"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

полила на себя из большого ковшика на длинной ручке. Растерла не самое ароматное мыло. Я терла себя с остервенением. Не жалела ни кожу, ни волосы. Хотелось с мыть с себя брезгливые, презрительные взгляды, которыми меня щедро награждали в последнее время. Смыть грубые касания. А еще кровь, которая по-прежнему покрывала местами и кожу, и одежду.

Я так увлеклась, что не сразу услышала лязг ключа в замке. Прикрыться не успела. Лишь обернулась, со страхом глядя на входящего.

К счастью, это вернулась Марва.

Она бросила на меня короткий взгляд, тут же отворачиваясь.

— Я закончила, — поторопилась заверить кухарку, торопливо отжимая лишнюю влагу с волос.

Марва передала мне грубоватое полотно, которым я вытерлась, а в конце замотала волосы в виде тюрбана.

Женщина терпеливо ждала, пока закончу. Передала мне узкие короткие штанишки с прорезью в паху, длинную серую рубаху. Нижняя, как я поняла. Юбку, довольно объемную, длинную, до самых щиколоток. И рубашку женского типа. Все простое, из недорогой ткани, без каких-либо украшений. Но чистое, теплое, не рваное.

— Спасибо, Марва, — поблагодарила искренне, глядя женщине в глаза.

— Мне не нужна твоя благодарность, я выполняю волю Богини, — непонятно отозвалась та в ответ.

— Волю Богини?

— Я не могу рассказать, — отрицательно качнула головой Марва. — Сама не до конца понимаю, но чувствую, что все, как надо. Прости, но я должна это вернуть, — с извиняющимся выражением лица Марва поднесла к моим рукам знакомую цепь.

Чуть помедлив, я протянула вперед руки, позволяя застегнуть холодный металл на запястьях. Марва расслабила цепь, делая максимально длинной, ощущения скованности это не сняло.

Поежилась, чувствуя себя некомфортно, но постаралась этого не показать. Главная кухарка оказалась добра ко мне, она не виновата в том положении, в каком я оказалась.

Глава 23

Слово Марвы на кухне было решающим. Ни один поваренок не посмел не то, что сказать мне что-то обидное, я даже ни единого взгляда негативного не поймала. Не знаю, что уж главная кухарка сообщила своим помощникам обо мне. Обращались ко мне… никак. Да и, если честно, кроме Марвы я почти ни с кем и не общалась.

Поварята меня очевидно избегали, и осуждать их не могу. Не знаю, считали ли они меня Эурикой, или сюда уже просочились слухи о моем настоящем положении. Да я и не скрывала, что демон, говорила об этом Марве прямо на этой кухне еще при знакомстве, наверняка слышали.

Кухня жила своей жизнью. Бурлила, как вода в огромном чане.

Мне Марва давала такие же поручения, что и прочим помощникам. Поначалу осторожно, с опаской, но вскоре я уже и чистила, и резала, и убирала мусор, и мыла посуду, чистила казаны и драила полы. Все наравне с другими помощниками. Работать с цепью было не слишком удобно, но, вспоминая часы, проведенные в каменном мешке, я радовалась, что хотя бы не там.

Ноги и руки, отвыкшие от физической нагрузки, гудели от непривычно-тяжелой работы, но я не жаловалась, тихо радуясь тому, что все еще жива.

Чем больше времени у меня будет, тем больше шансов что-то изменить. Сбежать? Может, и сбежать. А может… дождаться помощи от кого-то из знакомых даргаров. Не уверена, что им это придет в голову, но надеяться-то я могу. Пусть осторожно, украдкой, но жить без надежды и вовсе невозможно.

Несколько раз в течение дня я замечала стражей, караулящих у двери в кухню. Внутрь они не заходили, лишь иногда заглядывали. Да и меня не трогали, что не могло не радовать. Марва несколько раз выходила, один раз я заметила, что главная кухарка отвечает на вопросы даргара из числа стражей.

Будучи главной кухаркой, меню Марва не составляла. Этим занималась другая женщина. Она за день заходила на кухню трижды. Всякий раз высоко задрав нос, поглядывая на работников свысока и с видимым небрежением.

Я старалась с ней даже взглядом не встречаться. К чему мне лишние проблемы? Но женщина, завидев у меня в руках нож, стала что-то экспрессивно втолковывать Марве, тыкая в мою сторону пальцем.

Не знаю, что ответила ей главная кухарка, повторю, старалась не то что не прислушиваться, даже не смотреть в ту сторону, чтобы не нажить дополнительных проблем. Только для меня после ее «выступления» ничего существенно не изменилось.

После тяжелого рабочего дня Марва проводила меня в крохотную клетушку по соседству с помывочной. Шли узким сумрачным коридором. Я так устала за день, что даже головы не поднимала, просто шла шаг в шаг за Марвой. Поэтому когда она резко остановилась, налетела на нее со спины.

— Арх, — прошелестела Марва, низко кланяясь.

Выглянув из-за спины женщины, заметила Ашрафа. Он сверлил меня изучающим взглядом. Стоял ровно, словно кол проглотил, на приветствие Марвы даже не кивнул, весь сосредоточенный на мне.

Испугаться я не успела. Ашраф посверлил меня взглядом около минуты и растворился в сумраке коридора. Я даже не поняла, куда он делся.

Марва только теперь отмерла, сглотнула, глядя вслед наследному арху и перевела тяжелый взгляд на меня. Открыла рот, собираясь что-то сказать, но закрыла, не выдавив ни слова. Кивнула сама себе и продолжила путь, тяжело шаркая ногами.

В предложенной «опочивальне» был не один топчан, а четыре, но, кроме меня, спать больше никто не пришел. Марва молча сняла цепь, забирая ее с собой. Женщина больше не сказала мне ни слова.

Пока растирала покрасневшие запястья, дверь за моей спиной с лязгом закрылась, оставляя меня в кромешной темноте.

Для интереса толкнула дверь раз-другой. Не поддалась. Заперто или подперто, вроде замка я не видела.

На ощупь нашла топчан, по пути ни на что не наткнувшись.

Признаться, сил не осталось уже совершенно ни на что. Торопливо сняла верхнее платье и рухнула в кровать, застонав от боли в натруженных мышцах. Закрыла глаза и, кажется, тут же провалилась в тревожный сон без сновидений.

А проснулась от лязга двери.

Открыв глаза, не сразу смогла вспомнить, где я. Села рывком, в темноте не до конца понимая, что происходит.

От двери шло небольшое свечение. В комнатку вошла Марва, держа перед собой светильник с живым огнем.

— Проснулась? — удовлетворенно спросила она. — Вставай, умывайся и на кухню.

В руках у Марвы была привычная цепь. Тяжело вздохнув, торопливо натянула верхнее платье, которое было бы невозможно надеть со скрепленными руками. Вытянула их перед собой, позволяя закрепить цепь на запястьях.

Второй день прошел точно также, как первый,