Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

Гном вышел обратно на улицу и мы приготовились к захвату. Проулок был тупиковый, поэтому иностранец появившийся из дверей кабака, пошел в сторону Гнома, а я следом за ним. Гном, шатаясь, отлип от стены и двинулся к иностранцу, а тот отреагировал на удивление резко, будто что-то почуял, и попытался выхватить шпагу. Но не в этот раз. Удар по затылку и мы уже тащим его бесчувственную тушку к экипажу за углом. Свидетелей мы не боялись, это был не тот район, где зовут полицию на помощь и выполняют свой гражданский долг, составляя словесные портреты злоумышленников.

Нам даже не пришлось его допрашивать. Потемкин посмотрев на типа, привязанного к стулу с завязанными глазами, сразу опознал одного из подручных графа Григория Орлова по фамилии Нильсен. Никаким иностранцем он не был, а родился в России в семье бывшего датчанина. Видеокамеры, для фиксации его чистосердечного признания, у нас к сожалению не было, поэтому оставив его наедине со своими грустными мыслями, мы поднялись наверх, обсудить сложившееся положение.

— Иван, я сколько жизней тебе и твоим товарищам, нет, и моим товарищам тоже, уже должен? — спросил Потемкин, наливая по рюмкам херес. Рука у него подрагивала.

— Друзья такие вопросы не обсуждают, сегодня я помог, завтра ты. Главное в бою — уверенность в своих боевых товарищах. Давай за это и выпьем! — поднял я рюмку.

— И что будем дальше делать! — продолжил я разговор, сделав глоток, — Сдается мне, что даже если мы притащим этого типа во дворец, Орлов плюнет ему в рожу и скажет, что это навет на него, и ничего мы ему не сделаем. Что скажешь Григорий?

— Весьма вероятное развитие событий, это могут принять за попытку свалить Орлова и тогда уже я окажусь в весьма неприглядном положении! Не хочу себе признаваться, но твое предложение убить Орлова, теперь уже не кажется мне таким ужасным! — вздохнул Потемкин.

— Да ты охренел Григорий, Гном же сказал тебе тогда, шутка это. Я мыслю наши дальнейшие действия такими. Иностранца и банду Гаврилы прикопаем где-нибудь по тихой, как говориться «нет тела, нет дела». Быстро им замену не найти, а нам скоро всем разъезжаться. Главное — кто предупрежден, тот вооружен, а после посмотрим, на чьей улице перевернется грузовик с пряниками.

Глава 14

Генеральный план

На следующий день провели операцию по нейтрализации остатков банды, однако все вышло немного не так, как мы думали вчера, а если точнее, то совершенно не так. Утром, увидев в окно подозрительного типа, я отправил черным ходом Гнома, загримированного под калеку с перемотанным бинтами лицом, срисовать злодеев. Появившийся через час Гном, доложил, что все трое трутся поблизости. Видимо, обеспокоенные пропажей двух корешей и взбодренные вчера датчанином, бандиты решили сработать в наглую. Отлично, предоставим им такую возможность. План был, как всегда, прост до безобразия. Перед выездом Потемкина, экипаж всегда подают к парадному входу. Там и будем работать. Я спрячусь в экипаже во дворе, а Гном будет страховать у парадного входа. По моему плану, увидев подачу экипажа и зная дальнейший порядок действий, бандиты подтянутся поближе и когда Потемкин выйдет из парадной, попытаются его атаковать, проявив свои намерения. В этот момент мы с Гномом и отработаем их из пистолетов на месте преступления. Все в рамках самообороны.

Сказано, сделано. Пьеса прошла, как по нотам, будто сто раз репетировали. На выстрелы, достаточно быстро, как-никак фешенебельный район, появились блюстители порядка, опознавшие в убитых бандитах Гаврилу по кличке «Рябой» и его подельников. К его светлости Потемкину, моему сиятельству и его благородию Гному вопросов, естественно, не возникло и дело было быстро закрыто, в связи с полным и безоговорочным наказанием злоумышленников. А с датчанином и Прохором поступили еще проще. Вывезли прямо днем в лес, в сторону Выборга, и прикопали в вырытых самим Прохором могилах, как в фильмах про мафию. Ничего личного, что посеешь, то и пожнешь.

Решив, неожиданно появившуюся проблему заказа на Потемкина, мы могли вернуться к текущим делам. Антонио быстро договорился с управляющим Зимним дворцом о продаже специй — то, что для Антонио было в семь раз больше стандартной цены в Марселе или Тулоне, для управляющего оказалось обычными расценками. Гигантское плечо подвоза делало свое дело. Антонио озолотился, точнее осеребрился, и по моему предложению часть выручки потратил на закупку пушнины, которая в Европе была на вес золота. Нечего транспорт порожняком гонять!

На следующий день Потемкин опять умчался гулять по чиновничьим кабинетам, а я остался дома, думать, как выйти из положения с кадрами и, чем больше думал, тем больше понимал, что выход у меня, да и у Потемкина только один.

После обеда проводили Антонио с караваном пушнины в Ревель. Джованни, впечатлённый встречей с Екатериной, ехать с ним отказывался наотрез, заявив, что он русский подданный и отныне его душа и сердце здесь и нам стоило больших трудов убедить его поехать с Антонио и помочь ему агитировать членов команды на переезд в Крым, иначе Антонио будет очень сложно туда попасть. А что касается общения с Марией и детьми, то по наводке Кулибина, я еще раньше нашел итальянца, жившего в Петербурге уже несколько лет, и нанял его учителем русского языка и помощником для Марии и детей. Он должен был выйти на работу завтра.

К ужину вернулся Потемкин, выглядевший мрачнее тучи. После ужина мы втроем собрались в его кабинете и Потемкин, молча налив по рюмке хересу, уселся в кресло и уставился в стену.

Пригубив напиток, я решил прервать затянувшуюся минуту молчания.

— Григорий! — окликнул я Потемкина, — Ответь мне на один провокационный вопрос!

Увидев, что он слушает, я спросил, сделав «морду тяпкой».

— Государыня императрица мудрая женщина?

Потемкин, боготворивший Екатерину, даже не смог внятно ответить, возмущенный моим, видимо, показавшимся ему кощунственным, вопросом.

— Полностью с тобой согласен Григорий! — продолжил я разрывать ему мозг, — Тогда почему ты не выполняешь ее поручение?

Потемкин был на грани апоплексического удара, от распиравших его эмоций.

— Выпей воды Гриш! — подал я ему стакан, — Я имею ввиду ее слова, что у нас раньше хорошо вместе получалось работать, значит нам надо продолжать в том же духе!

— Конечно государыня права! — ответил, пришедший в себя, Потемкин.

— Тогда почему мы порознь по сенатским кабинетам бродим, да и плана общего у нас нет, так ведь дела не делаются! — посмотрел я на него с укором.

— Прав ты Иван, как всегда прав! —