Владимир, Сын Волка 4 - RedDetonator

— Да, был такой инцидент, — кивнув, ответил Гаськов. — Ныне покойный президент Тургут Озал хотел наладить контакт по «курдскому вопросу» — ходят слухи, что имели место тайные переговоры с РПК, с целью мягкой и окончательной интеграции Северного Курдистана. Но сначала загадочно погиб его самый главный советник, Аднан Кахведжи, а теперь и Озал неожиданно скончался от инфаркта — это значит, что военные получают власть и будут решать «курдский вопрос» по-своему…

— Вот оно, — произнёс Жириновский. — Озал ведь умер больше месяца назад?

— 17 апреля, — ответил Гаськов.

— Похоже, что у иракских курдов, до недавнего времени, была надежда на что-то с турками, — убеждённо заявил Владимир.

Он специализируется на Ближнем Востоке в силу образования: ему очень хорошо известны процессы, происходящие в Турции и вокруг неё, в основном потому, что тематика ему очень интересна и он пристально следит за политической ситуацией в регионе.

— Озал ведь заявлял что-то о том, что Хусейн — это главная угроза для Турции? — уточнил Жириновский. — Ну и вёл переговоры с иракскими курдами, а также поддерживал их оружием и боеприпасами во время недавнего восстания. Значит, они были уверены, что если что, их поддержит Турция с лояльным к ним руководителем. Это положительный расклад для них. Но теперь это в прошлом.

К власти в Турции пришёл президент Сулейман Демирель, о котором ему известно только две вещи — он не верит в возможность мирного урегулирования, а также утверждает, что курды никогда не были отдельным этносом и являются горными турками.

А раз не будет дипломатического диалога, то скоро нужно ждать начала военных операций турецкой армии в Северном Курдистане.

— Демирель скоро выбьет почву из-под ног иракских курдов, — сказал Владимир. — Когда им в спину начнёт упираться штыком турецкая армия, я полагаю, с ними станет гораздо легче договариваться.

— Я рассматривал ситуацию с этой точки зрения и склонен согласиться с тобой, Вольфыч, — кивнув, ответил Константин Эдуардович.

— А в остальном? — спросил Жириновский. — Как идут реформы?

— Они идут медленнее, чем шли в Афганистане, — пожаловался генерал. — Сопротивление иракских элит до сих пор сильно, несмотря на меры, предпринятые Хусейном. За время моего пребывания в роли главного советника президента, было раскрыто одиннадцать заговоров, три из которых грозили перерасти в государственный переворот.

— Об этом я читал, — сказал Жириновский. — Правда, тогда речь шла о семи заговорах…

— А они не устают пробовать, — улыбнувшись, ответил на это Гаськов. — Уже казнено восемьдесят два заговорщика — у Хусейна с ними разговор короткий, но вот не перестают — очень хотят вывести его из-под «советского манипулирования» и вернуть контроль над нефтью.

— Вот мерзавцы… — пробурчал Владимир и потушил бычок в пепельнице. — Идём в кабинет.

На письменном столе уже стоит поднос с чаем и десертами, поэтому они вынуждены были взять паузу на угощение.

— Кхм… — кашлянул Жириновский и вытер рот салфеткой. — Значит, никак не угомонятся, да? Как спецслужбисты справляются?

— Неплохо справляются, — ответил Гаськов, промакнув губы салфеткой. — К ним уже давно нет никаких вопросов — они исправно ловят мышей и без моего пристального контроля. Я больше занят армией и гвардией. Но реформа идёт полным ходом — к концу 94-го года, по моим оценкам, всё закончим.

Этого времени хватит с запасом — американцы точно не сунутся в Ирак так скоро, но то, что они сунутся — это даже не обсуждается.

Ещё при Буше в обществе началась демонизация Хусейна, который, конечно же, не подарок, как личность и правитель, но точно не представляет такой угрозы, какую рисуют перед американским обществом профессиональные пропагандисты.

Но для американской попытки ликвидации режима Хусейна должны сложиться специфические условия — просто так, без повода, войны начинать нельзя.

Жириновский специально, чтобы дать американцам повод, ведёт «ядерное заигрывание» — КГБ создаёт видимость, будто Ирак получает какие-то данные для разработки ядерного оружия.

Естественно, никто и ничего Хусейну не передаёт, но советско-иракское сотрудничество по перспективам строительства АЭС, всё же, существует, пусть и на стадии разговоров.

Владимиру нужно, чтобы США, примерно после 1996-97 годов, начали прорабатывать возможность вторжения в Ирак, чтобы свергнуть Хусейна и завладеть немаленькими запасами иракской нефти.

Самим США эта нефть не особо-то нужна, всё-таки, в мире достаточно крупных нефтепроизводителей, но то, что слишком незначительно для государства, является очень значительным для частного бизнеса.

Если провокация закончится успехом, и США начнут продавливать ООН в сторону формирования коалиции для вторжения, СССР им препятствовать не будет.

— Только к экономике есть некоторые вопросы… — произнёс Гаськов.

— Это совсем не твоя проблема, — покачав головой, сказал ему Жириновский. — У ГКО всё, как всегда, рассчитано. Уже в этом году ожидается плавное выправление ситуации — денег должно начать хватать.

— Но средства на реформы нужны уже сейчас, — сказал Гаськов. — Могу ли я использовать «резервы»?

— М-м-м… — поморщившись, будто от зубной боли, протянул Владимир. — Можно, но очень осторожно.

Под «резервами» понимаются средства, выручаемые ГАУ Орлова — десятки и сотни миллионов долларов тратить совершенно некуда, потому что их солидно больше, чем может «переварить» система по легализации денег.

Правда, передача денег в Ирак потребует хлопотной и затратной процедуры по конвертации долларов во франки, марки, фунты стерлингов и обратно в доллары, чтобы основательно запутать след и сделать невозможным их отслеживание.

Потери, в таком случае, ожидают в пределах 10-12% от общей суммы.

Но эти деньги «заработаны» в американском аналоге казино, коим Жириновский считает биржу, поэтому ему их совсем не жалко.

— Предельно осторожно, — произнёс он. — И только на то, чтобы заткнуть критические дыры. Злоупотреблять и пытаться форсировать процессы не нужно — ты укладываешься в график и спешка неуместна.

— Конечно, — кивнув, ответил Гаськов. — Да и речь не об ускорении, а о сохранении темпов.

— А вокруг Ирака как обстановка? — поинтересовался Жириновский. — Помимо курдов, я имею в виду.

— В Саудовскую Аравию перебрасываются дополнительные силы США, — сообщил Константин Эдуардович. — Это делается в ответ на запрос от короля. Король Фахд ибн Абдул-Азиз Аль Сауд, несмотря на очевидное отсутствие агрессивных планов у Хусейна, всё ещё очень опасается иракского вторжения.

— Да, это я знаю, — сказал Владимир. — Он докатился до того, что