Фантастика 2025-166 - Августин Ангелов

В принципе, он мне показался нормальным, адекватным человеком с определёнными принципами, хоть и успевшим хлебнуть немало за свою короткую жизнь. Но при этом не озлобившимся на весь мир.

Следующим, с кем я поговорил, стал воентехник Борисов.

Этот был в чем-то попроще Чумака, но при этом на своей волне. При взгляде на него так и хотелось сказать — ботаник стопроцентный. Да и как иначе его воспринимать, если на его худой долговязой фигуре форма сидела, как на корове седло. Взгляд сквозь стекла очков казался беззащитным, а поведением он напоминал закоренелого интеллигента в хрен знает каком поколении. Только руки, похожие на грабки, намекали, что этот парень далеко не белоручка и не боится измазаться в мазуте.

В общем Борисов был из тех товарищей, которые своей внешностью конкретно вводили в заблуждение.

На самом деле, парень оказался напрочь помешанным на технике и совсем не с робким характером. В разговоре он не тушевался, на все имел свое мнение. Ему было пофиг, где и кем служить. Главное, чтобы была возможность заниматься любимым делом.

В отличие от Борисова или Чумака, лейтенант Кухлянских был этакий резкий максималист, помешанный на военной науке. Про таких как раз и говорят — человек войны. Я, в принципе, не слышал о большей части военных теоретиков, труды которых он изучал и цитатами которых грузил меня во время разговора, когда совсем уж увлекся. Я даже в какой-то момент почувствовал себя неучем в сравнении с ним. В общем, замороченный на определённой теме, увлеченный юноша с горящим взором. Из таких получаются толковые командиры, но в случае, если их слегка приземлить с небес на землю, ну, или когда горя хапнут.

Следующие два брата-акробата, как я для себя их окрестил, лейтенанты Рязанцев и Потапов, были ярко выраженными разгильдяями. Про таких ещё говорят — сорвиголовы. Парни, что называется, с шилом в непотребном месте и юношеской безбашенностью в головах. За такими глаз да глаз нужен. Но, если к ним найти правильный подход, из них могут получиться толковые, инициативные командиры. Главное, нужно следить, чтобы эта самая инициатива проявлялась в правильном направлении.

Собственно, мне именно такие командиры и нужны. Поэтому я без сомнения их оставляю, а дальше буду посмотреть, что из этого получится.

Вообще, компания подобралась очень интересная, и меня это радует. Притом, все само собой получилось именно так, как мне и надо.

Закончив с собеседованием, мы со старшиной, вернувшимся к этому моменту из поездки, наконец засели за обдумывание структуры нашего подразделения. Договорились, что я вчерне накидаю, какой хочу видеть свою роту, а он уже, исходя из этого, составит штатное расписание и в целом приведёт бумаги в порядок.

По мере моего рассказа о том, что я хочу получить в итоге, было забавно наблюдать за старшиной, глаза которого к концу моего монолога стали чуть не в разы шире в сравнении с обычным их состоянием, а степень охренения превысила все разумные пределы.

В какой-то момент я, глядя на него, даже засомневался, не слишком ли я размахнулся со своими желаниями и хотелками. Да и не мудрено, потому что я действительно не стал отказывать себе ни в чем.

Для начала я хочу иметь в подчинении полностью механизированную часть. Понятно, что о насыщении видами техники придётся голову поломать, но думать об этом будем чуть позже. Для начала хватит просто обозначить желаемый максимум.

Итак, что я хочу иметь в своём подразделении? Это, в первую очередь, три взвода мотострелков, которые в перспективе будут действовать на какой-нибудь броне.

Каждое отделение должно иметь какой-нибудь бронетранспортер, в который поместится в полном составе. Вооружение брони, как минимум, крупнокалиберный пулемёт, а лучше автоматическая пушка. В идеале этот бронетранспортер должен иметь возможность вести огонь, в том числе, и по воздушным целям.

Сама структура отделения тоже для этого времени необычная. В её составе я вижу сработавшуюся пару снайперов. Притом, один из них должен быть вооружён крупнокалиберной винтовкой, чем-нибудь по типу противотанкового ружья с оптикой. Суть идеи в том, чтобы пара могла выполнять разные задачи, по очереди работая снайпером и наблюдателем, меняя друг друга в случае надобности. Следующее, это пара пулеметчиков, вооруженных ручными пулемётами. Одного пулемета Дегтярева, который имеется на вооружении, по моему мнению, недостаточно. А заменить его пока нечем. Оставшихся шестерых бойцов и командира отделения в планах вооружить ППД.

В итоге, в составе взвода, по идее, должно быть три боевые машины. Но, во-первых, как я помню, на вооружении РККА нет брони, отвечающей моим вышеописанным требованиям. А, во-вторых, учитывая местность, на которой придётся действовать, было бы желательно, чтобы техника была ещё и плавающей. Вопрос по броне и вовсе остаётся открытым (у меня, правда, в голове есть мысли, как решить этот вопрос, но об этом позже).

Третье, и последнее по этим трём взводам. У меня есть желание усилить их ещё одним, как минимум, а лучше двумя отделениями. Но об это опять же будем думать чуть позже. Посмотрим, как командование будет реагировать на чинимые мной безобразия.

Следующее подразделение, которое я хочу видеть в составе роты, и вовсе вызовет недоумение у понимающих людей. Это разведвзвод, в составе которого будет пара таких же броневиков ТТХ, которую я описал выше, и несколько легковых вездеходных автомобилей, вооруженных крупнокалиберными пулеметами. Но над этим тоже придётся думать позже, ни о чем подобном я здесь пока не слышал.

Дальше в составе роты, как это сделано у немцев, хочу иметь ремонтное подразделение, притом, достаточно эффективное, а значит, и не маленькое. Оно тоже будет как бы не взводом. Но тут уже многое будет зависеть от технического оснащения, которым удастся снабдить это подразделение.

Уже на этом моменте моего монолога старшина отметил:

— Командир, у нас уже получается совсем даже не рота.

Я на это замечание только кивнул и продолжил:

— Принципиальный вопрос иметь отделение связи, укомплектованное действительно грамотными спецами. В плане по максимуму использовать радиосвязь…

На пожелании иметь ещё и батарею восьмидесятимиллиметровых минометов, состоящую из четырех стволов, нас перебили. В кабинет заглянул начальник управления и произнес:

— Сергей, ты перед поездкой в Москву просил у меня пару человек, знакомых с определенным видом деятельности, я тебе ещё адреса нужных людей давал. Сейчас, если есть желание, с одним из них ты можешь поговорить. Он здесь рядом находится. Если интересно, поднимись ко мне через пару минут, я расскажу, где вы встретитесь и как вам опознать друг друга.

Понятно, что я не стал говорить, что