"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

считала меня обузой, но затем отец дал ей статус моего телохранителя официально. Со временем он начал общаться с ней всё больше. Иногда мне казалось, что даже больше, чем со мной. По ней, наверное, не скажешь, но Дамали идеальный боец: послушная и умелая. Никогда не задавала отцу лишних вопросов, без единого сомнения выполняла все требования. С каждым годом пыталась прыгнуть выше головы, лишь бы ему угодить, и Мелай это заметил. Я на её фоне… нескладный, недостаточно резкий и лишённый желанных отцу черт.

Никто не возразил. Келестин действительно не выглядел пугающим. Высокий, но худой, на юном лице отражались все эмоции, взгляд с открытой заинтересованностью рассматривал каждую деталь разгромленной квартиры, пока обеими руками он держал переданный ему кем-то стакан с соком.

– То есть меня готовили стать царём. Политология, риторика, философия, воинское искусство, тактика. Я прекрасно говорю на всех трёх языках, включая палагейский. – Келестин тараторил так быстро, что Пандея не сразу заметила, как он переключился с даорийского на палагейский, а затем и вовсе на язык людей. Акцента у него действительно не было.

Келестин умолк под тяжёлым взглядом Кассии и Микеля – даже второй уже не выглядел дружелюбным после напоминания, что перед ним сидит другой претендент на его место царя.

– Т-то есть… я просто хотел сказать. – Келестин откашлялся и шумно отхлебнул сок. – Мне неинтересен трон. Я не хочу быть царём, правление не для меня. Я не люблю жестокость и не гожусь в правители, да и, собрав слухи о вас… мне кажется, вы привели Палагеду и Даорию к долгожданному перемирию. – Келестин перевёл внимание с Кассии на Микеля. – Я желаю Клану Металлов всего наилучшего, но не уверен, что моё появление всё не испортит.

– Келестин, – с пугающей лаской позвал Кай, – не отходи от темы. Какой план у полемархов Гемеры?

– Изначальный план: после моего совершеннолетия вернуть меня ко двору и представить ещё одним официальным наследником.

– А Дамали?

– Её отец собирался оставить при мне в качестве телохранителя без раскрытия её истинной личности. Называть её принцессой он не желал, но и оставить на свободе не мог.

– Почему он не хотел официально признать её дочерью? – спросила Кассия. – У нашего отца явно какой-то пунктик насчёт дочерей.

– Она появилась на свет обманом.

Пандея постаралась припомнить, говорила ли Дамали что-то о своих родителях, но поняла, что та часто уходила от этой темы, ограничиваясь общими фразами.

– Что это значит? – не понял Микель.

– Погоди, – оборвала Кассия, потерев переносицу. – Ты сказал, ей было шесть, когда ты родился.

– Почти шесть, – встрял Келестин, Кассия лишь отмахнулась, погружённая в свои подсчёты, она загнула несколько пальцев, словно цифры не сходились.

– Выходит, она всего на год нас младше? – потрясённо уточнила Кассия, встав на ноги.

– Да, – настороженно согласился Келестин.

Кассия скрипнула зубами, руки сжались в кулаки, а на лице отразилась смесь презрения и гнева.

– Он мёртв, Кас. Забудь, – мягко напомнил Кай.

Кассия мотнула головой и с видимым напряжением разжала пальцы.

– Какой подонок. Я даже верила, что он любил Илиру, а выходит, стоило ей умереть, как он сделал очередного ребёнка.

Микель потёр лицо ладонями, похоже, разделяя мнение сестры.

– Его обманули, – подал голос Келестин. – Я не защищаю отца. Знаю, каким он был, но появление Дамали на свет было ошибкой.

– Где её мать? – спросил Микель.

– Мертва. Отец убил.

Комнату заполнила вязкая тишина. Келестин с серьёзным видом кивнул и продолжил, без слов поняв возникшие вопросы:

– Насколько я знаю, Мелай действительно любил Илиру и был сломлен её кончиной. Тогда он много пил, любого совершившего ошибку он не казнил только благодаря тому, что царём оставался Тарис. И вот в момент очередного пьянства он решил забыться ещё и с помощью женщины, но она была подставной, от полемархов. Понимая, что их время существования подходит к концу, они решили прорваться к власти.

– Она не принимала травы, а Мелай об этом не знал? – предположила Кассия, переглянувшись с Микелем.

– Да. Но план полемархов провалился из-за рождения девочки. Царём ей было не стать. Не уверен, что они собирались сделать. Избавиться от ребёнка или скрывать её, но в любом случае ничего не вышло. Мелай узнал. Мать Дамали он и вовсе убил за предательство, но ребёнка почему-то не смог.

Кассия громко фыркнула и начала нарезать круги по квартире. Келестин напрягся, но продолжил:

– Сама Дамали об этом не знает, думает, что её мама умерла от болезни, когда та была маленькой. Я не набрался смелости рассказать ей правду. В целом, за подобную попытку манипулирования царским родом Мелай мог истребить всех полемархов, но не стал и вернулся за долгом, когда родился я. Он меня им передал для защиты и воспитания, пообещав места при дворе, если они сумеют сохранить мне жизнь и секрет о моём существовании.

– Хорошо, но ты сказал «изначальный план», – напомнил Кай. – Что изменилось?

– Всё. Потому что Кассия убила Мелая.

31

ИВО

Тело онемело от долгого лежания в неудобной позе, голова гудела, словно Иво опрокинул в себя половину винного магазина. Но он почти не пил, поэтому провалы в памяти и спутанное сознание сразу приписал последствиям от непонятного снотворного. Да и ощущение связанных изолентой рук подсказало о его дерьмовом положении.

Он помнил завод. На постах никого не было, он позвонил Дереку. Направившись на гул вибрации телефона, отыскал целую гору собранных личных вещей. Несколько мобильников, портупеи, запасные магазины, документы, даже чей-то бронежилет. Иво узнал маркировку отряда Дерека. Некоторые предметы были в крови.

Первым он нашёл Алана – разведчика. С перерезанным горлом, брошенного за одним из станков. Убийцы хоть немного, да следы пытались скрыть. Тела то ли решили так спрятать, то ли ещё не успели убрать. Вторым