Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

Чудеса креативности в третьем часу ночи мне отказывали, так что оригинальным меня назвать было нельзя, но что-то лучшее я сейчас придумать никак не мог.

– Представляй меня «Юрист», – ответил я.

– Ладушки, – согласился княжич, и мы шагнули за ворота.

Пройдя сквозь давящую весом всего здания арку, мы очутились во внутреннем несквозном дворе. Довольно большом, надо сказать, зеленом и весьма ухоженном. Внутри не было ни одной припаркованной машины, как и сносного освещения – горела лишь парочка весьма тусклых фонарей, чтоб посетители не переломали ноги раньше времени. Единственным ярким световым пятном во дворе была распахнутая настежь входная дверь по диагонали от входной арки, и именно туда-то мы и направились. Из дверного проема доносилась громкая, ритмичная музыка, и казалось, что внутри очередной тайный бар.

У двери курило некоторое количество людей в таком веселом состоянии, что мы на их фоне были просто сухи, как листья. Алмаз кивнул парочке курящих, поручкался с одним из охранников, перекинулся парой пустых фраз с другим, кивнул на меня, и мы, наконец, очутились в местном бойцовском клубе.

Узкий, заплеванный коридор, выкрашенный в мерзотный зеленый цвет маслянистой краской, сразу же создавал соответствующую атмосферу. Что характерно – даже внутри не было слышно ни шума боя, ни гула пьющего бара. Просто из колонок под потолком доносилось характерное «тыц-тыц-тыц» и время от времени нам попадались снующие туда-сюда люди.

Пройдя парочку поворотов и спустившись по узкой винтовой лестнице примерно на уровень минус второго этажа, мы, наконец, оказались в нужном месте. Точнее, на балконе, тянувшемся по периметру огромного бетонного зала, любовно отделанного профессиональной звукоизоляцией. Если не знать, что внутри происходит, можно подумать, что здесь работает какая-нибудь студия звукозаписи. Но большая клетка по центру зала рушила всякую легенду. Ну и беснующиеся вокруг нее люди тоже.

В целом вся организация пространства напоминала Колизей, который в этом мире тоже сохранился в качестве огрызка истории. В партере у решетки толкался народ победнее, а дальше и чуть выше начинались сидячие места. В самых выгодных секторах это были не просто лавки или кресла, а столики с мягкими креслами, видом сверху на арену и очень услужливыми официантами. Вот туда-то уверенной походкой и шагал Тугарин Змей, в миру княжич Алмаз Юсупов.

Мы приземлились за один из пустых столиков, и к нам тут же подскочила смазливая официантка в одежде дешевой проститутки:

– Чего изволите?

– Водку, запивку, закуску и Афину.

– Будет исполнено в лучшем виде, – многообещающе улыбнулась официантка и испарилась.

Мне съем девиц сегодня был интересен в последнюю очередь, больше занимала драка, происходящая в клетке. Там коренастый тяжеловес лупил какого-то высокого парня. Со стороны выглядело так, словно пузырь пытается отделать соломинку, но та, не теряя оптимизма, нарезает круги по периметру клетки.

– Афина – это имя или сценический псевдоним? – вяло поинтересовался я, когда пузырь в очередной раз догнал соломинку.

– Тебя что-то смущает, сладенький? – раздался женский голос, и я повернул голову.

За наш стол с львиной грацией опустилась девушка. Если прочие женщины из обслуги имели вид довольно потасканный, то эта была свежа и сама бы кого хочешь зажала в углу двумя своими аргументами пятого размера.

Аргументацию она свою не стеснялась демонстрировать, а потому декольте у девушки было что надо. Оно притягивало взгляд против воли, какой бы выдержкой ты ни обладал.

Помимо бюста, у девушки имелась и яркая, бросающаяся в глаза прическа: волосы цвета фуксии. Здесь не существовало моды на яркое окрашивание у женщин, но некоторым на такие мелочи, как общественное мнение, было откровенно плевать. Одного взгляда на Афину было достаточно, чтобы понять: она – одна из этих людей.

– Праздное любопытство, – спокойно ответил я, выдержав взгляд девушки.

– Афина, познакомься, это мой товарищ и очень талантливый парень. Он бы хотел поучаствовать сегодня в боях.

Афина окинула меня новым, оценивающим взглядом. Но не как девушка оценивает парня, а как торговец оценивает лошадь.

– Могу зубы показать, – оскалился я, заставив девушку громко рассмеяться, запрокинув голову.

– Ты смешной, сладенький, – протянула она, отсмеявшись, и спросила серьезным тоном: – Он совершеннолетний?

– Обижаешь, – протянул Алмаз.

– А точно хочет выйти? – с сомнением спросила Афина, покосившись на клетку. – Там все по-взрослому, ты же знаешь.

– Точно хочет, – отозвался я. – И прекрати говорить так, как будто меня здесь не существует.

– Ну что ты, ты очень даже существуешь! – горячо проговорила Афина, а затем громким шепотом добавила: – Возможно, недолго, но тем не менее…

Как воспитанные люди, мы с Юсуповым сделали вид, что не заметили этого бубнежа.

– Как тебя представить-то, сладенький? – спросила Афина, придя к какому-то решению.

– Юрист, – отозвался я.

Афина нехорошо прищурилась:

– Юрист? Змий, если ты приволок полицейского…

– То мне ничего за это не будет, – спокойно сказал Юсупов. – В следующий раз подумай хорошенько, прежде чем пытаться мне угрожать, пусть даже и в шуточной форме.

Афина захлопнула рот на полуслове так, что даже зубы клацнули. Но долго молчать она явно не могла:

– Ну и по каким темам ты юрист? – с легким ехидством спросила девушка.

Я оскалился в своей лучше рабочей улыбке и ответил:

– По особо тяжким.

– Посмотрим, будешь ли ты таким же веселым и заводным под конец вечера, – вздохнула Афина, покачав головой.

Затем девушка щелкнула пальцами, и к нам подскочила официантка с папочкой наперевес.

– На вот, почитай отказ от всяких претензий на случай тяжелых телесных или летального исхода.

– Ты посмотри, действительно все по-взрослому, – усмехнулся я, просматривая текст.

Ничего особенного там не было: если вдруг что, то никто ни к кому не в претензии, денежки дают наличностью сразу по окончании боя, магия исключена полностью – все бойцы надевают блокираторы. Каждый участник проводит до трех боев за ночь. Победитель определяется одним из вариантов: нокаут противника, добровольная сдача, технический нокаут.

– Технический нокаут? – удивился я.

– Это когда один из бойцов не может физически продолжать бой, – пояснил Юсупов.

– Да, например, если переломаны руки и ноги, – широко улыбнулась Афина.

– Я не спрашивал, что это, я удивился фактом наличия, – ответил я, ставя подписи под документом.

– Ну мы же не звери, – возмутилась Афина, сцапав мои бумаги. – У нас честный бизнес!

Алмаз хохотнул, я тоже улыбнулся, но девушка сделала вид, что не заметила наше ехидство.

– Тебя пригласят, – сказала она, поднимаясь из-за нашего столика.

Посмотрела на меня еще раз внимательно, покачала головой и ушла.

– Она в тебя не верит, – сказал княжич.

– Я заметил. И мне все равно, – ответил я.

– У Афины потрясающая чуйка на бойцов. Она всегда комбинирует очень интересных противников. Но в твоем случае она ошибается, и