Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

сияли холодным голубым огнём, как сапфиры. Выражение лица было несколько странным, напряжённым, отчуждённым и в то же время самую малость угрожающим. До Майяри с запозданием дошло, что сейчас сознанием хайнеса владеет и его зверь, точнее птица.

Услышав шаги, мужчина медленно повернул голову. По спине девушки прошёл озноб, на какое-то мгновение ей показалось, что сейчас его голова повернётся, как у той же совы, но всё же подбородок его замер над плечом, и оборотень, не мигая, уставился на гостей. Длинные широкие его рукава шевельнулись, и Майяри едва не шарахнулась из-за почти мистического ужаса, когда увидела ещё две пары голубых глаз. Расшалившееся воображение уже нарисовало эти самые глаза на руках хайнеса, но потом девушка рассмотрела и беленькие детские личики, почти сливающиеся с белоснежным одеянием. И уже не смогла отвести от них глаз.

Впервые в жизни она видела таких хорошеньких детей. Майяри вообще никогда не встречала ребятишек, с которыми бы ей захотелось пообщаться поближе. Но тут она испытала странное стремление подойти к ним, опуститься на колени и погладить этих крох по кудрявым головам. Маленькие совятки с голубыми, любопытными и в то же время испуганными глазищами, мягкими кудрявыми волосиками и очаровательными нежными личиками. Майяри сразу поняла, кто из них мальчик, а кто девочка. Лицо юного хайрена было покруглее и пошире, а у маленькой хайрени — поуже и подбородочек казался острее.

— Доброго дня, повелитель, — господин Ранхаш слегка склонил голову. — Это моя воспитанница.

Хайнес медленно моргнул.

— Да, — несколько заторможенно ответил он, — я хотел увидеть её. Это она? — взгляд его почему-то сперва упёрся в Викана, несколько оживился, даже блеснул возмущением, и на Майяри мужчина посмотрел уже куда осознаннее.

Ей бы следовало поприветствовать его, поклониться и представиться, но девушке почему-то казалось, что лучше рта не раскрывать. Если дети хайнеса притягивали, то сам повелитель отпугивал. Очень уж явно ощущалось присутствие большой, хищной и сейчас слишком уж нервной птицы.

— Решительный взгляд, — пробормотал хайнес, смотря на Майяри почти не моргая. — Я тебя видел раньше?

Растерявшаяся девушка отрицательно мотнула головой.

— Не думаю.

— Кого-то ты мне напоминаешь… — голубые глаза слегка прищурились. — Хорошие эмоции вызываешь… значит, кто-то хороший… Откуда ты, Яри?

Это короткое, почти ласковое обращение словно выбило почву у Майяри из-под ног, и она с изумлением уставилась на хайнеса. Мысли вспорхнули бабочками, цветными, яркими и бестолковыми. Её Яри назвали. Как… как ребёнка? Это имя как-то не по-взрослому звучит.

— Я из Розыш, — едва слышно ответила девушка.

— Розыши? — хайнес по-птичьи склонил голову набок. — Это те, что сгорели? Я бывал там… я много где был. Не похожа ты на местных.

— Я… приблудыш, — нашлась Майяри. — Сама рода своего не знаю.

— А, — с пониманием коротко протянул повелитель. И Майяри показалось, что он действительно всё понял. — А это мои дети, — взгляд его опустился вниз, на кудрявые головки, — Зиш и Иия.

Опять взглянув на детей, девушка рискнула поприветствовать их:

— Доброе утро, господин Зиш и госпожа Иия.

Интересно, а каковы их полные имена?

— А это мой старший ребёнок, — теперь хайнес смотрел на хайрена Узээриша, — мой Риш.

«Ребёнок» старательно улыбнулся отцу.

— Ришик, — ехидно пропел тонкий женский голос.

Из детской высунулась рыженькая головка очень хорошенькой женщины. Задорно сверкнув зелёными глазами, она, совершенно не стесняясь посторонних, показала язык хайрену. Тот тут же вскинулся и прошипел сквозь зубы:

— Не смей коверкать моё имя, пигалица!

Несмотря на возмущение, чувствовалось, что настоящей вражды между этими двумя нет, скорее уже просто противостояние, которое нередко складывается между ровесниками.

— Моя жена, Лийриша, — представил хайнес рыжую красавицу.

Та не стала выходить в гостиную, и Майяри предположила, что она не одета должным образом.

— Я в долгу перед тобой, Яри, за жизнь моих младших детей и жизнь моей жены, — продолжил хайнес.

— Не думаю, что мой поступок стоит благодарности. Всё же я спасала… не их.

— Разве это имеет значение? — немигающий взор опять уставился на девушку. — Ты сохранила свет моей жизни, единственное, что я могу целиком и полностью назвать своим. К сожалению, я сейчас… не в том состоянии, чтобы достойно наградить тебя. Но ты помни о моём долге…

Хайнес вдруг умолк и дёргано взмахнул руками словно крыльями.

— Прошу прощения, — с трудом выдавил он, — но мне нужно удалиться. Я был рад всё же познакомиться с тобой. Зиш, Иия, что вы хотели подарить?

Мальчик и девочка с опаской посмотрели на Майяри, а затем очень слаженно и с мольбой взглянули на брата.

— Трусишки, — мягко поддел их Узээриш и, шагнув к дивану, взял дракона. — Вот, — игрушка была впихнута в руки обескураженной Майяри, — дарят вам самого любимого зверя.

— С-спасибо… — девушка с опаской посмотрела в раскосые глаза дракончика и неуверенно улыбнулась детям.

Те тут же засмущались и спрятались под рукавами отца.

— Майяри, — раздражённо шипел лекарь харена, укутывая девушку в свой плащ, — я тебя когда-нибудь сам убью!

Узээриш позволил себе лёгкую ехидную улыбку. Всё же этот господин Шидай не совсем тот, за кого пытался выдавать себя, называя харена господином.

— Я бы тебе свой дал, но после отсидки, боюсь, он слегка завшивел, — Викан с подозрением присмотрелся к своему воротнику. — Дарен, похоже, мести ради распорядился подсадить меня к самым неблагонадёжным злодеям.

Ехидная улыбка хайрена стала донельзя довольной. Что ж, не поспоришь…

— На два шага в сторону! — тут же рыкнул на Викана Шидай. — Вшей ей только не хватало.

Ранхаш молча протянул девушке свои шарф и перчатки, и та, стыдливо склонив голову, приняла их.

Вся компания шагала через холл к выходу под пристальными и настороженными взглядами стражи. Узээриш вдруг почувствовал, что ему даже немного жаль, что эти шумные гости уходят. Слуги распахнули перед ними двери, и внутрь ворвался ветер со снегом.

Шидай нехорошо посмотрел на разгулявшуюся вьюгу и перевёл взгляд на девушку.

— Майяри, когда в следующий раз соберёшься за неприятностями, шубу, пожалуйста, не забудь.

— Простите, — едва слышно отозвалась та, и вся компания нырнула в пелену снега.

Двери захлопнулись, и в холле воцарилась тишина. Её нарушили чьи-то торопливые шаги, потом раздался голос кого-то из слуг, звяканье чашек, неожиданный грохот уроненного на пол подноса… Узээриш