Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

гордилась уникальным мастерством, которое позволяло надолго задерживаться в воздухе, преодолевая длинные расстояния, но даже ему было трудно пересечь озеро одним прыжком. Он не знал, какая женщина на такое способна.

– Белая Фэнси. – Фэнси снова потерла руки. Оказывается, хвалить себя так волнительно!

– Это она!

Все вздрогнули, мгновенно все поняв.

Чашка вина в руке Хуан Чао дрогнула, вино пролилось.

– Так Белая Фэнси действительно в Ючжоу, похоже, она все еще во дворце вана Ючжоу. – Юй Уюань спокойно улыбнулся.

– А кто написал статью, превосходящую «Десять стратегий с платформы Цзин»? – спросил кто-то еще.

Фэнси продолжала нервно мять руки. Она думала, каким же железным характером обладает эта красавица Хуа, если ей вечно приходится невозмутимо говорить вещи, от которых мурашки по коже:

– Когда принцессе Сиюнь было пятнадцать лет, она написала «Повествование о стремлениях у источника Цинтай», и наш великий министр Цянь Ци похвалил ее, сказав, что каждое слово в нем – жемчужина. Это настолько редкое и ценное произведение, что ученые до сих пор разбирают его по фразе. Что вы скажете на это, господа?

Все снова замолчали.

– Эти две женщины смогли сделать это, а вы, благородные мужи, не можете сравниться с женщинами… Как вы собираетесь тогда привлечь внимание Чуньжань? – Голос из-за шелковых занавесок теперь звучал чуть насмешливо. – Все вы называете себя героями и талантами, достойными жениться на красавице, но Чуньжань тоже считает себя красавицей, достойной настоящего героя, настоящего таланта!

– Слова принцессы пристыдили Ечэна. – Хотя высокомерный Шань Ечэн был недоволен, ему пришлось признать это.

А те, кто мнил себя необыкновенными, видя, как даже такие выдающиеся люди, как Мин Юэшань и Шань Ечэн, склонили головы в смущении, сами поняли, что не имеют никакой надежды заполучить эту красавицу.

– Хотя вы не можете стать мужьями Чуньжань, но все вы – выдающиеся таланты этого мира, поэтому прошу всех отправиться в главный зал, мой отец готов дать вам аудиенцию. Отец ценит талантливых людей, он с радостью возьмет вас на службу.

Несмотря на недавнее разочарование, такая перспектива показалась всем весьма соблазнительной, и печаль быстро сменилась радостью.

– Прошу всех следовать за дворцовыми служанками в главный зал.

После этих слов перед каждым появилась прекрасная, как цветок, дворцовая служанка, которая должна была указать дорогу ко дворцу. Мужчины встали и направились прочь, но некоторые из них, уходя, все равно с сожалением оглядывались на платформу Цайлянь.

– Принцесса, вы обещали встретиться с нами, может быть… – наконец кто-то осмелился выдвинуть просьбу.

– Встретиться? Хорошо. – В чистом голосе была скрытая насмешка. Как только они услышали эти слова, шелковые занавески на платформе Цайлянь взлетели, как дым, и из них выплыла фигура в одеждах белых, как снег, и с черными, как тушь, волосами. Ее тонкие юбки развевались, словно диковинное оперение. Она тихо приземлилась на пионы, плавающие на поверхности озера.

Когда-то Го Вэя призвал Чжао-ван на службу, воздвиг в его честь он в Янь Золотую Башню. Затем и Цзюй Синь направился в Янь немедля, и даже мудрейший Цзоу поспешил из Ци. Но мне никак не снискать власть имущих дружбы, за песни и смех раздают жемчуга и яшму, достойным швырнут лишь мякину из грубых стеблей. Довольствуются объедками мудрецы. Теперь я познал, что чувствуют журавли, паря одиноко за тысячи сотен ли.

Белая фигура, опустившаяся на озеро, запела громкую необычную песню, ее голос звучал как пение иволги в пустой долине. Она касалась кончиками пальцев ног цветов, изящно танцуя, а когда ее тонкие руки плавно двигались, широкие рукава ее одежд взмывали в воздух. Легкая, как испуганный лебедь, изящная, как играющий дракон… Ее черные длинные волосы развевались, как шелк, скрывая нефритовое лицо.

В этот момент головы у мужчин в павильонах у озера закружились, они могли ясно видеть белую фигуру, поющую и танцующую над водой, но не могли рассмотреть черты ее лица. В памяти их запечатлелся только этот танец на цветах, только нежная гладь воды да небо, отражающееся в озере. Много лет спустя люди сложили легенду о выборе мужа принцессой Чуньжань, которая распространилась по миру, но позже кто-то проболтался, что принцесса Чуньжань в тот день на самом деле была Белой Фэнси, притворявшейся ею. Настоящая принцесса Чуньжань хотя и обладала красотой, способной покорить страну, но не имела такого непревзойденного мастерства боевых искусств.

– Господа, раз вы уже видели меня, пожалуйста, отправляйтесь в главный зал, разве это не невежливо – заставлять отца ждать?

Белая фигура закончила петь, взмыла в воздух и наконец изящно приземлилась в павильоне, где находился Хуан Чао.

Уходить остальным очень не хотелось, но они не осмелились остаться. Через мгновение все они уже шагали ко дворцу, размышляя про себя, кто же был в том павильоне, кто мог снискать благосклонность принцессы?

А тем временем Хуан Чао и Юй Уюань, которые изначально сидели в креслах, невольно встали, когда белая фигура приземлилась перед ними.

Фэнси посмотрела сначала на Хуан Чао, затем на Юй Уюаня. Она не могла им не восхититься, неудивительно, что его называли первым молодым господином Поднебесной. Даже если не говорить пока о его внешности и манерах, просто глаза его, которые, казалось, могли вместить весь мир, были невероятными. В этих глазах не было ни капли эгоизма и тьмы, присущих людям, только нежность, спокойствие и сострадание, они были словно самое спокойное и тихое озеро.

По сравнению с Юй Уюанем все остальные люди имели недостатки. Фэнси по сравнению с ним был слишком возвышенным, ему не хватало непринужденности; Хуан Чао по сравнению с ним был слишком высокомерен, ему не хватало спокойствия. Он, должно быть, был небожителем из Било, пришедшим на банкет у Небесного пруда, но по некой причине его временно сослали в мир смертных.

Хуан Чао не моргая смотрел на женщину в белом перед собой, его глаза горели. Он смотрел на нее долго, очень долго и наконец, не в силах сопротивляться желанию в своем сердце, подошел к Фэнси и тихо сказал, словно давая клятву:

– Если однажды я буду править Поднебесной, ты выйдешь за меня замуж и станешь императрицей?

– Нет. – Женщина ответила прямо, без малейшего колебания, и отступила на три шага.

– Ха-ха-ха-ха… – Услышав это, Хуан Чао не проявил ни малейшего гнева, только громко рассмеялся. – Среди женщин Поднебесной только ты можешь так отвечать мне!

Юй Уюань тихо смотрел на женщину перед собой.

Белая одежда, черные волосы, такая простая и чистая, как черные горы и белые воды на картине.

Ее брови были приподняты, глаза смеялись, в улыбке таилась тайна, чувственные