"Фантастика 2025-33". Компиляция. Книги 1-34 - Владимир Николаевич Малый

На окраине древнего города, ныне превратившегося в руины, из пещеры показались двое существ, напоминавших покрытых панцирями людей. Даже их лица состояли из плотно подогнанных друг к другу пластин.

Они были одеты в длинные накидки, перехваченные ремнями, на которых висели небольшие кинжалы и средних размеров тубусы из тиснёной кожи. Существа называли себя мурскулами и принадлежали к касте Искушённых, долгое время считавшейся проклятой, но в последние годы занявшей главенствующее место в обществе этой расы. Помогло же этому появление Састара Раваны, правящей особи, превратившей рассеянных по джунглям Архатлы мурскулов в армию сильных и жестоких воинов. Тогда Искушённые должны были открыть Красные Врата, древний портал, и впустить на Землю полчища демонов ракшасов и их повелителя, владыку Хаоса Эреба. Но великая битва была проиграна, и мурскулам пришлось укрыться под землёй и в горах. На них охотились, и многих перебили, но нескольким сотням удалось спастись.

Один из мурскулов достал из-за пазухи металлическую трубу и, приложив её к глазам, принялся сосредоточенно подкручивать расположенные на краю прибора рифлёные ободки.

— Ну, что? — проговорил его спутник спустя несколько секунд. — Видишь?

— Плохо, — ответил первый мурскул, отнимая от глаз трубку. — Но она приближается.

Второй фыркнул.

— Естественно! Вот только с какой скоростью?

Его напарник задумчиво покрутил в руках трубку.

— Сделать бы такую побольше, — проговорил он.

— Не из чего! — отрезал второй мурскул, отбирая у товарища прибор. — Да и времени в обрез! — он приложил трубку к глазам и некоторое время рассматривал ночное небо. — Ещё недели две-три, — сказал он, возвращая устройство. — Мы должны успеть.

— Всё зависит от Ака-Мура-Сахада, — отозвался второй мурскул, бережно убирая трубку за пазуху. — Вчера он говорил, что волшебный шар снова едва не взорвался.

— Но не взорвался же.

— Это дело случая.

— У него всё получится. Ты же знаешь Ака-Мура-Сахада: он всегда жалуется, а потом оказывается, что всё готово.

— Тут ты прав, — мурскул сдержанно усмехнулся. — Но третьего дня шар действительно был готов взорваться. Я сам видел. По нему пошли белые прожилки, и воздух вокруг загудел так, словно пещеру наполнили тысячи взбешённых насекомых!

— Ака-Мура-Сахад тогда просто перестарался, — проговорил второй мурскул недовольно. — У него ещё есть время.

— Зачем нам вообще передвигать эти скалы? — спросил его товарищ, с беспокойством оглядываясь на цепочку столовых гор, тянувшихся с запада на восток.

— Састару нужны корабли. Большие, надёжные и прочные. Что может подойти лучше камня?

— Например, железо.

— Давно ли ты работал в рудниках? — в голосе мурскула прозвучал сарказм.

— Что ты имеешь в виду?

— Я хочу сказать, что мы уже давно не добываем металлы, — вздохнув, объяснил мурскул приятелю. — Кроме того, это было бы трудно скрыть от людей.

— Но три первых взрыва мы утаили, — возразил ему товарищ. — А тогда помнишь, сколько сбежалось народу?

— Да уж! Наверное, решили, что горы ожили! — мурскул коротко рассмеялся. — Но помимо всего прочего добыча руды требует специальных приспособлений, которых у нас нет, — добавил он. — Так что придётся састару довольствоваться камнем.

— По-моему, я видел там огонёк, — его напарник обеспокоено указал в темноту.

— Где?

— Вон там, среди деревьев.

— Да, верно.

— Пора уходить!

— Ты прав. Мы видели всё, что хотели.

Оба мурскула развернулись и скрылись в пещере. Через секунду вход в неё закрылся каменной плитой, практически полностью слившейся со склоном.

Глава 8

Ялгаад, столица Малдонии, располагался недалеко от берега Холодного моря и был городом портовым, а потому довольно богатым. История столицы насчитывала уже не одну сотню лет, хотя во время Великой войны город пришёл в упадок и был почти разрушен. Но затем снова разросся, заняв пространство между двумя полноводными реками, берущими начало в озере Зеркальное, расположенном на юго-западе от Кадрадских гор, чьи белоснежные вершины можно было увидеть уже через пять дней пути от Ялгаада.

Город пересекали множество каналов и канавок, вырытых так давно, что никто уже не помнил, для чего они служили. Теперь по их каменным набережным прогуливались горожане всех мастей, и наперебой предлагали свои товары лотошники. Они же заполняли площади, парки и аллеи, которых имелось в столице большое количество, но все они располагались на первом, самом высоком ярусе, венчал который королевский дворец, больше похожий на крепость, которой, впрочем, и являлся. Ходили слухи, будто в его подвалах полно сокровищ. Многие верили, так как в Малдонии находились самые рудоносные медные шахты в Синешанне, и деньги текли в страну рекой.

Второй ярус занимали дома высокопоставленных чиновников и мелкой знати, там же располагались казармы рыцарей, а также оруженосцев, конюшни, тренировочные арены, ристалища и постройки для слуг. Обычно там обитали всего несколько сотен человек, но сейчас второй ярус кишел людьми — время было военное, и рыцари могли понадобиться в любой момент.

Здесь в воздухе реяли разноцветные флаги со всевозможными гербами. Приглядевшись, можно было различить и перекрещенные секиры на поле из белых и красных клеток — символы ордена Гемаркха, чьи рыцари поклонялись богу войны, и охваченный пламенем замок на голубом с прозеленью фоне — эмблему ордена Мастрода, покровителя раздора, и более мирные изображения: оленей на жёлто-синем поле, герб Нотингора; стайку голубей с неоперённой стрелой внизу, символы Пархаоза. Словом, все воинские кланы, семьи и ордена Малдонии собрались в столице, составив могучую армию, готовую отразить атаку любого неприятеля.

Третий ярус занимали ремесленники. Цеха, кустарные мастерские и мелкие промыслы, а также портовые доки, пристани и пирсы — всё это находилось в постоянном движении, наполняя рабочую часть города шумом, криками и всевозможными запахами.

Последний, самый нижний ярус, находился отдельно от остальных, и был смещён к востоку от основной пирамиды. Здесь были кабаки, таверны, публичные дома, арены для азартных игр и скачек, а также собачьих, крысиных и прочих бегов. Маленькие театры с сомнительными репертуарами, деревянные помосты для бродячих и местных трупп, игорные дома и, как главная достопримечательность яруса, огромная тюрьма — одноэтажное здание с множеством пристроек, тянувшееся от Моста Висельников до Позорной площади, где публично наказывали преступников. Там же жил главный городской палач, занимавший небольшой особняк с островерхой крышей, утыканной башенками и шпилями с разнообразными флюгерами. Возле его дома постоянно дежурила охрана из двух-трёх стражников.

На упомянутой Позорной площади имелись не