Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

Синие глаза засверкали гневом.

– А тогда я направлю на мятежников армию…

– И потопите собственное королевство в крови? А кем тогда править будете, ваше высочество?

– Не потоплю. Каждого десятого на виселицу и достаточно.

Ну ничего ж себе! Монаршья дочка…

– Ну, если каждого десятого… То скорее всего, у обречённых окажутся родственники среди вояк. И тогда армия переметнётся на сторону восставших. Потому что никто не захочет сражаться на стороне кровавой королевы.

Белоснежка задумчиво посмотрела на меня. Закусила губу.

– Если я буду королевой, – тихо возразила она, – то армия не сможет… они же присягнули и…

– Бедная, бедная, наивная девочка. Ну представь себя на месте своего стражника, лучника, рыцаря. Ты дал присягу злой королеве. Но она приказывает тебе убить твоего родного брата. Или отца. Белоснежка, ты, чтобы исполнить данное слово, убила бы собственного папу?

Девочка вспыхнула до корней волос.

– Как ты смеешь! Не сравнивай...

Я встала.

– Сейчас я уйду. А ты останешься и подумаешь вот над чем: ты можешь вести себя как маленькая, избалованная девочка. Хлюпать носом, злиться, осыпать меня проклятиями. Можешь бездоказательно верить, что это я убила твоего отца. Словом, можешь вести себя как глупый ребёнок. Это не вернёт твоему папе жизнь, а вот твою жизнь изрядно испортит.

Она смотрела на меня исподлобья. Злющая, как мокрый котёнок.

– А можешь дать нам шанс. Просто подумай, что, если ты ошибаешься, а я – говорю правду? Если я и правда не убивала твоего отца? Ты теряешь друга, Белоснежка. Того, кто может тебе помочь. Мы с тобой в одной лодке. Потому что, если ты думаешь, что этим балом правлю я, то ошибаешься. И вот ещё что… Я не собираюсь спускать убийство короля кому-то с рук. Следствие продолжается. Вот только я, как и ты, не очень-то доверяю капитану Румпелю. Предлагаю тебе тоже следить за тем, как продвигается дело. Но ты думай. И сама решай. Жду тебя на ужине, если ты всё же решишь поступить как взрослый человек и разобраться в ситуации, а не топать ножкой, обвиняя меня в том, чего я не делала.

– А если нет?

– Тогда ужин принесут тебе в комнату, – я пожала плечами. – Я понимаю, что тебе страшно, что ты напугана. Поэтому злишься. Всегда легче, когда ты знаешь, кто твой враг. Даже если ошибаешься. И всё же… Я верю, что ты окажешься умнее.

И с этими словами я вышла из комнаты, миновав молчаливо застывших стражников. Перевела дыханье.

– Вы свободны, – велела им. – Принцесса может выходить из собственных покоев куда захочет и когда захочет.

Гвардейцы молча поклонились.

Жаль, в этом мире нет психологов. Ни детских, ни взрослых. Мне бы и самой он не помешал. Потому что то, что я вытворяла на обеде… Разве так себя ведёт взрослая адекватная женщина?

Закусив губу, я вышла в сад.

С крыш капала вода, сугробы стремительно превращались в лужи, солнце не светило – жарило. Я заморгала, подставив лицо его лучам. Ну вот зачем я обидела Бертрана? Какое мне дело до его женщин? Пусть развлекается, как сам знает.

Я пошла по тропинке, перепрыгивая с одного сухого места на другое. Душа успокоилась, сердце билось ровно. Нет, я вовсе не влюблена в Кота. Чушь какая! Я могу, например, совсем не думать о нём. Мне, в конце концов, не пятнадцать лет. Да.

– Майя!

Замерев, я закрыла глаза. Нет-нет, почему сейчас… Ну вот зачем он тут? Всё было так хорошо!

– Давай поговорим?

Бертран шёл ко мне по боковой аллее и солнце пламенело в его волосах. Сердце застучало, и я почувствовала, что руки немного дрожат. Сложила их, пряча кисти в широких рукавах.

«Да, конечно, давай обсудим ситуацию» – подсказал мозг, и я послушно повторила:

– Мне некогда. Хочешь поговорить? Иди, поговори с Авророй.

М-да… как-то не так это прозвучало.

– Майя… По-твоему я не должен вовсе общаться с другими женщинами? – раздражённо выдохнул он, хмурясь.

Приехали. «Извини. Я погорячилась. Я совсем не это имела ввиду…». И я почти так и сказала, но помешала бровь. Она, зараза, резко выгнулась на моём лбу.

– С чего бы? Общайся сколько хочешь. Мне до твоих женщин нет ни малейшего дела.

Спасите меня! Что я несу? Я развернулась и попыталась сбежать от разговора, который явно не задался с самого начала. Бертран схватил меня за плечо.

– Моих женщин? Ты ревнуешь?

В его голосе вдруг прозвучало что-то тёплое, пушистое. Почти нежное… Но он был не прав. Конечно, я не ревновала. Вот ещё! Глупости какие.

– Отпусти. Мне некогда.

Почему у меня такой резкий, неприятный голос? Может, стоит улыбаться? Ведь это всегда слышно, когда человек улыбается… Бертран притянул меня к себе, вдохнул запах моих волос.

– Ревнуешь.

Нет, ну это слишком! Я честно старалась не ссориться. Но вот так вот заявлять мне, что ты, дескать, Майя, ревнивая дура… И я улыбнулась.

– Да мне плевать с кем ты и где! Перетрахай хоть всю Эрталию. Меня Румпель ждёт, у нас дела.

«Зачем ты ему сказала про Румпеля?» – пискнул рассудок. – «Ну, потому что… предлог нужен, раз он сам не отпускает». Мягкий Бертран вдруг стал твёрдым. Напрягся. Процедил:

– Я же говорил, чтобы ты не заключала с ним сделок. Майя, он опасный и…

– Ты просто ревнуешь. И завидуешь. Потому что ты, Эртик, ничего не умеешь, кроме флирта и гуляний.

Ура! Он всё же меня выпустил… Я обрадовалась. Или нет…

– Да? – зло уточнил он. – А Румпель, значит, умеет?

– Ну уж всяко лучше тебя!

– Майя! Помолчи…

– С какой стати ты мне приказываешь?

«Ну так-то вполне разумное было предложение с его стороны…»

– Я тебя прошу.

Я закусила губу и отвернулась. Мозги плавились, чувства скручивались в торнадо. Очень хотелось заорать, ударить его куда-нибудь в солнечное сплетение. Мне почему-то было безумно больно, и отчего-то очень не хотелось, чтобы Бертран понял, насколько.

– Мне пора, – процедила я. – Знаешь, я очень благодарна тебе: ты меня спас и… – «Да, наконец-то!» – возликовал разум. – ... и вообще… Я верну тебе деньги, которые ты потратил на пряник и другую еду…

– Ч-что? – прошипел он, отступая.

– Ну да, и на одежду… И вообще, я должна наградить тебя за спасение королевы…

– Не надо.

А