Полукровка 5 - Василий Горъ

командование «ближним кругом» Ромодановской Даше. После чего пообщался с начальником охраны, кивнул Марине, на пару с ней прогулялся до парковочных мест, на которых стояли «Бореи», и забрался в свой.

Весь перелет до Императорского космодрома строил и равнял княжон по конференцсвязи. А после того, как кортеж из пятнадцати лимузинов и без малого двух десятков флаеров огневой поддержки влетел в здание терминала, припарковал машину слева от машины «лепшей подружки», выбрался наружу, зарулил всей «молодежной» частью «встречающих» и приятно удивился — потомственные аристократки бодренько выскользнули из салонов, образовали рекомендованное построение, пропустили нас с Завадской в его середину и по очередной безмолвной команде начали движение.

«Я смотрю, расфранченные куклы неплохо поддаются воспитанию!» — написал Цесаревич в личный канал эдак через минуту после того, как наша компания догнала его свиту. А после того, как вся толпа поднялась в огромный и невероятно роскошный зал для встречи особо важных гостей, уронил туда же еще одно сообщение: — «А желающие поотираться возле меня и Катерины оказались не в пример дурнее — мне пришлось послать к этой самой матери глав четырех родов. Впрочем, это мелочи — главное, что остальные поняли, что их мнение меня не интересует, и страдают молча…»

Я мысленно ухмыльнулся и добавил этим самым «остальным» поводов для страданий — как только «взрослая» половина процессии следом за Игорем Олеговичем направилась в самую большую и комфортабельную зону отдыха, скорректировал маршрут, довел своих подопечных до противоположной и дал команду расслабиться. Вот Костина и воспользовалась одной из домашних заготовок: принялась травить анекдоты, «мои» и Ромодановская рассмеялись после первого, а княжны, отпустив тормоза, включились в веселье со второго-третьего. Поэтому в нашей части зала стало шумно. Но… мы не замечали ни грозных взглядов, ни нахмуренных бровей поборников традиций и медленно, но уверенно прогибали под себя «статисток» по алгоритму, рекомендованному дворцовыми аналитиками, аж до одиннадцати пятидесяти пяти. А потом кто-то из сотрудников терминала «оживил» большие голоэкраны, вывел на них телеметрию с камер космодрома и показал приземляющиеся корабли.

Садились они величественно, идеально синхронно, но фантастически скучно. Поэтому я предпочел попереписываться со своими девчатами. Тем не менее, контролировать свою зону ответственности не перестал. И, конечно же, поглядывал в тактический канал Конвоя, временный доступ к которому мне дали по распоряжению Императора. Вот и среагировал на начавшуюся «суету» своевременнее некуда — прервал монолог Миши Базанина, отправил во все ТК команды таймеры обратного отсчета и негромко рыкнул:

— К линкору уже подводят переходной рукав, соответственно, до выхода Сумэраги и его сопровождающих остались считанные минуты. Так что встаем, неспешно поворачиваемся к парадному входу, перестраиваемся и уравниваем скорость с моей…

Пока народ выполнял боевые приказы, я поймал «целеуказание» одного из Конвойных, навелся на четверку японцев, нарисовавшихся на одном из порогов помещения, и невольно подобрался: кроме Сугавара Масатомо, его жены и их сына встречать внука их Императора прилетел и Ягами Томохито.

Следующие целеуказания прилетели минут через шесть-восемь, то есть уже после того, как мы — то есть, встречающие — выстроились двумя условно независимыми группами прямо перед парадным входом в зал и уставились на процессию, двигавшуюся в нашу сторону. В принципе, я бы обошелся и без кантиков, появившихся вокруг фигур самых значимых гостей Империи, и без плашек с информационными блоками. Ибо добросовестно проштудировал досье по всем этим персоналиям. Тем не менее, в лица Сумэраги Такеши и его двоюродного дядьки — Сумэраги Райдена — все-таки вгляделся. И пришел к выводу, что жениха обуревает любопытство, а его родич по какой-то причине пребывает в напряжении. Впрочем, стоило послу Империи Восходящего Солнца выдвинуться на первый план и хорошо поставленным голосом начать представлять друг другу первых лиц «делегаций», как я мысленно вздохнул и переключился в режим ожидания.

А оно, как и следовало ожидать, не затянулось: «познакомив» Игоря Олеговича с Сумэраги Райденом, а Марию Александровну — с потенциальным женихом, Сугавара Масатомо, зачитывавший файл, полученный от нашего церемониймейстера, на долю секунды поплыл взглядом и… все-так произнес ту самую фразу:

— Названый брат Ее Императорского Высочества Марии Александровны, заместитель начальника Нулевого Отдела Службы Специальных Операций подполковник Тор Ульфович Йенсен…

Глава 35

22 декабря 2470 по ЕГК.

…Матвея поздравили рано утром и, что называется, бегом — наговорили всякого-разного, надарили подарков, выпили чая с тортиком и разбежались по квартирам. Собираться. Пересеклись через полчаса в лифтовом холле летного ангара, рванули к своим флаерам, образовали конференцсвязь и вынеслись на оперативный простор кортежем из восьми машин. Мы с Завадской вели. На «Бореях». А две старые «Волны» Ослепительных Красоток и четыре новые — курсантов первого факультета ИАССН — двигались следом и неплохо держали строй. Несмотря на то, что прием по случаю прибытия в Империю Сумэраги Такеши закончился в третьем часу ночи, в «Иглу» мы вернулись в районе половины четвертого, а встали в семь.

Впрочем, «без пяти минут свободные оперативники» осваивали пилотаж без дураков, реально доросли до этого типа флаеров и… клятвенно пообещали не строить из себя асов. Тем не менее, весь перелет до дворцового комплекса я пребывал в нешуточном напряжении. Зато после того, как оценил легкость, с которой мои «пилоты» прошли по коридору замедления, влетели в створ летного ангара «не для всех» и выстроили машины в компактную колонну по замороченной схеме, полученной вместе с трекерами, облегченно перевел дух, похвалил народ и дал команду выбираться из машин.

В Ониксовый зал вошли в девять сорок пять, «привязали» виртуальную схему рассадки к реальным столам и креслам, разбрелись кто к окнам — вроде как, любоваться заснеженным парком — кто к терминалу управления ИРЦ, кто к своим местам и немного подождали. Кстати, в удовольствие, ибо Костина, расшалившись, залила в память ИРЦ наш любимый джаз и врубила… громко.

Да, вполне возможно, что невольно разбудила кого-то из обитателей дворца, тоже заснувших за полночь. Но нас волновала только реакция Ромодановской-младшей, а ей эта музыка понравилась. Причем очень сильно: нарисовавшись на пороге помещения в компании толпы княжон, принцесса заулыбалась, помахала нам ручкой, танцующим шагом подошла к Матвею и в очередной раз шокировала статисток — проорала ему на ухо поздравление с днем рождения и какие-то пожелания, вручила коробку, украшенную ярким бантом, и чмокнула в щеку!

Не унялась и после этого — повернулась к тезке, стоявшей рядом с ИРЦ, жестом попросила добавить громкости, и чертовски пластично