Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

– Что ты сказал?!

Нет, я знаю, я тут лезу к Рэйвину изо всех сил и прочее. Но, во-первых, он бессмертный прислужник дьявола, которому в общем-то все равно. Он ни сном, ни духом (которых, впрочем, у него и в помине не наблюдается) о каких-то там чувствах.

Во-вторых, даже если Рэйвин догадался о том, что возможно – теоретически – предположительно (примерно, как существование жизни на других планетах) о том, что я все-таки испытываю к нему какие-то чувства, делиться с ним, особенно когда он, извините, даже намерений в мою сторону подобных не имеет, я этим не собиралась!

– А что? Разве это неправда? – С каким-то даже пренебрежением скривился Блэкторн. – Он же бездушный, вообще ничего не делает без приказа. Ты не сможешь…

И тут снова он схватился за живот. В этот раз пинок был сильнее. Неужели это Рэйвин?..

– Я хочу, чтобы ты ушел, – попросила я. – Если бы я верила в то, что это все еще Рэйвин, можно было бы и не заморачиваться. Но я знаю правду, и я больше не хочу тебя видеть в его теле. Убирайся.

– Вилу! – Резко подскочил ко мне Блэкторн. – Он не тот!.. Он предаст тебя!

И тут он заорал, как резаный, а затем свалился на пол. Я дернулась за ним, поддержав его. Его голова была опущена, поэтому пока было сложно сказать, что произошло.

– Рэйвин, ты в порядке? – По привычке, наверное, спросила я.

Он поднял голову и взглянул на меня. Мое нутро тут же похолодело, и желудок взорвался фейерверками. Больше Баса не было. Был мой Рэйвин.

– Это ты? – На всякий случай спросила я.

Рэйвин кивнул. Это он. Я подалась к нему и обняла. А как же иначе? Он вернулся. Пусть молчит, пусть не разговаривает со мной, не важно. Пусть он лжет мне, пусть бездушен, но такая душонка в нем мне уж совершено точно не нужна.

– Я не знаю, зачем тебе нужен был он в твоем теле, – заговорила я. – Но, пожалуйста, не делай этого больше. Мы справимся, слышишь? Чтобы не случилось, мы справимся. Потому что я верю тебе. Я верю в тебя. И когда-нибудь ты, и другие Вороны будете свободны. И не важно, какую цену мне потом придется за это заплатить.

Я отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза. Вот что странно: когда в нем был Бас, я чувствовала, что что-то не так, и мне было легче попросить его о поцелуе. Сейчас, видя его лицо, его выражение – в общем-то, отсутствующее выражение на самом деле – я не могла. Что-то снова мешало и не давало мне этого сделать. Я боялась, но в то же время была до безумия счастлива.

– Прости, что не разгадала все сразу, – извинилась я. Глаза наполнились слезами от того, что так долго не могла разоблачить Блэкторна. – Мне просто так хотелось, чтобы ты разговаривал со мной. Верить в то, что это правда, мне очень хотелось. Извини…

Предательские слезы сорвались с глаз, и я тут же хотела их утереть. Но внезапно натолкнулась на препятствие и удивленно вскинула брови. Препятствием была его рука.

– Рэйвин… – выдохнула я.

А он поднес ладонь к моей щеке и аккуратно утер мою слезу. Меня пробрало от этого жеста до дрожи, я перестала дышать, замерла, как будто кто-то остановил время, и впилась взглядом в его глаза. А он почему-то отнял руку и посмотрел на свой палец, на котором оказалась моя слеза. Он как будто изучал ее. Это было странно.

– Ты… – заговорила снова я, – можешь чувствовать?

Рэйвин посмотрел на меня и покачал головой. Нет, не в этот раз.

– Ты чувствовал, когда был Бас? – Спросила я.

Мне показалось это странным вопросом, но Рэйвин, помедлив несколько мгновений, неуверенно кивнул. Меня прошибло до кончиков волос, я нервно сглотнула. В моей голове только и вертелись мысли об одном.

– Значит… – хрипло и почти шепотом начала я, – ты чувствовал что-то, когда целовал меня?..

