Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

внимания на легкую паутинку морщин у глаз и в уголках рта. После таких слов Хэлмираш рефлекторно посмотрел на её уши, своей остротой выдающие сильную примесь эльфийской крови.

Ли тут же подскочил, во все глаза глядя на отца. Во всей его фигуре сквозило нервное ожидание.

- Послушайте, я с ним сегодня никак не могу совладать… - начала было няня.

- С остальными двумя проблем не было? – перебил её Хэлмираш.

- Нет, никаких, всё в порядке, мы…

- Хорошо, мы скоро вернёмся, - страж не стал дослушивать женщину, протянул раскрытую ладонь старшему сыну, который сразу вцепился в неё обеими руками.

Оба тут же исчезли, вновь появляясь в кромешной темноте около могилы Ноат Инс-Наур. Хэлмираш зажёг небольшой светлячок, подвесил его в воздухе. Ликаард шагнул к плите, погладил холодный шершавый камень пальцами. Шмыгнул носом. Страж же опустился рядом на землю, опёрся на плиту натруженной за день спиной. Собрал с могилы горсть земли, бездумно сжал её в руке, пересыпал из ладони в ладонь. Зачем он сюда пришёл? От Ноат здесь совсем ничего не осталось, её сущность в другом мире. И всё равно Хэлмираша тянуло на кладбище. Вот так сидеть с абсолютно пустой головой, позволяя себе на несколько минут обмануться и представить, что Ноат всё-таки каким-то образом ещё здесь, и к ней можно прикоснуться одним лишь желанием.

Ли подошёл, присел к отцу на ноги, прижимаясь щекой к широкой груди. Сжал края куртки, кожа скрипнула. Хэлмираш стряхнул с рук землю, погладил демонёнка по безрогой голове.

- Почему ты сегодня ничего не ел? – спросил мужчина тихо.

- Не хотелось.

- Тебе нужно хорошо питаться.

Ли промолчал, лишь неопределённо пожал плечом.

- Как вернёмся – поешь и ложись спать. Завтра со мной в Академию пойдёшь. Я включил тебя в тренировочную группу.

- К тебе?

- Нет, к другому тренеру. У меня нет подходящей для твоего возраста группы.

Сын тяжело вздохнул, но кивнул:

- Хорошо.

Они ещё несколько секунд молчали, думая каждый о своём. Потом Хэлмираш перенёс сына домой, отпустил няню, снова прервав её попытку доложить дела за день.

- Сообщайте мне только о возникающих проблемах, - попросил он. Выслушивать весь день детей не было ни сил, ни возможности. Пусть где-то внутри страж и ощущал, что поступает не совсем правильно, но переламывать себя сейчас был не в состоянии.

Мужчина проследил, чтобы Ликаард поел, после чего проводил его до кровати. Проходя мимо комнаты младших, остановился, пару секунд постоял около двери, но всё-таки зашёл, в темноте коснулся шершавой рукой головы спящей дочери, поправил сползшее одеяло Тигра. Отдельная комната для Майи уже была готова, скоро надо будет их разделять. Стремясь ступать как можно тише, страж вышел в коридор, мягко прикрыв за собой дверь.

Глава 5

Первые недели давались стражу с некоторым трудом: работу приходилось приостанавливать каждые несколько часов и просто отдыхать, в изнеможении падая на кровать в своей комнате в башне. Тело не выдерживало даже стандартной нагрузки. Но занятия с Саросом, настои Лимрада и принудительное питание делали своё дело: голова наконец приняла правильное положение, шея выпрямилась. Судороги прекратились, и постепенно возвращалась часть былой силы. Свои собственные тренировки стражу пришлось перестроить, сделать их менее магическими и больше внимания уделять физической составляющей.

При этом кроме работы над собой Хэлмирашу приходилось пристально наблюдать за Ликаардом. Напряжения добавляли становившийся всё более колючим характер сына да слова Дармина о том, что демонёнку тут не место. И в первую же неделю произошла небольшая стычка, страж в неё не влазил, разобрались и без него, но беспокойства это принесло немало. Однако в последующие дни ситуация несколько выровнялась, пусть и не став нормальной: Ликаард просто отгородился от одногруппников, не желая заводить с ними какие-либо отношения. Но тренер на него не жаловался, демонёнок выполнял все требования наставника без нареканий, поэтому Хэлмираш не стал ничего предпринимать. Да и что он был в состоянии сделать? Для разговора с сыном страж банально не мог подобрать слов, лишь исподлобья смотреть на него, когда Ликаард сидел у него в башне на полу у стенки, выполняя домашние задания.

И всё-таки в один из вечеров мужчина не выдержал, отложил рабочий свиток, поднял голову, прямо посмотрел на сына. Тот что-то старательно писал на бумаге, подложив какую-то книгу из библиотеки Хэлмираша – вот так по краю корешка страж её опознать не смог. Мужчина коротко выдохнул, позвал негромко:

- Ли.

Демонёнок в пару резких движений дописал что-то на листе, а потом поднял голову, вопросительно смотря на отца.

- Как у тебя складываются отношения с ребятами в группе?

- Никак, - Ликаард пожал плечами, вновь возвращаясь к заданию, как будто показывая, что данная тема разговора его не привлекает.

- Почему? – нахмурился больше обычного Хэлмираш. – У тебя с кем-то конфликт?

- Нет, - демонёнок мотнул безрогой головой, не отвлекаясь от своего занятия.

- Тогда в чём дело? Почему ты не налаживаешь с ними отношения?

- Не хочу, - чуть нервно дёрнул плечом Ликаард. И вдруг поднял голову, проговорил, чуть повышая голос: - Ты сегодня допоздна? К маме пойдём? А то вчера пропустили.

Страж вздохнул: разговора не получилось. Но кивнул головой:

- Мы не сможем ходить к ней каждый день. Скоро у тебя пойдут интенсивные тренировки, а у меня – экзамены. Но сегодня я найду время, пойдём.

Ликаарда эта информация полностью устроила, больше он вопросов не задавал. Как и Хэлмираш. Навыков общения мужчины не хватало для того, чтобы убедить сына относиться к одногруппникам чуть более лояльно. Не мог же страж отдать Ли приказ или команду на то, чтобы тот завёл друзей. Поэтому пришлось вновь вернуться к документам, терпя оставшийся после разговора неприятный привкус плохо проделанной работы.

Преследуемый этим послевкусием, Хэлмираш после кладбища не остался дома. Мужчина проследил, чтобы дети легли спать, а сам вновь вернулся к могиле Ноат. Не зажигая светильника, в темноте опустился на прохладную землю, опёрся спиной на могильный камень. В голове так и крутился разговор с сыном. «Не хочу». И как с этим бороться? Демонёнок всё больше закрывался в себе, а Хэлмираш никак не мог этому противодействовать. В Академии, конечно, были учителя, которые работали с особо буйными адептами, помогали адаптироваться. Но страж точно знал про своего сына одно: любое вмешательство извне в дела личные он воспримет как предательство. И пусть даже потом когда-нибудь