Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

– Все равно красиво.

Я пропустила легкие пушистые перышки сквозь пальцы и улыбнулась.

– Расскажи, что ты еще умеешь делать, мне интересно.

Амилота вздохнул, но я ясно уловила, что в его вздохе нет раздражения. Он принес плетеную коробку с готовыми изделиями, еще не прошедшими нужные обряды, и я с восторгом перебирала браслетики, подвески и ожерелья, пока Амилота пояснял, что из чего делалось и для чего предназначалось. Было заметно, что ему приятно говорить об этом, и, как ни крути, увлеченность украшает мужчину. Так я засиделась в гостях допоздна, а потом, уже собираясь уходить, вспомнила, что таскаю с собой с обеда.

– А такой материал для чего-нибудь сгодится? – Я полезла в сумку и показала Амилоте драконью чешуйку. Отмытая моими руками до блеска, она казалась сделанной из чистого золота. Выгнутая пластина была размером с две мои ладони, и это еще не самая крупная. С внутренней стороны она темная и шершавая, но, может, Амилота найдет ей применение.

Он с первого взгляда определил владельца пластины.

– Миллхаус потерял?

– Не совсем, – уклончиво ответила я, вспомнив, как мы с Мией отходили бедного ректора железными щетками. – У него еще линька не прошла. Внеплановая.

Амилота покрутил в руках чешуйку, поскреб блестящую часть ногтем и удовлетворенно кивнул.

– Отлично. Магические свойства нечеловеческой органики вы будете проходить позже, но за чешуйку такого размера в некоторых мирах можно получить неплохой замок с парой деревень в округе.

Я представила себя хозяйкой замка и сотни-другой крестьян… И не скажу, что картинка мне не понравилась.

– Дарю, – я махнула рукой. – Не уверена, что в ближайшее время мне понадобится свой замок.

– Недвижимость всегда в цене. Но за чешуйку спасибо.

Он бережно завернул подарок в ткань и убрал в шкаф.

– Ну, я пойду, наверное. До завтра.

– Всего хорошего, Кудряшова.

Могу ошибаться, но это едва ли не единственный раз, когда мы разошлись не просто по-хорошему, но почти что друзьями. Я вышла в коридор и обернулась напоследок. Лайз стоял в дверях, расслабленно упираясь плечом в косяк.

– Не забудь до конца недели сделать доклад, – напомнил он и усмехнулся. – В библиотеке можно найти много интересного. И будь осторожна на обратном пути.

Доклад немного подпортил настроение, но в целом с души как камень свалился. Насвистывая, я спустилась в холл, но застыла, не дойдя до низа пары ступеней. В темноте под лестницей кто-то был. Не знаю, услышал ли он меня, хотя я уж точно не скрывалась, но шуршать перестал.

– Кто там?

Любопытство сгубило кошку, так что хорошо, что я не она. Схватившись за деревянные перила, я легко перемахнула через них и приземлилась точно напротив «мышки». Осталось только крикнуть: «Попался!», да вот только некому.

Под лестницей было пусто, если не считать носка, вызывающе краснеющего на полу. Преодолевая брезгливость, я подняла носок, покрутила и обнаружила на пятке здоровенную дыру с торчащими по краю нитками. Что-то это все мне напоминает…

– Это все чертовски не вовремя, я вам скажу.

Голос я услышала раньше, чем приближающиеся шаги, и выронила носок. Бежать было поздно, выходить навстречу – как-то подозрительно, так что я решила затаиться в темноте под лестницей, присела на корточки и, прижимая к груди сумку, превратилась в слух.

– Ректор сейчас не в духе, лучше бы ему пока не знать.

Второй говорящий показался мне знакомым, точнее, знакомой. Разве это не куратор человекозависимых, Халиса Мехтеб?

– Вы, как всегда, тонко чувствуете ситуацию, – подольстился к ней первый. – Но лучше не откладывать дело в долгий ящик. Не хватало нам еще вмешательства ЗОБа. Это пятилетие слишком важно для всего факультета.

– Все будет хорошо, не нагнетай.

Они уже шли буквально над моей головой, и я зажала себе рот ладонью, чтобы заглушить звук дыхания.

– Пошлем Лайза Амилоту проверить, насколько все плохо.

Стук тонких каблучков Халисы затих.

– Ничего странного не чувствуешь?

– М? Нет, на ужин были восхитительные булочки с чесноком и перцем, весь нюх перебили.

– Булочки, значит. Так это от тебя так несет? Отойди.

Они продолжили путь, и я не рискнула выглядывать, чтобы посмотреть им вслед. Иногда излишнее любопытство может сгубить и змейку.

Минут через пять-десять я выползла из укрытия и с наслаждением выпрямила спину. Интересно, о чем шла речь? Можно предположить, что случилось нечто, требующее внимания самого ректора, причем трогать его никто не хотел, и решать проблему отправят Амилоту. Сразу захотелось припомнить все свои последние прегрешения, но обычно с нами не церемонятся, а тут прям заговор какой-то.

Выйдя из преподавательского общежития, я воровато огляделась и вызвала Мориса по браслету.

– Вечер недобрый, – буркнул он, сонно позевывая. – Что стряслось?

Его лицо занимало все пространство «облачка», которое появлялось передо мной во время видеоразговора, и можно было рассмотреть синяк на его лбу.

– Это что у тебя там стряслось? Об стол лбом бился?

– Ма предложил перекинуться в картишки. Как думаешь, может, лучше на деньги играть?

– Играйте на раздевание. Напугаешь Ма своими тентаклями.

– Очень смешно, – Морис тяжко вздохнул. – Ну так что ты хотела?

Я не стала ходить вокруг да около и пересказала подслушанный диалог.

– Не знаешь, ничего такого в последнее время не случалось?

– Такого?.. Так сразу и не соображу. Давай я наведу справки, а за завтраком нормально поговорим?

На том и сговорились, и я отправилась спать с чистой совестью, но с предчувствием новых неприятностей.

Глава 30

Интуиция на проблемы меня обычно не подводила, можно сказать, она у меня стала поистине сверхъестественной, поэтому в столовую я спускалась уже немного на взводе. Была очередь Мориса и Ма дежурить в башне, можно было хотя бы об этом не переживать, но я все равно зачем-то накручивала себя всю дорогу от комнаты до столовки. Ну, если прямо совсем честно, то начала еще в ванной. Иногда я такая девочка-девочка, что самой страшно.

Морис уже ждал меня за столиком у окна. Я плюхнулась напротив и скинула сумку на соседний стул.

– Красавица не в духе? – ехидно спросил Морис, бросив на меня один единственный проницательный взгляд.

– Рассказывай, нарыл что-нибудь?

Морис скрестил руки на груди и нехорошо прищурился.

– Так, я не понял. Ты сходила на свиданку с этим своим Амилотой, а потом стала нервной и злой.

– Я не злая.

– Ага, просто пыхтишь на меня. И прическа твоя пускает на меня голодные слюни. Давай начистоту, что между вами двумя вчера случилось?

– Да что ты примотался? И это не