Такидзиро - Семён Афанасьев

— Не дозвонившись вам, ваш сосед вызвал полицию и дождался нас. У вас есть какие-то идеи по поводу случившегося? — продолжил полицейский.

В следующую секунду Аяка удивилась:

— Разумеется, — Решетников буднично кивнул, взвинчивая интригу на добрые пару десятков градусов. — Во-первых, вы не вызвали криминалиста — здесь же только патрульные присутствуют, правильно?

Вот зачем он так внимательно их рассматривал, поняла хотя и не совсем трезвая, но очень неплохо соображающая женщина.

— Да, — инспектор задумчиво свёл брови вместе и слегка напрягся.

— Ваш патруль по прибытии на вызов, обнаружив весьма определённую картину, — бывший подчинённый пнул носком туфли лежащий на полу прямоугольник двери, — вместо прописанных в инструкциях стандартных действий почему-то затеял неуместную самодеятельность.

Вслед за начальником дружно напряглись остальные служители закона.

— Если конкретно, ваши люди вызвали вас, командира роты или взвода, не знаю вашей иерархии. — Хафу обозначил поклон инспектору. — Хотя регламент гласит: не командира взвода патруля нужно вызывать, а профильных специалистов розыска — квартирные кражи в нашем случае. — Такидзиро ещё раз прошёлся странным взглядом по правоохранителям. — Кроме того, и это второе, добросовестные полицейские в подобных случаях по умолчанию просят прибыть криминалистов: кое-какие остаточные следы проникновения, использовавшаяся техника. При желании и расторопности нарушителей можно было вычислить силами тех же патрулей по горячим следам! Если бы вы действовали по правилам.

Повисла неловкая пауза.

— Пожалуйста, поясните насчёт криминалистов? — Инспектор придержал за рукав вскинувшегося было сержанта.

— Шутите⁈ — Решетников картинно удивился. — Домкрат… — он назвал ничего не говорящую марку механического приспособления, вытягивая палец вверх.

Присутствующие, и Андо вместе с ними, дружно обратили внимание на следы и свежие царапины, оставленные на дверном косяке с обеих сторон.

Странно, подумала Аяка. Теперь, когда он показал, эти вмятины бросаются в глаза. Почему никто не заметил раньше? Ладно, я; а полиция?

Интересный вечер, хотя и не в том аспекте, как планировалось.

— Дальше? — лицо полицейского утратило невозмутимость.

— Эта штуковина примерно такого размера, — метис развёл руки. — И весит изрядно. В сумочку не спрячешь, обычно носят на плече. Там весу… — прозвучало двузначное число. — Как думаете, много по городу в это время, — он саркастически хмыкнул, — шатается народу с подобными агрегатами? Есть ли шанс прошмыгнуть незамеченным, если все патрули чётко находятся на маршруте, как должны?

— Откуда вы знаете марку техники? — вслед за начальником перестал скучать и сержант.

— В складской логистике работаю, раз.

Аяка хихикнула снова и не стала говорить, что уже не там. Также, она не стала упоминать: за достаточно оригинальную пятилетнюю карьеру несмотря на должность неизменного стажера её бывший подчинённый ни единого дня не имел никакого отношения к техническим работникам-коллегам, орудующим этими самыми домкратами (и руками).

В головном небоскрёбе Йокогамы последних не было вообще — потому что обитали они в других местах и по другим адресам. Рабочим инструментом Решетникова неизменно являлись компьютер, планшет и локальная сеть.

— Два последовательных контракта в Силах Самообороны, — продолжил Такидзиро. — По той специальности, где имел дело и с подобным оборудованием, и со схожими задачами. Регулярно.

— Вы сейчас не сгущаете краски? Не можете ошибаться?

— Когда вы изо дня в день, ладно, из недели в неделю через день, имеете дело с молотком и досками, забитые гвозди будете узнавать машинально, даже если это работа другого человека. Хотите — зовите криминалистов, — равнодушно пожал плечами бывший стажёр. — Они подтвердят.

— А чем вы в армии занимались⁈ — непосредственно поинтересовался старший офицер, который обращался к Андо с просьбой представиться.

— Это не ваша информация, — Решетников покачал головой. — Могу лишь намекнуть. Если вы представите некие стартовые позиции, пусть будет подземные, то стартовый створ может быть деформирован в итоге близкого взрыва. Очень сильного.

Правоохранители задумались.

— Теоретически, после такого лишь молиться и сливать воду, — продолжил стажёр. — Однако возможность убрать деформацию створа, говорят техники, предусмотрена архитектурой выпускающих арок или как там оно называется по-научному. На практике следующим образом: берёшь именно такой домкрат на плечо, глубоко выдыхаешь и бежишь рысью по галерее, выравнивать перекос. — Он подумал и с другим лицом добавил. — Хотя я искренне не понимаю, зачем нужен подобный бред. По мне, если даже створки перекосило, выравниванием дверей точно можно не заниматься, это я иносказательно.

— Вы будете подавать заявление официально? — инспектор отреагировал на услышанное не так, как ожидала Андо.

— Я уже понял по итогам общения с вами, что в этом нет смысла.

— Что вы имеете в виду? — сержант напрягся первым.

— Вы изначально не были настроены на розыск, — бывший подчинённый отогнул от кулака первый палец. — Вы прибыли сюда не для расследования, а замять волну. Я могу только догадываться, чем вас заинтересовали — и кто — но уже на старте очевидно…

— Вы бросаетесь очень серьёзными обвинениями. — Лицо инспектора закаменело.

— Подайте на меня в суд! — фыркнул Такидзиро. — Почему нет криминалистов? — он загнул второй палец. — Где оперативные сотрудники, которые понимают в квартирных кражах? Которые УМЕЮТ осматривать место происшествия и, в отличие от простых патрульных, отличают следы Икс-тридцать шестого домкрата влёт? По итогам всех этих проколов вы добросовестно слили возможность поймать виновников по горячим следам, — третий палец. — Суммирую: вместо того, чтобы найти за четверть часа, вы потратили в три раза больше, чтобы не найти.

Он перевёл дух:

— Зачем в этих условиях писать заявление?

— Почему вы уверены, что их было можно поймать? — хмурый старший офицер старательно не смотрел на начальство, загибая какую-то свою линию.

— На машине приехать не могли…

Скоро у Решетникова пальцы на руке закончатся, отстранённо подумала Андо. Один остался, придётся вторую руку задирать.

— … потому что камеры, — уверенно продолжил стажёр. — Снять номера — не вариант, съезд с трассы. Автоматическая система тут же среагирует, на машину без номеров принесутся ваши коллеги из дорожной полиции.

О. Вторая рука стартовала.

— Велосипеды — та же причина. — Решетников откровенно демонстрировал, что тяготится беседой. — У нас не Африка, велосипеды тоже регистрируются. Плюс их коды ваши коллеги в тёмное время суток проверяют гораздо тщательнее, чем машины. Остаётся один вариант: рабочая спецовка и нести домкрат на плече. Примерно три-четыре квартала, эвакуационный транспорт только оттуда.

— Продолжайте. — Неуступчивый старший офицер явно находился в каких-то контрах с начальством, потому что на жест инспектора демонстративно внимания не обратил.

— А всё. Я не знаю, во сколько случилось, но четыре квартала по нашему району через все трассы с медленными светофорами топать как бы не двадцать минут, в любую сторону. Если бы вы затеяли перехват…

— Криминалист мог физически не