И тут произошло то, чего я не ожидала. Он подносит руку к моим губам и меня поражает всеми возможными мыслями, которые только могут родиться. Я просто замерла, не смея даже пошевелиться. Миллиметры, какие-то миллиметры остаются до моих губ, и тут что-то разбивается возле нас.

Я сначала не поняла, что произошло, но потом от склянки справа начали вдруг выделяться какие-то зеленоватые испарения и подниматься в воздух. Рэйвин мгновенно поднялся на ноги и поставил меня. Еще одно мгновение – он собирается уходить. Но мы не успели перенестись, перед нами появился африт. Он налетел на нас с бешеной скоростью и сбил с ног.

Рэйвин вцепился в меня мертвой хваткой, но африт хотел оторвать ему голову, поэтому пока мы летели, он перехватил моего Ворона и Рэйвин отпустил меня. Я увидела только, как Рэйвин сломал африту его когтистую руку, а затем врезалась в стеллажи с книгами позади и моментально провалилась в черноту.

Девять

Пробуждение было болезненным. Оно никак не приходило, но я так хотела вырваться из этого сна. Почему-то не получалось. Как будто я бродила где-то около своего тела и не могла найти нужную дверь, чтобы выйти. Но когда я все-таки проснулась…

Вроде бы жива, кости целы, хоть и болит все так, что я бы предпочла не просыпаться. Но боль проходила, что странно, потому что, по идее, не должна была. Прошло несколько минут, и я вдруг поняла, что с каждым мгновением мне становится все лучше и лучше. Потом я почувствовала чью-то руку у себя на животе и распахнула глаза.

Попытавшись сесть, я резко уткнулась в Грэя и испуганно ахнула.

– Тише, – он уложил меня обратно.

Я ничего не поняла, поэтому огляделась: я лежала на своей кровати и, судя по всему, Грэй меня исцелял. В двух шагах от нас стоял Рэйвин. Когда я его увидела, мое сердце чуть не выскочило из груди. С ним все в порядке. Ладно, можно и полежать.

Грэй работал надо мной еще какое-то время, потом я заметила, как у него на лбу появилась испарина. Мне было уже намного лучше, поэтому я перехватила его руку, привлекая к себе его внимание.

– Все хорошо, спасибо, – поблагодарила я.

Грэй почему-то хотел продолжать, но я на это лишь уверенно села и убрала его руки.

– Еще не все, – тихо произнес он.

– С тебя достаточно, – так же тихо ответила я.

Несколько минут мы сидели, молча. Свет в комнате не горел, солнце давно село. Было темно, но почему-то хотелось побыть немного рядом. Это уже было другое желание, не совместимое с тем, какое во мне пробуждал Рэйвин. Однако мне было приятно, что Грэй меня исцелил.

– Ты играешь в опасную игру, Вилу, – произнес Грэй.

Я опустила голову и вздохнула.

– Не менее опасную, чем ты.

– Мне не нужна искупительница.

Мне теперь тоже.

Я улыбнулась своим мыслям. Плевать мне на нее, все равно одна, ничего не знаю, с остальными совершено точно не совладаю, зачем мне все это? Мне нужен только Рэйвин. Желудок радостно сжался, когда я поняла одну вещь – Грэй ведь скоро оставит нас вдвоем.

– Спасибо тебе. Что снова исцелил.

– Мне кажется, что ты единственная пробуждаешь во мне человечность.

– Нет, Грэй. Я не единственная.

Уголки его губ приподнялись.

– Теперь ты на его стороне?

– Мне кажется, он способен пожертвовать своей жизнью ради тебя. Не забывай об этом.

Он помолчал несколько минут.

– Не забуду, – пообещал он и поднялся на ноги.

Он подошел к Рэйвину и тот одним лишь прикосновением перенес его куда-то. Грэй скрылся в вороньих перьях, и мы остались одни. Я задержала дыхание. Очень долго мы смотрели друг на друга, и я не знала, что сказать. Он как будто тоже хотел что-то сделать, но никак не мог решиться. Или… мне так только кажется?

Я сделала глубокий вздох.

– Что случилось? – Спросила я.

Рэйвин промолчал. Привыкла уже, что разговаривает, ладно, будем отвыкать. Все лучше, чем Бас в нем. Ворон отмер и неспешно