Современная зарубежная фантастика-5 - Стивен Рэй Лоухед

— Ну мы же не монахи, чтобы изъясняться на латыни и петь псалмы? — скривившись, проворчал Лленллеуг.

— Это что же, — фыркнул Кадор, — я теперь и сказать не могу, что думаю?

— Да о чем тут говорить! — пылко воскликнул Лленллеуг. — Мой меч при мне. Я буду охранять этот Грааль!

— Вот видите! — Кай чуть не опрокинул свой кубок, хлопнув Лленллеуга по спине. — Лленллеуг согласен — Святую Чашу нужно охранять. Значит, мы будем Хранителями Грааля.

— Полегче, брат, — Бедивер поймал кубок Кая, отпил из него и со стуком поставил на стол. — По-моему, мы достаточно наговорились за день. У меня голова разболелась, — он потер виски.

Выпили мы к этому моменту уже немало, и говорить дальше никому не хотелось, а то еще перессоримся. А этого бы не хотелось.

— Я согласен с Бедивером — мы достаточно поговорили для одного дня, — предположил я. — Расходимся, пока мы еще остаемся друзьями, и завтра продолжим.

— А что мы скажем королю? — вопросил Кай. — Артур ждет от нас решения.

— Скажем, что начали обсуждать задачу, но такая важная вещь требует времени — я думаю, еще день или два, вряд ли больше.

Остальным предложение понравилось, главное — можно отложить решение на день-два. Договорившись собраться завтра утром, мы отправили Кая к королю, чтобы он рассказал Артуру, до чего мы договорились. Кадор ушел поспать; Лленллеуг отправился по каким-то своим делам, а мы с Бедивером остались в зале.

— Завтра надо заканчивать, — решительно сказал Бедивер. — Еще два таких дня я не вынесу. Они что, всегда такие сварливые?

— Всегда, — заверил я его.

— Никогда раньше не замечал, — он пожал плечами. Глядя на пустой дверной проем, за которым только что исчез Лленллеуг, Бедивер задумчиво произнес: — У нашего ирландского друга что-то на уме.

— Ты считаешь, он куда-то спешил?

— Несомненно. Его влечет таинственная леди Моргауза.

— Пожалуй, — согласился я. — Он по ней страдает, и сильно.

— Те, кто летают выше других, падают больнее других, — заметил Бедивер. — Я, правда, мало что в этом соображаю, — он задумчиво помолчал, — но, знаешь, я ему, кажется, почти завидую.

Глава 17

В тот вечер за столом я хотел отыскать Лленллеуга и Моргаузу, но ни того, ни другого так и не заметил. Не было их. Меня это навело на определенные размышления. Может, кто еще заметил их отсутствие, но мне об этом не сказал. С другой стороны, Артура и Гвенвифар тоже не было за ужином, и это никого не удивило. Король и королева часто ужинали в компании друг друга, и это правильно.

Тем не менее, я решил, что переговорить с Мирддином не лишнее. Все равно я хотел спросить у него, что он думает о затее Артура со строительством храма, и заодно обсудить Братство Грааля. Быстро покончив с едой, я отправился на поиски Эмриса. Легко сказать! Все знают, как трудно найти Эмриса, когда он этого не хочет. У него много дел, столь же разнообразных, сколь и непонятных. То он рядом с Пендрагоном, а то уже в Каэр Эдин на севере, или возвращается из Иерны. Кто из лордов ему понадобится в следующий раз, какие у него дела с епископами и аббатами, что за предзнаменования ему понадобилось срочно проверить — никто не знает.

Я нашел его на берегу озера, но не сразу. Он ловил рыбу под Тором, поскольку с детства пристрастился к этому занятию. А когда нашел, первым делом спросил:

— Как ты считаешь, эта идея с Братством — довольно неожиданный шаг?

Мирддин задумался.

— Давай-ка прогуляемся, Галахад.

Мы пошли по узкой тропинке, ведущей от озера. Тихий вечер заканчивался. Небо отливало золотом, и первые звезды уже зажглись.

— Для меня прозвучало неожиданно, — начал я разговор.

— А что, когда-нибудь было более подходящее время? — спросил он, наклоняясь, чтобы сорвать травинку. — Ты считаешь, добро должно вечно стоять в тени, ожидая возможности проявить себя?

— Боже упаси! Но посмотри сам: мы недавно заключили мир с саксами, и почти сразу вынуждены были ввязаться в войну с вандалами. И, как будто этого мало, пришла засуха, а вместе с ней и чума. Народ начал покидать дома, отправляться в чужие земли. Мне кажется, что этого более чем достаточно, а тут еще… — Мне не удалось подобрать слов для точного обозначения планов Пендрагона, и я просто неопределенно махнул рукой в сторону Тора.

Мирддин долго смотрел на меня своими острыми золотыми глазами, что-то прикидывая. А потом сказал:

— Ты довольно точно выражаешь мои мысли.

— В самом деле?

— А что тебя удивляет?

Я вынужден был признать, что меня действительно удивляют планы Артура.

— Но ведь ты — его Мудрый Советник?..

— Ты мог бы заметить, что у короля есть собственное мнение.

— Да, но…

— Ему просто не терпится, — Мирддин ответил, не дав мне закончить. — Он упрям и импульсивен. Я советовал повременить с идеей Братства. Мои поиски подходят к концу, надо бы подождать немного… Только он не слушает. Торопится. «Летнее Королевство рождается, Мирддин, — говорит Артур. — Нельзя его задерживать. Мир и так долго ждал. Разве это не грех — сдерживать то, что способно принести так много добра?». Ну и ты видел, — заключил Мирддин. — Он исполнен святой ревности и небесного честолюбия. И никто не может ничего сказать ему поперек, потому что он просто не услышит, а если и услышит, то прислушиваться не станет.

— Ты не советовался с Элфоддом? Возможно, Элфодд мог бы его убедить…

— Что толку? Два сапога — пара. После исцеления Артура епископ убежден, что Царство Небесное близко, и что Верховный Король — это Божий инструмент для его установления здесь и сейчас. Они подстрекают друг друга.

— А Гвенвифар? Неужто королева не найдет способ убедить мужа немного подумать?

— Могла бы, наверное, — Мирддин устало вздохнул. — Только, видишь ли, королева совсем недавно видела мужа на смертном одре как раз в этом самом месте. Гвенвифар так рада, что Артур снова жив-здоров, что в ее глазах даже чрезмерно усердный Артур предпочтительнее умирающего. Нет, она не станет разубеждать его.

Да, пожалуй, дела