Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

не мог, поэтому изложил свою версию случившегося Лизавете Наумовне. Та восприняла её с нескрываемым скепсисом, но всё же обещала сегодня же вечером донести мои подозрения до Альберта.

— Только там, где точно не подслушают, — попросил я.

Лизавета потрепала меня по голове.

— Ещё один параноик…

Прозвучало это ничуть не обидно, скорее уж с лёгким сожалением. Я развёл руками, попрощался и поспешил на выход. Майору Городцу позвонил из телефонной кабинки — одной из установленных в фойе. Найти того, разнообразия ради, получилось без всякого труда, но вот прямо в лоб я всё на куратора вываливать не стал, да и дело находилось вне пределов его компетенции, поэтому зашёл издалека.

— Добрый вечер! Это Пётр Линь, секретарь дисциплинарного комитета студсовета РИИФС…

— Узнал! — буркнул в трубку Георгий Иванович. — Говори!

— Мне поручили подготовить мотивированное суждение по Максиму Ломовому, но доцент Звонарь сказал, что это ваша епархия.

— Так и есть.

— А нет возможности переговорить с его ассистенткой — Мариной Сергеевной? Фамилии, к сожалению, не помню…

— Такой возможности нет. Гражданка Листовец погибла в результате несчастного случая. Упала под поезд. Есть подозрение на самоубийство.

Я припомнил мужеподобную медсестру с жёстким волевым лицом и решил, что такая не стала бы накладывать на себя руки ни от большой любви к арестованному доктору, ни от страха оказаться за решёткой.

— А никаких рабочих документов у неё при себе не было? Просто у студсовета появились некоторые вопросы к одному из проектов Ломового, а концов найти не можем…

Георгий Иванович шумно засопел, потом сказал:

— А пришлю-ка я вам повестку, Пётр. Нужно показания по вчерашнему инциденту уточнить, заодно и всё остальное обсудим.

На этом он положил трубку, и никакой ясности разговор, увы и ах, не принёс.

Что стряслось с ассистенткой Ломового?

Несчастный случай? Суицид? Убийство?

Ерунда какая-то!

Я двинулся в столовую, но прямо в фойе наткнулся на Яну и Валю. Обе уже успели сменить белые больничные халаты на лёгкие платьица; у одной в руках была сумка с полотенцами, у другой — плетёная корзинка. Смерив меня пристальным взглядом, ассистентка Рашида Рашидовича спросила:

— Ты в таком виде на пляж собрался?

— Вообще никуда не собирался, — ответил я.

Яна удивлённо распахнула глаза.

— Как так? Все наши на водохранилище едут!

— И твоя Инга тоже, — с едва заметной улыбкой добавила Валя.

— С чего это она моя-то? — насупился я.

Барышни захихикали, взяли меня под руки и повели на выход.

— Да бросьте! — высвободился я. — Не обедал ещё!

— Мы бутерброды сделаем.

Солнце, горячий песочек, свежий воздух, прохладная вода. Бутерброды, в конце концов. Я вздохнул и больше упрямиться не стал.

— Ладно, уговорили. Я с вами!

Местом сбора была выбрана проходная центрального корпуса, там нас уже дожидались Марина, Инга, Карл и Костя в компании черноволосой Венеры, к которой он сумел-таки подбить клинья за время совместных дежурств в студенческой дружине. Не хватало только Яна, о причине его отсутствия я и спросил.

Карл только рукой махнул.

— Совсем он в декадентстве и моральном разложении увяз. Из «СверхДжоуля» не вылезает, шашни одновременно с Тамаркой и Нинкой крутит.

— Молодец какой! — усмехнулся я.

— Скоро на поруки брать придётся, — строго отметила Марина.

— Брось! — отмахнулся Костя. — Как всё вскроется, так и вылетит оттуда почище пробки из бутылки!

— Они будто не знают!

— А будто знают!

Наша компания двинулась через проходную, и я предупредил:

— Один момент! — Завернул в служебное помещение, отпер ячейку и быстро сунул в портфель пистолет, после чего сдал ключ дежурному и поспешил вслед за остальными. — Всё, уже бегу!

Мы дошли до площади, дождались трамвая и погрузились в него, покатили по раскалённым городским улицам навстречу живительной прохладе водохранилища. Вплотную ветка к берегу не подходила — через сосновый бор до лодочной станции идти было минут десять, но под кронами деревьев так уж сильно не жарило.

Народу на пляже для буднего дня оказалось не так уж мало, загорали на расстеленных у воды покрывалах, купались и оккупировали веранду кафе преимущественно компании молодёжи. Каникулы же! Ну а представляли они РИИФС, среднее специальное энергетическое училище, курсы при комендатуре или ещё какое профильное заведение, так сразу было и не разобрать: на пляже почти как в бане — все равны. К трусам и купальникам значки не прицепишь.

Да и какая разница?

Мы отыскали свободное местечко и расположились чуть на отшибе от остальной публики. Барышни сразу забежали в воду, Костя взялся расправлять покрывала, а я на пару с Карлом отправился в кафе у лодочной станции за квасом, пирожными и мороженым.

К причалу пришвартовался прогулочный пароходик, на пристани началась суета, и Карл вдруг сдёрнул с головы свою соломенную шляпу и помахал ею, ещё и гаркнул:

— Митя!

И точно — никакой ошибки не случилось, к нам подошёл Митя Жёлудь собственной персоной.

— А вы чего тут? На пароходе поплывёте? — поинтересовался он и с какой-то даже гордостью добавил: — Я — уже!

— Давай к нам? — предложил Карл.

Митя заколебался.

— Да я думал кружку пива пропустить…

— Так и мы пропустим! — усмехнулся здоровяк.

— Не развезёт на жаре? — усомнился я.

— С кружки не развезёт! — уверил меня Карл. — На такой жаре кружка пива выходит с потом за полчаса! Научный факт!

— Ты мне как-то это уже говорил, — поморщился я, в красках припомнив, чем и самое главное — где именно, закончилась для меня та попойка. — Ладно, вы очередь занимайте, я за Костей схожу.

— Ага, зови его. А то обидится, что бросили.

Яна к этому времени уже успела замёрзнуть в воде до посиневших губ и ногтей, мы с Костей оставили её на хозяйстве и двинулись в кафе. Там как раз и очередь подошла — взяли четыре кружки светлого, расположились под навесом за столиком, начали без всякой спешки потягивать пиво и любоваться простором водной глади и симпатичными барышнями в купальниках. Но на второй круг не пошли, да и вообще засиживаться не стали, купили мороженого и трубочек с кремом, вернулись на пляж.

— Ну мы вас заждались уже! — возмутилась Марина. — Вы куда пропали?

— Очередь! — не моргнув глазом, соврал Митя. — Всем привет!

Влился он в нашу компанию легко и непринуждённо, я же охлопал себя по карманам, убрал ключи от квартиры, деньги и выкидной нож в портфель, уже на него аккуратно сложил одежду и заскакал к воде по раскалённому песку.

— Петя! — крикнула вдогонку Инга. — Дай нож колбасу порезать!

— В портфеле возьми! — отозвался я и с разбегу нырнул.

Уф-ф! Хорошо!

Поплавал вволю, а когда вернулся и повалился на полотенце, перехватил очень уж