Страны без солнц - Карл Шрёдер

«Полиистория» говорила об этом — о том, как одержимость человечества собственной способностью к самосознанию привела к пренебрежению возможными союзниками, а также недооценке изменений, которые ему навязывало овладение технологиями. Эмиссар не был существом, осознающим себя, но это не значило, что он не думал или не мог быть союзником.

И в то же время существа, обладающие самосознанием, могли быть врагами Вирги.

Этернистов и им подобных ужасала любая реальность, которую им не удавалось втиснуть в узенький, дрожащий кружок света, отбрасываемого их собственной догмой. Все остальное — все, что лежало за пределами этого круга понятий, — было для них смерти подобно. Неудивительно, что стены Вирги стали для них символизировать самый предел мира.

Если бы этот корабль развалился и маленькая камера с Леалью улетела прочь, и разбился бы маленький фонарь снаружи ее двери, она не испугалась бы темноты. Леаль была абиссалкой. Тьма — ее дом родной.

Она бесстрастно вслушивалась в битву и пыталась прозреть за пустотой, что последует за тем, как она доставит свое послание, какую-то грядущую жизнь.

Грохот и резкие маневры несколько стихли, и на какое-то время Леаль даже задремала. Затем из коридора донеслись звуки движения, и она услышала, как в замке поворачивается ключ. Молодая женщина повернулась.

Дверь отъехала в сторону, и вошел Хайден Гриффин.

— Леаль, — сказал он.

— Хайден! — Она прыжком одолела крохотное расстояние и обняла его.

— Мэм, — угрожающе сказал охранник.

— Конечно. Извините. — Она одарила стража ироничной улыбкой и отлетела от Хайдена.

— Все в порядке, — сказал тот охраннику. — Вы не дадите нам минутку?

Хайден выглядел измученным, но — судя по выражению лица — не впал ни в одну из крайностей: не было ни прежней отстраненности, ни той гиперактивности, что она увидела, когда он только прибыл в Сьер.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он серьезно. — Похудели.

Она опустила глаза.

— Еда была… ну, не рассчитана на таких, как мы. Хайден… — Ей хотелось взорваться от всех эмоций, переполнявших ее сейчас. — Я… я в порядке, — сказала она и поняла, что это заговорила та частичка ее «я», что отвечала за политическое лицо и придерживала любую необдуманную экспрессию. — Нет, не в порядке, — тут же поправилась она. — Я перепугана, но у меня есть дело, которое я обязана завершить. Вот почему я вернулась.

Похоже, он силился хоть как-то на такое ответить.

— Как вам удалось попасть ко мне? — спросила она, пусть при этом обругав себя за смену темы. — Воспользовались своим рычагом влияния как знаменитого зажигателя солнц?

Он невесело усмехнулся:

— Я даже не знал, что вы вернулись, пока все абиссальские корабли внезапно не выпрыгнули из строя. Они рванули за монстром и прихватили с собой мое оружие. К счастью, — сказал он с ироничной улыбкой, — перед тем, как дать им с ним поиграться, я установил дистанционный выключатель. Знаете, за пределами Вирги радио вполне работает.

Она посмотрела на неспокойные стены.

— Так вот почему идет воздушный бой? Эмиссар отбивается?

Он покачал головой.

— Мы все еще гонимся за ним, но он быстр. Нет, это дуэль с Внутренней Стражей. Они, э-э, возражали против того, чтобы абиссалы рванулись за… как вы его только что назвали?

— Эмиссар, — сказала она. — Хотя слово «посол» было бы вернее.

— О. — Он замолчал на мгновение. — Я, это, гм, был с Внутренней Стражей, когда появился эмиссар. Сначала они не заметили вашего корабля, однако я знаю, что они готовились погодить, пока не выяснят, что он собирается делать. Однако абиссалы нарушили строй.

— Но откуда сражение?

— Ну, — произнес он с несколько неловким видом. — Когда монстр сбросил куттер в воздух — а он был ваш, и вы в кабине явно были живы — командование Стражи сказало: «Подождите, нам нужно поговорить с ней, прежде чем кидаться куда-то очертя голову». Что, как вы знаете, абиссалы немедленно и сделали. Сейчас Стража пытается остановить абиссалов; они опасаются, что монстр, в конце концов, может оказаться не монстром.

— Он не монстр, — подтвердила она. — Вы не так расслышали меня в последнюю встречу.

— На самом деле я вас совсем не расслышал, — признался он. — Было темно, а я пытался управлять многомегаваттной лучевой пушкой в бою с гигантским монстром. Вы немножко что-то повыкрикивали и махали руками, но главное, что я увидел — это как монстр подхватил ваш корабль и сбежал с вами прочь.

Он отвел взгляд в сторону.

— В любом случае, это сражение долго не продлится. Пока мое оружие отключено, Стража может послать рубежных мотлей на, э-э, переговоры с абиссалами. И переговоры не затянутся.

— Держу пари, Лолл и его ребята хотят, чтобы вы немедленно включили свою игрушку, — сказала она с улыбкой.

— А я бы с удовольствием, — ответил он, — если только вы не дадите мне веской причины этого не делать.

— Хайден, эмиссар — друг, — быстро сказала она. — Он предлагает союз. Силы, которые пытаются проникнуть внутрь Вирги, угрожают и его дому. Ему нужно то, что есть у нас, если он хочет выжить, а нам нужно то, что есть у него.

Он озадаченно взглянул на нее.

— И что же это?

— Кандес, — сказала она. — Ему нужно знать, как способен Кандес защитить нас. А нам… нам нужно лучше контролировать то, что делает Кандес, чтобы мы могли построить защиту мощнее. Нам нужны такие технологии, которые возможны снаружи. А это значит, что нам нужно впустить немного того, что снаружи, внутрь.

У Хайдена сделался расстроенный вид, но он, к ее удивлению, кивнул.

— Я знаю, что-то пыталось проникнуть внутрь. Они использовали… мою подругу извне, женщину по имени Обри Махаллан, как инструмент, чтобы попытаться выключить Кандес. Мы тогда чуть все не потеряли. Так что в эту часть вашей истории я верю.

Что касается эмиссара… Расскажите мне, что произошло. Как вы вообще здесь оказались? Как вы нашли это место? Куда вас унес монстр?

Корабль стал двигаться легче; гром утих. Леаль вцепилась рукой в один из спальных ремней и рассеянно кивнула. Размышляла, с чего начать.

— Я решила, что мне нужно посмотреть одну книгу, — сказала она. — Называется «Полиистория». Проблема была в том, что для этого оказалось поздно — библиотеку уже закрыли…

Трудность заключалась в том, что кратко изложить все, что она увидела и пережила после того, как покинула Виргу, было просто невозможно. Прямое перечисление событий не годилось, потому что первый день прошел в абсолютной черноте мира-собрата Вирги, Эфира. Леаль ничего не видела, только разговаривала с эмиссаром о