Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— И поэтому ты решил привязаться ко мне с помолвкой? — чуть-чуть повеселела Майяри. — Ну, был уверен, что я точно не соглашусь и ты останешься свободным.

Викан закусил губу и отвёл взгляд.

— Ну да, — не стал спорить он, только вот Майяри почему-то посетило ощущение, что ей соврали.

Допытываться, впрочем, она не стала и тоскливо взглянула на взявшегося за топор Ирривана. По деревне прокатился треск расколотого чурбака.

— Наш единственный птиц, — решил представить брата Викан. — В тётушку Клеклэа пошёл, она из орлиного клана. Из предгорий Сумеречных гор, кстати.

Разговор не вязался. У Майяри совершенно не было настроения болтать, а Викан в кои-то веки не мог найти тему для беседы.

— Милое местечко, — тоскливо выдавил он.

— Боюсь, если о нём узнают, то оно исчезнет, — голос девушки дрогнул.

Для неё мир гавалиимцев был особенно ценен. Она родилась и выросла в общине, где высшими моральными качествами считались выдержанность и готовность пожертвовать всем — даже пойти против своей совести — ради «семьи». Может быть, за стенами домов, в кругу самых-самых близких были и другие отношения. Об этом Майяри не знала, но она помнила доброту брата. Она сама была почти такой же, как и все в общине, разница состояла только в том, что она ненавидела тех, с кем жила, и в противовес им старалась быть другой. Но в действительности была такой же.

Более шести лет назад с гор спустилась обозлённая, всего боящаяся девушка. Только через два года она с опаской, но всё же начала принимать новые реалии жизни, в которых существовали люди, дающие добро просто так. Последующие годы обучения в школе смягчили её ещё больше. Но только жизнь на болотах показала ей, какой может быть настоящая доброта: когда никто не ищет у тебя недостатков, а имеющиеся пытаются оправдать.

Майяри не верила, что гавалиимцы смогут сохранить себя в большом мире. Их слишком мало, чтобы они могли защититься.

— Если кто-то узнает о существовании этого места, то больные, любопытные и жадные до наживы потянутся сюда, — прошептала Майяри. — Сейчас его защищают только боги и болота.

Викан удивлённо посмотрел на неё.

— Ты веришь, что боги защищают это место?

— Верю, — просто ответила девушка. — Но от пороков и злобы внешнего мира не защитят и они. Сады разорят раньше, чем они станут прежними.

— Сады?

— Ты не знаешь? — Майяри взглянула на слегка обескураженного Викана. — Есть же легенда про Гава-Лиимские сады.

— Вот легенды меня интересуют меньше всего, — весело улыбнулся парень. — А ты ещё и в легенды, оказывается, веришь?

— Раньше не верила, — девушка опять перевела взгляд на Ирривана. — Но теперь верю. Здесь во многое начинаешь верить. Согласно легендам, раньше на этом месте были прекрасные Гава-Лиимские сады. В эпоху Древних войн какой-то злой бог проклял их, затопил, населил страшными монстрами. Другие боги, создатели садов, смогли спасти эту землю и часть садовников. Это их потомки, — Майяри кивнула подбородком на деревню. — Многие тысячи лет они занимаются своей работой и восстанавливают сады. Как видишь, вполне успешно.

— Гава-Лиимские сады? — крылечко скрипнуло, и Майяри вздрогнула.

Сзади подошёл господин Шидай и с интересом посмотрел на девушку. Та ответила испуганным взглядом: лекаря она всё ещё боялась. Не верила, что так легко отделалась.

— Похоже на правду, — задумчиво протянул оборотень. — По крайней мере, многое объясняет.

— Ты о чём, дядя? — удивился Викан.

— Посмотри на девочку, — Шидай кивнул на Яйлику, которая, пыхтя, перетаскивала наколотые дрова к поленнице. — Согласно тем же легендам, боги Лавридая и Куадар собрали в своих садах представителей многих рас. Вроде бы даже боги, чьих созданий они посчитали непригодными для работы, обиделись на них. Возможно, среди собранных здесь народов были и замийцы.

Страх на лице Майяри сменился интересом.

— Они малочисленны, осторожны и предпочитают северные холода. Кто-то считает их разумными родственниками драконов, — лекарь хмыкнул. — Очень они уж горячи. И невероятно живучи. И кровь у них сильная. Только вот запомните, что какие-то виды орехов для них ядовиты. Я уж не помню какие. Убить не убьют, но массу неприятных моментов доставят, так что орехами не угощать, — строго посмотрев на Викана и Майяри, господин Шидай опять взглянул на Яйлику. — Вероятно, местные жители — потомки перемешавшихся между собой рас. Поэтому и выглядят так странно.

— Ну не только поэтому. Вам ещё не рассказывали, как болота выедают зло? — Майяри вопросительно приподняла брови.

— М-м-м?

— Чешуйчатая нога Бешки ему не родная. Родную какая-то тварь откусила. Эту же взяли от одного местного зверя и прирастили.

— Майяри, ты мне сейчас за ту шутку с жрецом отомстить решила? — Шидай ласково прищурился.

— О чём вы? Я не шучу. На руке Рыжжи кусок шкуры той же твари, у Тошкана вся спина чешуйчатая… Здесь опасно, травмы, можно сказать, неизбежны, так что почти у всех есть заёмные час…

— Да быть того не может! — Шидай возмущённо посмотрел на девушку.

— Не верите мне, спросите у Бешки, — та ничуть не обиделась. — Между прочим, мазь, которой я ногу харена мазала после лечения, — тоже местное изобретение.

Более ничего не спрашивая, лекарь заскочил в дом.

— Ты серьёзно? — Викан обескураженно взглянул на Майяри.

Та кивнула.

— И именно поэтому лучше никому не знать о существовании этого места. Как я уже сказала, сюда потянутся больные, любопытные и жадные до наживы. Садовников просто сомнут, сады затопчут, растения начнут вывозить, чтобы выращивать их на большой земле. Только вот свою лечебную силу травы и деревья тянут из здешней земли. Все местные чудеса скрыты в ней.

— Да шо я тебе сказываю? — на крыльцо вышли Бешка и потрясённый господин Шидай. — Хошь, утром дойдём до соседской деревушки? Тама мой знакомец новой рукой обзавёлси. А што до настоек и помазанок, то пошли в погребок, я тебе их пока̀жу.

Мужчины спустились с крылечка и зашагали в сторону дома Рыжжи.

— Господина Шидая ждёт потрясение, — Майяри даже слегка улыбнулась.

Из подгребка донёсся вопль то ли восхищения, то ли ужаса.

— Так ты собираешься возвращаться? — полюбопытствовал Викан.

— Я