Жизнь После - Василий Сергеев

— Запомните этих юношей, Учиха-сан. Хотя, учитывая их и ваш возраст, для них скорее вы будете несмышленым ребенком. — гостья слегка улыбнулась, но тут же вновь стала серьезной. — Вам знакомо понятие «Неприкасаемые»? Оно вполне характеризует статус этих великовозрастных детишек. Так уж получилось, что довольно скоро они окажутся на этой планете, и вы, вполне вероятно, с ними встретитесь. Думаю, дальше продолжать не нужно?

— Это угроза?

— Простое предупреждение, Учиха-сан. Вы можете делать с ними практически что угодно, вот только вам нельзя их убивать. Потому что то, что произойдет после, как раз и является угрозой. Угрозой куда большей, чем вы даже можете себе представить.

— Я могу о себе позаботиться. — Мадара прекрасно понимал, о чем именно говорила эта странная женщина, однако ему не хотелось признавать ее правоту. Он и сам не ожидал от себя такого поведения, но что-либо переигрывать было уже слишком поздно.

— Я вполне это допускаю. — легко согласилась с ним его незваная гостья, сделав очередной небольшой глоток чая. — Вот только что насчет невинных жителей этой планеты? Людей, доверивших вам свои судьбы? Вашей названной дочери и зачатого пару часов назад ребенка? Как я и сказала, я защищаю эту планету от угроз ее существованию. И сделаю все, что необходимо, чтобы выполнить свой долг. Даже если для этого одному гостю из другого Измерения придется просто исчезнуть без всякого следа.

Мангеке Шаринган внимательно наблюдал за собеседницей, но так и не смог уловить не единой нотки фальши или лжи. И это вызывало внутри него лишь большее раздражение.

— На этом позвольте мне удалиться, Учиха-сан. И да, простите за ваши охранные техники, не удержалась и прихватила парочку с собой. Есть у меня маленькая страсть, коллекционирую редкие виды мистических искусств. Интересная, кстати, задумка на основе печатей, чем-то напоминает техники местных Оммедзи. — женщина встала из-за столика и весьма церемониально ему поклонилась, прежде чем просто раствориться в воздухе, сказав напоследок лишь одну фразу. — Надеюсь, вам хватит этого времени чтобы как следует подумать.

«Похоже, сегодня я снова проиграл. Проиграл, не обменявшись с противником даже одним ударом.» — покачал головой Мадара, когда вновь остался один на один с собой. Он никогда не врал самому себе, считая это недостойным настоящего шиноби. — «Что ж, подумаю об этом позже. А пока пора отсюда выбираться, сегодня у меня по планам еще множество дел.»

* * *

«Так вот что она имела ввиду, когда говорила о том, что я еще успею все обдумать.» — кивнул сам себе Учиха Мадара спустя несколько часов, ощущая, как медленно отрастает его правая рука. Шиноби и в самом деле оказался взаперти. В невидимом кубе, заключившем в себе всю эту комнату, и не выпускавшем его наружу, какие бы способы для этого он не предпринимал.

Различные техники, попытки пробиться силой или с помощью чакры. Даже выполненная в полную силу финальная техника Восьмых Врат, в его исполнении немного не дотянувшая по мощности до Биджудамы Десятихвостого, лишь заставила все содержимое комнаты, а так же его правую руку, просто испариться.

Однако уже в следующую секунду ее обстановка вновь вернулась к изначальному виду. Словно бы кто-то невидимый просто отмотал время назад. «Значит, все же время… Понятно.»

Ни Шаринган, ни Риннеган тоже ему ничем не помогли, не сумев заметить ни ничего, что помогло бы выбраться из данной ситуации.

Именно поэтому сейчас Учиха Мадара просто сидел и размышлял. В тайне признавая, что в чем-то заточившая его здесь чародейка все же оказалась права — ему и вправду уже давно нужно было хорошенько подумать.

Когда шиноби только попал в этот совсем новый для него мир, он не задумывался о будущем. Просто решал возникшую проблему с собственным телом именно так, как привык. Однако, когда решение было уже практически в его руках, ему все же пришлось подумать о то, что делать дальше.

Просто плыть по течению, становясь сильнее и оттачивая свое мастерство? Это не Цель, лишь один из способов существования.

Вернуться назад? К кому? Куда? Зачем? Его путь там уже был завершен.

Попробовать воплотить иллюзорную реальность здесь? И в чем смысл, ведь, как оказалось, это мечта была лишь следствием чужого обмана.

Эти размышления ни к чему не приводили. Пока сказанные в защиту своих принципов слова того лысого старика не породили в его голове весьма смутную тень новой идеи. Идеи, которая вполне могла стать Целью.

Он не мог изменить этот, новый для него мир в одиночку. Как не смог исправить и старый. Но что, если он будет не один?

Случайно, казалось бы, возникшая в его голове мысль с каждым мгновением обрастала все новыми деталями и возможностями. В его голове воскресали старые, по разным причинам оставленные позади мечты и обещания.

Ему вспомнился Изуна, чьей последней просьбой было позаботиться об Учиха. Вспомнился и старик Макото, с его утопической мечтой о величии клана. Тогда она показалась ему нелепой. Слишком долгой, слишком нереалистичной. Сейчас же… Она вполне могла решить одну из главных, вставших перед ним в результате новой Цели проблем.

Он был одним из последних представителей клана Учиха вообще и единственным обладателем Шарингана в новом для себя мире. В мире без капли природной или обычной чакры. В мире, в котором в обычных условиях даже его дети будут лишены этого дара.

Что ж, легендарный шиноби не любил подстраиваться под реальность, он уже давно привык изменять ее под себя.

Новому поколению клана Учиха нужны были матери. Матери, способные выносить обладавших с рождения чакрой детей и передать им подходящие гены. Значит, нужно просто сделать выбранных им женщин именно такими, пусть и с некоторыми допущениями.

Придя к подобному решению, Мадара и вспомнил тот самый день, когда он пробил боевой косой грудь старика Макото. Вспомнил ту предсмертную иллюзию, куда его пригласил умирающий старейшина клана Учиха. «Печать на сердце. Забери. Все ради величия клана!»

Шиноби нашел внутри нее множество свитков с Шаринганами, а так же описание того, зачем именно все это было нужно. В чем заключалась конечная цель.

Лет за триста до рождения самого Мадары, шиноби его клана праздновали очередную маленькую победу — в их руки попал представитель одной из младших ветвей клана Сенджу, обладавший, однако, редчайшей в те времена профессией. Он был тем, кого сейчас в Мире Шиноби принято называть ниндзя-медиком. И пусть его кровь почти не усилила новое поколение Учиха,