Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

покровитель защищает путников и помогает им найти правильную дорогу, а заодно отпугивает от них всякую нечисть. Возьмите, — настаивал он, заметив колебание гостя, — это подарок! Мы дарим такие образки всем нашим гостям, и они берут их с собой, отправляясь в путешествие, чтоб обеспечить себе заступничество нашего святого!

— Подарок — это значит бесплатно? — на всякий случай уточнил Джин Хо и взял образок.

Он спустился с крыльца и сел на своего красивого рыжего коня, который уже в нетерпении пританцовывал, перебирая своими тонкими длинными ногами. Уже позже, выезжая на дорогу, лис снова посмотрел на медный образок, который всё ещё держал в руке.

— Он защищает от нечисти? — озабоченно пробормотал он. — Может, это, конечно, и выдумки, но кто его знает… Вдруг он, и правда, действует? Только препятствий на пути и несварения желудка мне не хватало! — и, бросив образок в придорожные кусты, он поддал коню пятками и понёсся по дороге.

Марк проснулся с тяжёлой головой и неприятным привкусом во рту. К тому же он смутно помнил, что ему снилось что-то жуткое и безнадёжное, и он рад был уже тому, что всё это оказалось лишь сном. Открыв глаза, он с удивлением обнаружил, что уже темно. Посмотрев в сторону окна, он увидел синие квадраты неба, разделённые чёрной рамой. На постели было странно свободно. Никто не грел ему бок и не пихал лапами в спину. Протянув руку, он ощупал всё вокруг и убедился, что лиса на кровати нет.

Встав, он направился туда, где должна была находиться дверь, и действительно увидел пробивающийся в щель у пола тусклый свет. В коридоре, куда выходили двери комнат, было сумрачно. Один маленький огонёк лампы, висевшей на стене, едва разгонял темноту. Было тихо, только где-то недалеко негромко храпел Фонтейн.

Спустившись в зал, Марк осмотрелся и увидел брата Жерома, протиравшего тряпкой деревянную стойку, за которой виднелись установленные на подставки винные бочки.

— Вы проснулись, ваше сиятельство? — радостно заулыбался тот. — Прикажете приготовить завтрак?

— Где наш молодой друг? — спросил Марк, подходя к нему.

— Он уехал ещё засветло, — огорчённо сообщил старичок. — Мне не удалось его отговорить.

— Почему он не разбудил меня?

— Он не смог! Вы вчера выпили четыре кувшина малинового вина, а оно довольно крепкое. Он пытался разбудить и вас, и его сиятельство графа де Фонтейна, но, увы, ему это не удалось. Он сказал, что не может ждать вас и терять остаток светлого дня, потому уехал один. Я очень волнуюсь за него. Здесь в тёмное время бывает неспокойно и даже опасно. Надеюсь, он добрался до какой-нибудь деревни и заночевал там.

— Что за чёрт, — удивлённо пробормотал Марк, не слишком беспокоясь о девятихвостом лисе, — неужели я спал так крепко, что даже не услышал, как он меня будит? Ваше вино, и правда, крепко даёт в голову, брат Жером. Однако я уже на ногах и нам пора в путь. Приготовьте для нас завтрак, а я пойду будить своего друга!

— Неужели вы собираетесь ехать в темноте? — ужаснулся старик.

— Не думаю, что уже настолько стемнело, что мы не различим дороги под копытами коней! Нам уже не раз приходилось скакать ночами с факелами в руках, так что не стоит беспокоиться, что мы заплутаем!

— Дело вовсе не в этом!

— А в чём же?

Брат Жером не успел ответить на этот вопрос, потому что сверху неожиданно раздался полный ужаса вопль, и Марк, узнав голос Фонтейна, бросился на второй этаж. В одно мгновение взлетев по лестнице, он вбежал в коридор и увидел своего друга, прижавшегося к стене напротив распахнутой двери комнаты. Он был бледен, его глаза расширились от ужаса.

— Что с тобой? — спросил Марк, подойдя к нему.

— Там! — Фонтейн поднял руку и указал куда-то за спину Марка. — Там лицо в окне!

— Тебе приснился кошмар, дружище! — поспешил успокоить его тот. — Твоя комната на втором этаже, и в окно никто не может смотреть.

— Я знаю, что она на втором этаже! — взорвался Фонтейн. — Но оно там! Посмотри!

Марк невольно обернулся и замер, чувствуя, как по плечам прокатилась дрожь. В окне действительно отражалось чьё-то белое лицо. Видны были только лоб и узкие бледные скулы, а там, где должны быть глаза, зияли чёрные провалы, но Марк не мог избавиться от ощущения, что из этой темноты кто-то злобный смотрит на него с кровожадным интересом.

— Именно это я и имел в виду, — раздался сокрушённый голос брата Жерома. Он отважно вошёл в комнату, доставая из кармана длинные тёмные чётки, и поднёс их к оконному стеклу там, где виднелось лицо. И оно тут же начало блекнуть, растворяясь во тьме. — В доме совершенно безопасно, потому что мы находимся под защитой святого Иолэйнда, но за стенами может случиться всякое. Вам лучше дождаться здесь светлого утра.

Спустя полчаса они сидели в полутёмном зале на первом этаже. Неторопливый и всё такой же безучастный брат Жерар принёс им поднос с едой и последний кувшин малинового вина. Всё ещё перепуганный Фонтейн тут же схватился дрожащими пальцами за горлышко и поспешно налил себе. Он всё ещё был напуган, и Марк, которому тоже было не по себе, смотрел на него с сочувствием.

— Этот лес всегда был нечистым местом, — произнёс сидевший с ними за столом брат Жером. — Когда-то здесь стояла деревня, в которой жили колдуны. Они общались с духами леса и вызывали потусторонние силы. Потом эти земли отошли Сен-Марко, и король подарил их первому графу де Понтье. Тот явился сюда с войском и разорил деревню. Его воины перебили колдунов и их семьи. Остался только один, который проклял захватчиков и ушёл в самую глухую чащу, где начал замышлять месть. Наверно у него получилось, потому что не прошло и года, как граф скончался от странной болезни, а его солдаты умирали один за другим. Второй граф де Понтье решил отомстить за отца, он со своими людьми поймал колдуна и сжёг его на костре, но тот заявил, что останется здесь навсегда, и этот лес будет пристанищем его последователей. Вот с тех пор здесь и стали происходить всякие зловещие происшествия. Днём путнику здесь ничего не грозит, но никто забредший сюда ночью не выходил из леса живым. К тому же довольно часто здесь появлялся какой-нибудь колдун или ведьма, которые творили злодейства и не давали покоя добрым людям, живущим в окрестных деревнях. Они своим злобным колдовством вызывали потраву полей, падёж скота и насылали на людей всякие болезни и бедствия. С помощью магов из свободных городов