Фантастика 2025-152 - Екатерина Александровна Боброва

Но венценосный друг не подвел. Он заставил потратиться на шестой морской поход. Мандарина Ся Юаньчжи, ведавшего доходами и сборами империи, даже посадил в темницу… Чжэн Хэ страшно боялся, что его счастье продлится недолго, а потому в шестой раз заплыл настолько далеко, насколько позволяли возможности. Побывал в дивной стране совершенно черных людей, где обитают полосатые лошади, пятнистые коровы с шеей длиной в несколько локтей и хищные звери с гривой волос на голове, как у людей. С одержимостью голодного он мечтал увидеть еще неизведанные земли. И еще. И еще!

Прекрасное было путешествие…

«Год назад, когда мы вернулись, в Нанкине уже не было прежней радости и восторга, — со вздохом вспомнил адмирал. — Большую часть военных забрали на монгольский север или в Дайвьет, где успехи империи стали совсем… скромными. Корабли-драгоценности, коих осталось менее сорока, загнали на Люцзанскую верфь. Да только не на починку».

Чжэн Хэ тогда очень испугался, что у него все-таки отнимут море. Тем более, его, высшего евнуха тайцзяня, быстро направили на строительство храма. Но старый друг Ян-ван, кажется, видел боль в глазах послушного чиновника. И, несмотря на подготовку большой войны в северных степях, нашел время, нашел средства, чтобы отправить спутника своих юных лет в море. И повод тоже нашел.

Такой пустяковый повод! Здесь, в Палембанге, сменился правитель. Вернее, это они только на Суматре называли себя правителями (или раджами на местный манер). Но в империи Мин уже почти 20 лет именуют себя верными слугами императора. Тем более, они такие же китайцы, как и жители Срединного Государства. Китайцы давно заселили дряхлеющую столицу древнего царства. Когда великий флот Маджапахита с Явы, в очередной раз устроил нашествие и разорение всей южной Суматре, когда последний принц бежал на север, именно китайцы захватили власть в городе. Вернее, власть захватил пират Чэнь Цзуи, под началом которого находилась целая армия. И который считал, что он так далеко от Великой Мин, что может не называть себя слугой императора.

«Мы сильно разочаровали его» — улыбнулся Чжэн Хэ.

Золотой флот как раз возвращался из первого великого путешествия. Семнадцать?.. Да, это было почти семнадцать лет назад. Позади остался прекрасный остров Цейлон, грандиозный порт Каликут. Все местные князьки Суматры и Малайского полуострова охотно кланялись посланникам императора Юнлэ. Но пират вышел против них со всем флотом.

Он был силён! По меркам Южных морей он не уступал почти никому (разве что только армадам Маджапахита). Но этого было явно недостаточно против Золотого флота. Гигантам баочуаням пираты вообще ничего не могли сделать, они даже толком забраться не могли на столь высокие борта. А военные корабли фучуань везли на своих палубах пять больших отрядов-шао, состоявших исключительно из опытных воинов. Чэн Цзуи, наверное, всё это понял еще до начала боя, да выбора у него не оставалось. Морская битва была долгой, но не потому, что враг оказался силен, а лишь потому, что гоняться за быстрыми пиратами пришлось целый день. В этой битве славные воины Великой Мин перебили пять тысяч вражеских воинов и моряков (у пиратов нет в этом особых различий), подожгли и потопили десять кораблей, а захватили семь. В плен попался и их предводитель Чэнь. Чжэн Хэ лично доставил его в Южную столицу Нанкин. Вернее, тогда еще единственную столицу…

«Бегают мысли… Путаются… — вздохнул Чжэн Хэ. — Дело же в Палембанге».

В старом, умирающем Палембанге великий евнух-адмирал установил новую власть. Местные китайские и малайские купцы выбрали главным другого китайца — Ши Цзиньцина. Был тот из чтущих аллаха, а потому имел немало крепких связей среди соседних народов. Адмирал говорил с ним и одобрил, особенно, ему понравилась вера торговца, ибо и сам Чжэн Хэ происходил из мусульманской семьи. При рождении его даже звали не Чжэн, а Ма — по имени пророка.

Торговец Ши поклялся верно служить Великой Мин и получил высокую должность сюаньвэйши — умиротворяющий окраины. С тех пор Палембанг стал главной опорой империи в Южных морях. Все клялись в верности императору Юнлэ (опять же, кроме гордых раджей Маджапахита), но по-настоящему служили Срединному Государству только здесь. Так что, когда несколько месяцев назад стало известно, что старый и верный Ши Цзиньцин умер — в Нанкине обеспокоились тем, как не потерять эти выгодные и полезные земли.

Вот так Чжэн Хэ и получил возможность снова надеть свою алую адмиральскую мантию. Нужно было побывать в Палембанге и принять клятвы верности от нового правителя города. Совсем маленькое путешествие, ничтожное на фоне прошлых. И флот под него адмиралу дали просто крошечный: всего три «Драгоценности»-баочуань (ровно столько совершенно не нуждались в ремонте) и меньше двух десятков вспомогательных судов.

Совсем не величественно смотрелась новая экспедиция. Флот даже стыдно было называть Золотым.

Но зато это было море!

Кое-кто из старых соратников — таких же сведенных с ума морем — смогли к нему присоединиться. Далеко не все. Ян Минь умер, великий Чжоу Мань заявил, что уже староват для дальних походов, молодой Ван Цзинхун не смог. Все командиры эскадр-фэньцзун остались на берегу. Зато верный соратник тайцзянь Ли Син едет вместе с ним. И командир-шаоцзянь Хун Бао тоже здесь. Все-таки какое-никакое войско в таком походе может пригодиться. Пусть не полный шао, а всего пять сотен бойцов.

Чжэн Хэ вообще думал, что войско тут не понадобится. У помершего Ши Цзиньцина был единственный сын и наследник. Ему и достанется власть. Но он сильно ошибался. Сын у правителя Палембанга и впрямь был один — Ши Цзисун. А вот наследников оказалось больше — еще две дочери. И старшая проявила неожиданный норов. Она была заметно старше брата и в делах отца разбиралась гораздо лучше. Семья Ши особо не разделяла торговлю и правление, считала всё это единым семейным предприятием. Так что кое-кто даже счел дочь лучшей правительницей для Палембанга. Поэтому пришлось не только плыть до Суматры, но и подниматься по реке до самого города, чтобы доходчиво объяснить, что делать деньги и служить Срединному Государству — это вещи разные. Во второе глупой женщине лезть точно не следует.

Даже воины Хун Бао пригодились, ибо гордячка Ши Данян плохо понимала слова. Но ничто не может противиться воле Великой Мин. Ши Цзисун дал все прежние клятвы, получил титул отца и…

И можно было со спокойной совестью возвращаться.

Но Чжэн Хэ этого так не хотелось! Можно было, конечно, придумать какую-нибудь причину и снова двинуть на запад, в великое море… А что? На ЕГО кораблях никто не сказал