ и готовишь мне расширенную справку по парню. Поднимаешь всю историю… Направляешь своих агентов… По документам он сирота… Поищи, кто его родители на самом деле, до седьмого колена… Понял?

— Понял, — кивнул подмастерье.

— Я вам это рассказал, так на подумать, пока никому ничего не говорим, даже лучшим друзьям, женам или любовницам. — посмотрел на всех Комаров. — Все еще раз обсудим после того, как почитаем досье… Сейчас поработайте с наставниками и учениками… Мне не нужны дуэли с ним… По крайней мере, до тех пор пока не разберемся с последствиями этой.

Глава 2

Ехать пришлось долго, примерно около часа. Часа один на один с официально сильнейшим магом Империи.

Комаров при ближайшем рассмотрении оказался порядочным человеком. Темы, которые могли бы вызвать у Володи неприятие, не задавал, наоборот, все было сугубо и по делу. Десяток вопросов по поводу тех рекомендаций, которые оставил наставник, пусть и со скрипом, но согласие на продолжение составленного учебного плана.

И на этом все. Все остальное время глава академии потратил на то, чтобы рассказать Володе его дальнейший порядок действий.

О чем говорить с ревизорами ИСБ, где переоформлять собственность, к какой комиссии в столице подойти, чтобы закрыть вопрос с последним Пальчевским.

Причем он настоятельно рекомендовал не уничтожать Род до конца и то и дело вворачивал эти слова в разговор.

Володя лишь кивал, информация, которую он получал, была эксклюзивной. Такое просто так не получишь, только от скучающего Архимага.

Да, информация была разрознена, но ничего подобного Володя ни от кого не слышал. В том числе были названы фамилии, к кому можно подойти, и к кому подходить не нужно ни в коем случае.

Откровенно говоря, Володя хотел бы принять горячую ванну, плотно поесть и поспать, а не вот это вот все.

Да он даже помедитировать не мог, чтобы хоть немного привести свои мысли в порядок. А ведь еще под Сферой Надежды, Володя и подумать не мог, что ему когда-нибудь понадобится медитация для очищения сознания и повышения концентрации.

Так, за беседой, которая больше напоминала монолог, они и приехали в главное поместье семьи Пальчевских.

Что удивительнее всего Володя ожидал увидеть только силы полицмейстеров, но помимо этого, на территории поместья были машины ИСБ, Инквизиции и еще каких-то неизвестных парню служб.

Вдоль дороги, ведущей к поместью, стояло много машин с гербами, от которых, так и несло неприязнью, перемешанным со злостью. Однако их пропустили без проблем.

Визуально это было приятное место. Зеленый газон и, несмотря на осень, такие же зеленые деревья бетонные дорожки в разные стороны вели к аккуратным домикам. Это не был общий дом Пальчевских, это был отдельный квартал.

Машина подъехала к большому трехэтажному дому, в котором, судя по всему, и проживала главная семья. Перед ним на газоне уже стоял десяток машин, и как раз когда транспорт академии остановился, из главного выхода вышла небольшая делегация. И, как оказалось, Володя, часть из них знал лично.

Романов — глава ИСБ. Зивин — глава местной Гильдии Мечников. Комарин — инквизитор. Арсений Поликарпович фамилии, которого Володя не знал, но который был главным полицмейстером. Неизвестный Володе мужчина в возрасте с гербом Цветаевых. И совершенно убитый горем молодой человек, которого Володя идентифицировал, как оставшегося в живых Пальчевского. Парень был бледен и, казалось, вот-вот упадет в обморок.

— Добрый день господа… — поприветствовал всех Архимаг.

— Здравствуйте, — склонил голову Володя, как и должен был при сопровождении преподавателя.

— Что-то ты не торопился… — недовольно сказал Романов. — Пристально вглядываясь в Комарова.

— Приехал, как мог… У меня пол-академии носит… Такого результата дуэли никто не ожидал… — заявил Архимаг. — Вот как только всех хоть немного успокоил, так сразу и приехал.

— Это он! — шепнул вдруг Пальчевский Цветаеву и мужчина совершенно не думая, вспыхнул от ярости и нанес удар по Володе жезлом.

Причем это не было чем-то страшным, ухнув в который раз за день в «ускоренное восприятие» Володя сделал шаг в сторону, в таком случае словно бы сделанный из бетона жезл не должен был дотянуться до его виска, но нападавший проявил смекалку и удивительную сноровку.

Едва Мечник стал уходить от удара, из навершия, в его сторону потянуло стужей, и на нем резко стала расти сосулька. И вот это нападение доконало парня окончательно. Вспыхнувшая аурная защита, отбила удар, а резкий прыжок к Цветаеву и «усиленный удар» с ноги в живот доставил парню ни с чем не сравнимое удовольствие.

Цветаева отнесло метров на пять. Его щит от физических атак распался. Пальчевского, который стоял рядом с ним, тоже сбило с ног.

Еще только в Володину сторону понеслась атака, как Романов вовсе горло рявкнул: — Отставить!

Только его никто не послушал. В одном не самом сильном ударе Володя выместил всю злость. Можно сказать, душу отвел и даже повеселел. После чего перевел взгляд на Романова и как можно невиннее произнес: — Я был вынужден… Он бы все равно сам не остановился.

— Что вы себе позволяете⁈ — воскликнул полицмейстер.

— Всего лишь защищаюсь, — как можно равнодушнее ответил Володя, пожимая плечами. После нанесенного удара он опять вернул себе способность смотреть на все немного со стороны. — У меня были все основания, на соразмерный ответ!

— Вы хоть знаете кто это такой? — задал он вопрос.

— Человек, чей Род стремился меня убить уже дважды! И это был третий раз! — ответил Володя, подозрительно касаясь на с трудом поднимающегося Цветаева, которому помогал Пальчевский.

— Молодой человек прав, — холодно сказал Комарин. — Арсений Федорович, вас освободили их под стражи так рано, только в связи с этой трагедией и потому что против конкретно вас не было никак зацепок. Однако, ваше нынешнее поведение можно трактовать, как покушение на убийство.

— Он убил мою сестру! — зло сказал Цветаев, медленно приходя в себя.

— А мне казалось, там была законная дуэль, в которой ваша сестра — подмастерье, погибла от рук ученика! — холодно ответил Комаров. — Все было по правилам,