"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

Я уже наслышан. Если он жив — это меняет расклад. И, думаю, стоит рискнуть, ведь он может круто помочь мне с Паяльным жалом и кольцом Сольпуги.

— Именно поэтому тянуть нельзя, — говорю. — Если он жив — будем вытаскивать. Если нет — хотя бы узнаем, что он нашёл.

— Согласен. Держи в курсе.

Отключаюсь. Смотрю на Фёдора.

— Ладно, с Прорвой разберёмся. Теперь давай камни.

Он понимает без уточнений. Идёт к сейфу, достаёт три макра из морского монстра. Тёплые, пульсируют — будто внутри каждого бьётся сердце. Хотя по сути это и есть сердца.

— Ты же их изучал. Что в итоге выяснил? — спрашиваю я.

— Это не обычные макры, — Федя кладёт их на стол передо мной. — Это источники контроля. Через них монстр управлял крабом и другими существами. Энергетическая структура заточена под подчинение чужой воли.

Беру один камень в ладонь. Тяжёлый, гладкий. Он вибрирует — не физически, а магически.

— Контроль, говоришь. Дай-ка мне все три.

Фёдор смотрит настороженно.

— Что вы собираетесь делать?

— Проверю кое-что, — улыбаюсь я.

Забираю камни, иду в оружейную.

Бита стоит в углу, прислонённая к стене. Моя верная деревяшка, в которую я уже вплавлял и металл, и макры.

Беру биту в правую руку. Камни — в левую. Сосредотачиваюсь.

В груди печёт, пальцы покалывает. Ощущение — будто внутри что-то плавится и перетекает из одной руки в другую. Через меня. Второй раз куда проще, чем когда я плавил металл.

Прижимаю первый макр к дереву.

Бита вздрагивает. Дерево на долю секунды становится мягким — камень проваливается внутрь, как в тёплый воск. Поверхность смыкается. Ни шва, ни трещины.

Супер. Второй макр. На этот раз получается быстрее — я уже поймал ритм.

Третий. Щёлк!

Поднимаю биту. Поворачиваю в руках.

Она изменилась. Внешне та же дубина, но ощущается совсем иначе. Раньше это был инструмент. Теперь — продолжение руки. Нет, продолжение мысли. Я только думаю о замахе — а бита уже дрожит в ладони, будто в предвкушении.

А такое возможно? У неё же нет сознания.

Делаю пробный взмах. Воздух свистит. Остановить биту в движении стоит усилия, она рвётся вперёд.

— Ладно, — бормочу. — Посмотрим, на что ты теперь способна.

Закидываю её на плечо и топаю туда, где её можно проверить максимально быстро.

* * *

Кабинет губернатора. Поздний вечер.

Щеглов сидит за столом, перед ним свежий номер «Крымского вестника». Газета развёрнута на третьей полосе. Заголовок — крупным шрифтом, жирным, чтобы точно никто не пропустил.

Руки трясутся. Буквы прыгают перед глазами.

Это уже вторая публикация в самом крупном издании Крыма. Первая была мелочью — история про тот земельный участок на побережье. Неприятно, но не смертельно. Губернатор объяснился, дал комментарий, замял дело.

Но этот материал гораздо хуже. Имена, даты, суммы. Кто-то копает глубоко и копает профессионально.

Щеглов откладывает газету. Берёт мобилет. Пальцы не слушаются — попадают не на те кнопки. Он выругивается, набирает заново.

Долгие гудки. Один. Два. Три. Четыре.

— Да? — раздаётся спокойный, холодный голос.

— Мне нужен Султан, — выдыхает Щеглов. — Срочно. Скорпионов копает под меня, и копает хорошо. У него есть журналист, который не отступит. Если эта история дойдёт до столицы…

— Успокойтесь.

— Я спокоен! Но если они найдут документы по портовым контрактам — это конец! Не только для меня — для всех нас!

— Султан свяжется с вами сегодня. Ждите.

Связь обрывается.

Щеглов смотрит на погасший экран мобилета. Потом — на газету. Потом — в окно.

Скорпионов, сволочь.

Щеглов сжимает кулаки.

Он ещё пожалеет. Они все пожалеют!

* * *

Комната — на первом этаже, рядом с кухней. Дверь не заперта, как обычно.

Вхожу.

Лев сидит на кровати. Бледный, осунувшийся. Рядом — Клац, устроился у ног Льва, как верный пёс.

Лев видит меня, видит биту. Его глаза округляются. Он вскакивает, отступает к стене.

Чего это он? Я такой страшный?

— Г-господин… Что вы…

— Расслабься, — говорю спокойно. — Сядь.

— Но вы с битой…

— Я не собираюсь никого здесь бить. Сядь.

Лев сначала оглядывается на краба, потом прижимает пятую точку к кровати. Привязался к нему, оно и понятно — вместе провели чёрт знает сколько времени, пусть и не по доброй воле.

Присаживаюсь на стул напротив. Биту кладу на колени. Направляю конец в сторону краба — не угрожающе. Просто нацеливаю.

Лев дёргается. Кидается вперёд.

— Не надо! Прошу, он ни в чём не виноват!

Мягко отодвигаю его рукой. Что это он раздухарился?

— Я же сказал, что не собираюсь делать ему ничего плохого. Просто проверяю кое-что. Доверься мне.

Он отступает. Руки дрожат, глаза мечутся между мной и крабом.

Закрываю глаза. Сосредотачиваюсь на бите, на макрах внутри неё. Чувствую их — три тёплых узла, три пульсирующих точки. Посылаю мысль.

Связь. Контакт. Контроль.

Будто канал открылся. Будто заглушку сняли с трубы — и хлынул поток.

Открываю глаза.

У Клаца глаза светятся зелёным. Яркие, как два крошечных фонаря. Он замер, поджал клешни, повернулся ко мне.

Мои глаза тоже светятся — я чувствую жар и лёгкое покалывание в глазницах.

Лев ахает так громко, что на весь этаж, наверное, слышно.

— Что происходит⁈ — вопит он.

В комнату врывается Олег — прибежал на крик. За ним — Ольга, видимо, проходила рядом и услышала.

— Господин! — Олег уже с пистолетом в руке.

— Всё в порядке, — говорю, не отводя взгляда от краба. — Всё под контролем.

И это правда. Я чувствую краба. Слышу его — не словами, скорее образами, ощущениями. Голод. Спокойствие. Подчинение. Он ментально склоняется передо мной, признаёт хозяина.

— Так вот как это работает, — бормочу я.

Посылаю мысленный вопрос — импульсом, без слов. «Что ты можешь?»

В голове — щёлканье. Странное, ритмичное. Будто кто-то цокает языком. Но я понимаю.

«Всё».

Усмехаюсь. Разрываю связь. Глаза краба гаснут, возвращаются к нормальному цвету. Мои — тоже.

— «Всё» не надо, — говорю вслух и улыбаюсь.

Клац щёлкает клешнёй и отползает обратно к ногам Льва.

Оля стоит у двери. Глаза огромные.

— Что это было? — шепчет она.

— Макры из морского монстра. Я вплавил их в биту, — встаю и приподнимаю оружие. — Через них тварь контролировала краба и других существ. Теперь,