"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

От мысли о том, что находка – вещь из прошлого, у Жени участилось сердцебиение и слегка вспотели ладони. Она в жизни не держала ничего подобного!

– Нет, это не может быть настоящей египетской кисточкой. Ей неоткуда тут взяться…

В этот момент перед глазами всплыл мольберт, спрятанный под черной тканью. И если вчера Жене не особо хотелось видеть, какая картина таится за ней, то сейчас желание увидеть холст вцепилось в горло мертвой хваткой.

Сидя на корточках, Женя оглядела комнату, пытаясь представить, куда Полина могла убрать злополучную картину. Если, конечно, она не утащила ее к себе, то могла засунуть в шкаф, размеры которого как раз подходили. Обрадованная этой мыслью, Женя направилась к шкафу и ойкнула – оставшиеся в ступне мелкие осколки впились в кожу сильнее. Игнорируя боль, она открывала высокие дверцы с настороженностью: как обычно это делали герои в фильмах ужасов. Но из шкафа никто не выпрыгнул. И картины там тоже не оказалось. Только одежда.

– Да зачем она ее спрятала? – вздохнула Женя, отодвигая юбки, платья и рубашки сестры. Все вещи в гардеробе были либо черные, либо темных оттенков. Никаких ярких цветов. Женя не придала этому значения, хотя в прошлом сестра любила одеваться в светлые наряды.

Сейчас же Женю волновала картина, а не одежда. Любопытство не давало покоя. Хотелось поскорее выяснить, почему Полина спрятала эту работу.

«Что же изображено на холсте?!»

Когда она вышла в коридор, ее встретила тишина. В квартире никого не оказалось. На кухне тихо шумел холодильник, на сушилке недалеко от входной двери было развешано недавно постиранное белье. Пахло порошком и лавандовым кондиционером. Женя подошла к комнате Полины и, взявшись за ручку, слегка толкнула дверь, но та не поддалась. Заперто.

– Да что ж такое-то, – вздохнула она, повторяя попытку на всякий случай. Чуда не произошло.

Теперь Женю сжигало не просто любопытство. Началась игра против системы. Все еще помня, с какими тревогой и ужасом Полина глядела на картину после ее ночного кошмара, Женя решила: во что бы то ни стало она увидит этот холст!

Она быстрым шагом направилась на кухню, чтобы найти какую-нибудь скрепку. Тот факт, что раньше она никогда не вскрывала ими замки и видела подобное только в кино и сериалах, совсем не смущал.

Дома мама всегда хранила скрепки в ящике стола, поэтому Женя по привычке пошла искать «средства для вскрытия» именно там. Найдя необходимое, она вернулась к двери и безуспешно попыталась вскрыть замок. Ничего не вышло ни после первой попытки, ни после десятой.

– Да чтоб тебя! – выругалась Женя, вспоминая про Академию, – был последний день приема конкурсных работ. – Ладно, сейчас быстро съезжу и вернусь.

Надев голубые джинсы, ярко-желтую футболку и серьги со звездочками, Женя вышла из квартиры и закрыла ее на ключ, который ей оставила Полина. Из-за вчерашнего дождя и повысившейся температуры было влажно, поэтому волосы Женя собрала в высокий хвост – так они ей почти не мешали.

Но пока Женя спускалась на улицу, внутри ворочалось любопытство. Хотелось как можно скорее оказаться в комнате Полины. Ее тянуло туда с такой силой, будто внутри маленького помещения находился магнит с северным полюсом, а Женя была южным. И они притягивались друг к другу с космической мощью.

12

Пока Женя стояла перед пешеходным переходом напротив Академии художеств в ожидании зеленого сигнала светофора, ей казалось, что еще немного – и она лишится чувств. Руки слегка вспотели, грудную клетку разрывало от переполняющих эмоций. Женя не верила, что в реальности стоит перед зданием, которое снилось ей ровно с того самого момента, когда она решила стать профессиональным художником. Она хотела учиться только здесь и нигде больше. Как и Кира.

Перейдя дорогу, Женя подошла к массивным дверям Академии и набрала в легкие как можно больше воздуха. Пахло летом, шумели машины, гуляли петербуржцы и туристы. Вокруг кипела жизнь. Повернувшись к Неве, девушка улыбнулась, а в ее глазах заблестели слезы. Она не могла поверить, что стоит там, куда ступала нога великих русских живописцев.

Здание, на куполе которого восседала древнеримская богиня мудрости и искусств Минерва, напоминало не учебное заведение, а дворец. Женя не видела места прекраснее для изучения живописи. Здесь все дышало творчеством.

А стоило только взглянуть на Неву, посмотреть на статуи знаменитых египетских сфинксов с лицом фараона Аменхотепа III, которые восседали на Университетской набережной, как душа и вовсе содрогалась от величия места.

Сфинксы напоминали Жене стражников искусства. И не зря, ведь именно во времена правления Аменхотепа III в полную силу расцвело строительство. Здания украшали рисунками, а самого фараона называли покровителем искусств.

Университетскую набережную статуи украсили в тысяча восемьсот тридцать четвертом году. С тех пор сфинксов чествовали в стихах и песнях, их рисовали со всевозможных ракурсов и фотографировали каждую выемку. Они попадали в кадры фильмов… Жене захотелось подойти к каменным животным и загадать желание – как это делали многие туристы. Но она решила вернуться сюда чуть позже, после сдачи работы.

Зайдя в Академию, Женя огляделась. Справа от нее была книжная лавка. Холл оказался очень просторным. Прямо – зал скульптур, а по бокам находились две закругленные лестницы. Возле одной из них – табличка: «Вход в музей. Касса на втором этаже».

Поднимаясь, Женя не переставала восхищаться увиденным. Решив, что не стоит привлекать к себе много внимания и глазеть на все так, будто впервые видит расписной потолок, высокие колонны и невероятной красоты скульптуры, она шагала быстро и решительно. Будто это не первое ее посещение Академии и даже не второе. Тем более – не последнее.

«Может быть,