Мой лифт — Моя крепость - Андрей Проходский

~Соответствие подтверждено.~

Тварь снова сунула лапу внутрь.

Коготь зацепил штанину и потянул.

Я завопил, ударил по лапе обеими руками и дёрнулся назад.

~Класс определён: Хикикомори.~

— Неееет?..

Лапа потянула сильнее.

Ткань впилась в кожу. Меня протащило по полу на несколько сантиметров.

~Обнаружено потенциальное личное пространство: кабина лифта.~

Тварь просунула морду глубже.

Я увидел горящий глаз, что смотрел прямо на меня. Пасть раскрылась, словно уже предвкушая, как будет рвать меня на части.

— А-а-а-а-а — завопил я с новой силой.

~Преобразовать выбранную территорию в личную комнату?

Внизу появились две большие кнопки.

ДА / НЕТ~

— Уйди!

Я ударил ладонью по плашке.

Промахнулся.

Тварь рванула меня к себе.

Штанина лопнула. Коготь прошёл по голени, и боль ударила так, что на секунду прояснилось зрение.

Я заорал и снова ударил по окну, и на этот раз ладонь все же попала в одну из кнопок. Какую именно, я не увидел, да мне было и не до этого.

Словно из глубины моей головы раздался короткий дзыньк. Все мутные преграды, что перекрывали мне зрение, исчезли. На долю секунды стало как-то тихо. Нет, не снаружи, а внутри меня.

Потом с потолка полился свет. Чистый, тёплый и даже почти домашний.

Ожила кнопочная панель, что еще совсем недавно была глуха что к моим ударам, что к слезливым мольбам. По стенам прошла едва заметная волна, будто металл стал жидким и тут же застыл обратно. От моих ног по полу разошлась тонкая белая линия.

~Выбор подтверждён.

Класс принят.

Личная территория определена.~

Тварь замерла.

Её глаза дёрнулись.

~Начинается преобразование.

Основное право владельца подтверждено.~

По кабине разлилась тихая мелодия. Та самая безликая музыка, которая обычно играла в дорогих лифтах и никого не раздражала только потому, что все уже привыкли и просто-напросто пропускали ее мимо ушей. Но сейчас она почему-то звучала издевательски спокойной.

~Постороннее живое существо обнаружено на границе территории.

Доступ запрещён.~

Створки дёрнулись и неторопливо начали закрываться.

Медленно.

Слишком медленно.

— Давай…

Тварь взревела и навалилась на двери с новой силой, от чего створки остановились.

— Нет!

Она просунула лапу ещё глубже и упёрлась когтями в пол. Голова её застряла между металлическими створками, а костяные пластины, усеивающие морду, скребли по ним с омерзительным скрежетом.

Но продолжалось это недолго. После секундной паузы двери снова стали смыкаться. Медленно, миллиметр за миллиметром, но всё же двигаясь навстречу друг другу. Тварь била крыльями, давила всей своей массой, оглашая всё пространство вокруг оглушительным рёвом, пытаясь уже не столько достать меня, сколько побороть тиски смыкающихся дверей.

И он... подавался.

Я прижался к дальней стене, сквозь слезы и сопли смотря за этой битвой титанов.

Впервые я смог разглядеть то существо, что так старательно хотело меня убить. В свете вернувшегося освещения я мог буквально разглядеть каждую деталь. Серую кожу между костяными пластинами, дёргающиеся от ярости ноздри, слюну, висящую между зубами. А в её мелких глазах в это мгновение промелькнул уже не голод... а страх.

Тварь поняла, что происходит.

Створки продолжали сходиться, и в какой-то момент раздался хруст.

Чудовище завизжало. Не взревело, как раньше, а именно завизжало, тонко и пронзительно.

Створки сжали лапу твари, которой она до последнего старалась меня нащупать. Как вдруг конечность поддалась, и кость треснула, а плоть сплющилась в районе сустава.

От всего этого зрелища меня точно бы вывернуло на изнанку, если бы в желудке что-то осталось.

Ещё один рывок, что сопроводился мокрым хрустом, и лапа отделилась и тяжело упала внутрь кабины.

Двери сомкнулись. Снаружи что-то огромное врезалось в металл, заставив кабину вздрогнуть. Потом ещё раз.

Тварь, что осталась в темном коридоре, царапала двери, била по ним оставшимися конечностями. Но створки так и не открылись.

Я забился в угол, не способный пошевелиться. На полу между мной и дверями лежала отрубленная конечность. Большая. Размером практически с мою ногу.

Когтистые пальцы продолжали медленно сжиматься и разжиматься, словно в последней надежде впиться в мою плоть.

Я попытался отползти, но было некуда, спина и так уже упиралась в стену, но мне было плевать.

Перед глазами появилось новое полотно, что на этот раз переливалось веселенькими цветами, словно поздравляя меня с днём рождения.

~Личная комната создана.

Площадь: 9 м².

Владелец зарегистрирован.

Добро пожаловать домой, господин затворник.~

Прочитав это, я громко рассмеялся, а потом свет в голове погас, и я окунулся во тьму.

* * *

Виктор Семёнович не сразу заметил, что с небом что-то не так. А только тогда, когда поднялся с пола после ослепительной вспышки, заставшей его в момент, когда он решил побаловаться горяченьким.

Старый электрический чайник валялся где-то под столом. Крышка отлетела к двери, а горячая вода растеклась по резиновому коврику, наполняя будку паром, прогоняя который старый охранник и открыл дверь, выбравшись наружу, постепенно приходя в себя под нещадный вой автомобильных сирен.

Потирая ноющие глаза, он неверяще осматривал такую уже привычную парковку напротив элитного торгового центра «Китеж». Шлагбаум застыл на половине пути, перегородив выезд.

Свет погас везде: в будке, на парковке и даже в огромном торговом центре, что своей громадой возвышался за его спиной. Даже рекламные вывески и фонари вдоль дороги выключились одновременно, а такого быть никак не могло.

Виктор Семёнович несколько раз хлопнул по рации.

— Центральная, это внешний пост номер четыре. Что, мля, произошло?

Динамик захрипел, и на него обрушились сразу несколько голосов:

— …на первом этаже паника…

— Жилой сектор, перекрыть все проходы наверх!

— Это служба охраны бассейна. Объект переходит на специальный режим. Посторонних не принимать.

— Какие посторонние?! У нас люди в коридоре!

— Не занимайте канал!

Виктор Семёнович поморщился, слушая этот срач разных ведомств в радиоэфире.

На бумаге комплекс считался единым. Внизу — громадина торгового центра, на его крыше — закрытый двор жилого комплекса, над ним — основной корпус и несколько отдельных башен. Однако охрана у каждого объекта была своя.

Коллеги Виктора Семёновича следили за торговым центром и парковками. Жилую часть охраняли вооружённые парни, которым платили владельцы дорогих квартир. А у бассейна олимпийского резерва, что занимал значительную часть спортивно-развлекательного сектора, имелась собственная служба безопасности, не признававшая ни тех, ни других.

Обычно они постоянно спорили из-за каждой мелочи из серии конфликта юрисдикций, ну и, разумеется, сейчас, когда наступило это непонятное ЧП, каждый первым делом начал запирать