Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Неугомонный кидается на меня в попытках вцепиться в плечо зубами. Делаю молниеносный взмах — и по полу катится серая безглазая голова. Вскрываю тело и под сердцем нахожу темно-красный кристалл с живой черной кляксой внутри.

Теперь, после убийства мутанта, в голове начинает проясняться, мысли лениво, словно заржавевший механизм, начинают ворочаться. «Нужны данные, чем они тут занимались», — вяло думаю я. Разворачиваюсь на месте и иду туда, откуда вышел мутант.

За открытой дверью оказался просторный кабинет, в котором стояли несколько столов с панелями гала-компьютеров и пустая капсула — наподобие той, что находились в общем зале. Несколько разорванных в клочья человеческих тел в белых халатах лежали углу. «Видимо, у него изначально были проблемы с разумностью», — сделал я вывод.

Безразлично окинув взглядом тела, я начал поиск любой информации, которая могла бы мне помочь понять, что тут происходило. Перерыв все шкафчики, тумбочки и ящики в столах и не найдя ничего, я подошел к трупам. Проверил их карманы, и тут мне повезло: я нашел две карты памяти. Увы, гала-компьютеры были заблокированы, а нейро предлагал около двух суток на их взлом.

Я на прощанье окинул взглядом кабинет, и тут сканер подсветил одну из панелей на стене. Заинтересованный находкой, я подошел ближе и стал внимательно ее осматривать. Панель выглядела идентично другим и ничем не выделялась. Я попробовал надавить на нее, раздался щелчок, и она отъехала в сторону.

Внутри на полочках обнаружилось несколько пачек синтэксов, колба с еще одним красным кристаллом, серебряный бокс с неизвестным имплантом, но мой взгляд зацепился за другое. Знакомый ключ-пластинка задымился и тут же оплавился, оставляя после себя черное пятно. Нейро сообщил:

«Ключ номер один сохранен.»

Я вернул панель на место, упаковал все находки в имплант и покинул кабинет. «Все это как-то связано с тем, что искал мой отец. Найду виновника, найду и ответы», — размышлял я, проходя по лаборатории.

Стоило мне дойти до выхода из зала, как я получил сигнал от ворта: кто-то проник на территорию склада. Я направился к лестнице, но не успел пройти и пары метров, как резко закружилась голова, а ноги будто налились свинцом. Меня зашатало, я прислонился к стене и сполз по ней на пол. Выронив клинок из рук, через несколько вздохов я отключился.

В одной из лабораторий по созданию мутантов

Среди оборудования, клеток, рабочего персонала промелькнула тень. Худощавый мужчина в черной плотной одежде, словной змей, скользил по лаборатории. Серьезный взгляд был решителен и устремлен вперед. Резко изменив направление, мужчина проскользнул в коридор и, подойдя к одной из многочисленных дверей, приложил ладонь к панели замка. Зайдя внутрь небольшого кабинета, сделал шаг назад, сливаясь с тенью, и замер.

— Говори, — прозвучал строгий голос.

— Лаборатория на юге потеряна.

— Виновные?

— Доктор Шекил.

— И как Шекил умудрился это сделать?

— Да него дошла информация о зверолове, и он решил захватить его в плен, используя наших агентов в гильдии.

— Где он сейчас?

— Мертв, убит звероловом.

От резкого удара ладонью по столу у мужчины в черном внутри все съежилось. Внешне это никак не проявилось, и ни один мускул на его испещрённом морщинами лице не дрогнул. Словно статуя, мужчина замер, и только глаза его пристально следили за сидящем за столом человеком в костюме.

— Снова этот еб…й зверолов!

— Я выслал отряд ликвидации.

— Что с формулой? Шекил успел ее вывести?

— Да, он даже испытал ее на себе.

— О, а это интересно; результаты?

— Мутаген нестабилен, формула требует доработки, но результаты впечатляют, я выслал вам записи.

— Что с данными из лаборатории?

— Вся информация на гала-компьютерах уничтожена.

— Внешние носители?

— Под запретом. Шекил четко исполнял указания.

— Гости?

— Отвлечены на войну гильдий. Какие будут указания?

— Войну гильдий не останавливаем, у нас осталось мало времени до запуска.

— Принято.

— Разошли приказ по всем объектам: необходимо увеличить производство вдвое!

— Принято.

* * *

Пробуждение было тяжелым. С трудом подняв свинцовые веки, я обнаружил себя в клинике. К руке тянулась узкая трубочка капельницы. Запах лекарств и химии щекотал ноздри. Я облизал пересохшие губы и попытался подняться. Тело не слушалось, слабость давила на плечи. Я медленно повернул голову, чтобы осмотреться.

Одиночная стерильная палата, слева издают тихий писк какие-то приборы. Увидев на тумбочке одноразовый стаканчик, я вдруг понял, что мне хочется пить. Трясущейся рукой потянулся к нему, и в этот момент прибор слева от меня противно запищал. Рука безвольно упала на грудь, я отдышался. Чувство было такое, будто пробежал марафон. Прибор пищал не переставая, и спустя несколько секунд в палату ворвалась Рита. Выключив противную пищалку, она с волнением посмотрела на меня.

— Алан! Ты очнулся! — воскликнула она встревоженно.

— Пить, — прохрипел я тихо.

— Что, прости?

— Пить, — повторил я.

— Ах, пить! Секунду потерпи, сейчас.

Рита подскочила к тумбе, достала оттуда бутыль с водой и наполнила стакан. Вставив туда трубочку, поднесла ее вместе со стаканом к моим губам.

— Мы чуть с ума не сошли, когда узнали. Ты чуть не погиб, Алан… — сказала она с тревогой в голосе.

— Все так плохо, да? — отлипнув от трубочки, спросил я.

Прохладная жидкость пробежала по пищеводу, отдаваясь жгучей болью в теле. Даже такое простое действие, как глоток воды, приносило неприятные ощущения. Я не подал виду, чтобы не беспокоить лишний раз Риту, и вопросительно посмотрел на нее. Заметив мой взгляд, она улыбнулась и ответила:

— Не переживай, сейчас твое состояние стабилизировали, все страшное позади. Доктор, конечно, пришел в ужас, когда тебя привезли, у тебя были множественные повреждения органов, переломы, разрывы связок… Удивительно, как ты вообще остался в живых!

— Понятно, — прохрипел я. — Как дед?

— Все хорошо, он зайдет днем… Ты, главное, поправляйся… — отмахнулась она.

— Точно? Мне кажется, ты что-то не договариваешь!

От того, что я повысил голос, в груди все обожгло. Я сжал на секунду кулаки, но, как ни старался, на лице проступила гримаса боли. Заметив это, Рита засуетилась, достала из кармана халата пакет с инъектором и сделала мне укол.

— Извини, Алан, но тебе сейчас необходим покой. Поспи, дед скоро будет.

Не успел я возразить, как мои веки снова стали тяжелыми.