Тайна феи. По следам мерцающей пыльцы - Татьяна Карсакова

— Красивенький, значит! — настает очередь Эрха издеваться. — Нравится он тебе. А если я его разобью?.. — друг весело смотрит мне в глаза.

— Не надо, — качаю головой. — Он мне очень нравится.

— А мне, знаешь ли, свободная жизнь очень нравится, — Эрхан демонстративно перекидывает вещицу из одной руки в другую. — Меняем мою свободу на твой чайничек?

— Меняем! Слово лисицы, больше тебя захомутать пытаться не буду.

Подскакиваю к другу и вырываю у него из рук тонкий фарфор. Бережно прижимаю к груди.

Вот угораздило же его мой любимый чайник схватить! Я же его и не трогаю толком, просто поставила на окно и любуюсь, потому что красивенько!

Эрх, пользуясь случаем, линяет из комнаты.

— Дуреха ты, Лиска, — Шах ласковым, отеческим движением треплет меня по голове. — Мы же его почти поймали! А ты за чайник свой… Схватили бы, обещание жениться содрали бы, хрен бы потом выкрутился!

Песчаный дух криво усмехается и тоже идёт в кабинет. Вот и разбери в шутку он или серьезно?..

Бережно ставлю чайник на самую верхнюю полку, плотно закрываю дверцу шкафа и только после этого иду в кабинет.

— Теперь мы можем заняться делом? — хмуро уточняет застывший у окна фей.

Бросаю взгляд на часы и киваю.

— Да, вот теперь самая пора, через сорок минут у тебя встреча с бедуинами.

— План такой, — начинает Ратим. — Лайсон встречается с бедуинами в условленном месте, заходит в дом, чтоб враги ничего не заподозрили. Мы идём следом. Накрываем всю шайку одним махом, берём пленных, отдаем песчаным духам, которые уже есть в городе, они цепочку сами раскрутят, дальше не наши сложности.

— Я связывался со своими, — подаёт голос Шах. — Наших в городе пока нет, но через пару дней подъедут. Попросили нас помочь, тех, кого возьмём, у себя подержать до их приезда. По сути дело почти завершенно, осталась только последняя часть.

— Погнали тогда! — машу рукой и первая направляюсь к выходу.

— Лис, может ты дома посидишь? — догоняет меня Эрхан. — Там же только грубая сила будет нужна. Налетим, бедуинов побьем, пленных увезем… Ты все равно ничем не поможешь.

— Может она пострелять хочет? — ухмыляется Рамшах. — Ну что, хвостатая, пойдешь с нами?

— Нет! — кричит Эрх. — Не вздумай!

— Та ладно, Эрхан, — отмахивается друг. — Броню на нее наденем, я с собой возьму. Надо же девчонке привыкать к суровой реальности.

— Ей незачем привыкать к суровой реальности, — начинает злиться Эрхан. — Ее есть кому защитить.

— Ну да, ну да, — Шах только ухмыляется. — В нашем деле, сам знаешь, боевой опыт не повредит. Мало ли что…

— Я в машине посижу! — вмешиваюсь в разговор партнёров. — Останусь в фургоне с кем-нибудь из ребят. Уж больно интересно на захват посмотреть и самой убедиться, что кончилось самое бесполезное дело за всю нашу карьеру.

— Почему бесполезное? — удивляется фей.

— Да потому что не платят за него нефига! — смотрю на него злобно. — Столько с твоей семьей провозились, потому что папа у них идиот, а пользы для бизнеса никакой.

— Не злись, Лисуль, — мягко обнимает меня за плечи Дуб. — Это ж мы, считай, своим, песчаным духам помогаем. Это дело святое.

Только фыркаю. Ладно, святое, так святое. Бабла не срубили, так может хоть что-нибудь интересненькое увижу…

У дома Эрхана уже стоят несколько фургонов, полных наших людей.

— Так, красавица, — командует Шах, — давай я тебе бронежилет надену. На всякий противопожарный. В нашем деле лишним не будет.

— Сиди в фургоне и не высовывайся, — читает нотацию Эрх, пока песчаный дух аккуратно застегивает на мне заклепки тяжёлого броника. — Поедешь с Жакроном. Сядешь сзади него, на пассажирское, чтоб отлипать от стенок не смела. Прижалась носом к окошку, и сидишь наблюдаешь.

— Эрхаш, можно я хотя бы спереди, на пассажирском поеду! — начинаю канючить. — Я же сбоку ничего не увижу!

— Эрх, да хватит над ней трястись! — поддерживает Шах. — Стекла бронированные, фургон бронированный. Ничего ей не будет!

— В прошлый раз мы тоже были уверены, что ей ничего не будет, — ворчит Эрх. — А в итоге к Масочнику попала! Все! Никаких больше рисков! Пусть скажет спасибо, что с нами едет, а не дома запер!

Эрх сам въедливо проверяет застёжки на моей броне, хмуро поглядывая исподлобья.

Любуюсь своим собранным, серьезным волком.

Война — его стезя. Когда дело доходит до боя — Эрхан преображается, становится будто взрослее, опаснее.

Хочется сразу замурлыкать и спрятаться за его крепкую спину. Ну, или повиснуть на шее и ластиться, пока снова не увижу в этом грозном, невероятно опасном волке своего любимого Эрха.

В этом мужчине живёт невероятный контраст! И это цепляет, заставляет мурашки бежать по коже. Всё-таки Эрх удивительный. Не зря я в него так влюбилась. Таких мужчин просто больше не существует!

— Лиска, прекрати смотреть на меня, как будто любимые пирожные в кондитерской увидела! — строго приказывает Эрхан. — Сидишь и не высовываешься, поняла?

Поддаюсь порыву, становлюсь на цыпочки, чмокаю Эрха в подбородок и покорно отвечаю:

— Как скажешь, родной!

— Мелисса, что с тобой?

Удивление на лице Эрхана доставляет мне невероятное наслаждение. Надо же. Таким великим и ужасным только что был, а стоило мне чуть приласкать и снова готов от меня под столом прятаться.

— Лиска, я тебя слишком хорошо знаю! — Эрх начинает закипать. — Ты меня своими лисьими хитростями не обманешь! Сказано сидеть в машине и носу из нее не высовывать — значит будешь сидеть и носу не высовывать!

— Хорошо, родной, я же не против, — покорно опускаю глазки и иду к фургону. — Ты мужчина и это твоя территория, я буду тебя слушаться.

— Мелисса! — Эрхан идёт следом, подхватывает меня на руки, сам усаживает на пассажирское сидение в самую безопасную часть машины, ещё и пристегивает ремнями безопасности для верности. — Прекрати мной манипулировать, вредная девчонка! — рычит и пальцем перед носиком мне грозит. — Я знаю все твои хитрости! Я знаю все твои уловки! Если не послушаешься — Богиней Всевоплотящей клянусь, отшлепаю!

— Хорошо, Эрх, как скажешь! — послушно киваю и, кажется, довожу этим своего волка до нервного тика.

— Эрхаш, — ласково глажу друга по руке, — есть вещи в которых сильна я. И тогда ты ко мне прислушиваешься. А есть те, в которых силен ты. И глупо было бы с моей стороны прекословить тебе в этом. К тому же, сам знаешь, я свою шкурку дорого ценю и очень ее берегу. Поэтому на рожон не полезу. Буду сидеть в фургоне рядом с Жакром, наблюдать со стороны, может что интересного увижу, потом, когда закончите, по дому бедуинов похожу. Ни разу не видела как они живут.

— Ладно, верю, — хмуро соглашается